Политолог Алексей Кузнецов о том, кто стал инициатором продления срока пребывания российской военной базы на территории Армении
- Кто, по-вашему, был более заинтересован в преждевременном продлении срока пребывания российской военной базы на территории Армении?
- Полагаю, что имел место взаимный интерес. Россия, естественно, хочет сохранить свое присутствие на Южном Кавказе, тем более с учетом того, что и сама Российская Федерация, между прочим, в некоторой степени кавказское государство. И делать это, как говорится, ей надо по принципу - чем дольше, тем лучше. Тем более, что никаких веских и видимых причин для того, чтобы не делать этого, не было.
Для Армении подписание стало неким рычагом, козырем в ее внешнеполитической игре с Азербайджаном. Условно говоря, Ереван еще раз подчеркнул, что РФ, дескать, его союзник. Ну, а Москва, в свою очередь, не пытаясь акцентировать внимание на том, почему Армения заинтересована в продлении срока соглашения, с удовольствием его продлила.
- То есть, вы считаете, что инициатором продления срока соглашения стало именно армянское руководство?
- В целом, как всегда в таких случаях, имела место заинтересованность обеих сторон, но я думаю, что по большей части в этом был заинтересован Ереван.
- Как поступит Москва, если война за Карабах возобновится: поддержит Армению или будет сохранять нейтралитет?
- Очень многие в России, в том числе и я, - сторонники мирного решения конфликта, как говорится, до самой последней возможности. Россия, в принципе, не заинтересована в том, чтобы ввязываться в какие-либо конфликтные ситуации на Кавказе. Более того, армяно-азербайджанский конфликт тем и интересен России, что обе страны имеют в общем-то хорошие отношения с ней, и Москва заинтересована в том, чтобы все так и оставалось.
Возвращаясь к вопросу о базе, также отмечу, что здесь имеет место некий психологический момент. Да, возможно, в Армении могут представить все, как некий устрашающий для Азербайджана фактор. Однако надо отметить, что это, как говорится, не то ружье, которое будет стрелять. То есть, это скорее некая попытка оказать давление, нежели реальный фактор военной помощи Армении со стороны России. Лично я надеюсь, что войны не будет. Но при этом все понимают, что никто заранее не скажет, как все может измениться, если конфликт начнется.
На сегодня же Россия больше всего заинтересована в том, чтобы помирить стороны.
- И все же, как поступит Москва, если завтра Азербайджан решит силой вернуть свои земли, оккупированные Арменией? Ведь подписанным соглашением, как известно, она обязалась защищать не только свои интересы на территории Армении, но и собственно саму Армению в случае нападения на нее третьей страны.
- Если и начнется крайне нежелательный вооруженный конфликт, то он начнется вокруг Нагорного Карабаха и семи оккупированных азербайджанских районов. Понятное дело, что за "НКР", естественно, стоит Армения, но все же в нашей ситуации Армения - это Армения, а Нагорный Карабах - это Нагорный Карабах, и к признанной мировым сообществом и ООН территории Армении последний отношения не имеет. Конечно, если Азербайджан завтра чисто гипотетически решит напасть на Армению, тогда защита в лице России может сыграть свою роль. Но, насколько я понимаю, даже в самом страшном сценарии речь идет не об этом, а о том, что Азербайджан пытается вернуть все свои районы.
И еще раз подчеркну, что, на мой взгляд, каким бы мирный путь урегулирования карабахского конфликта ни был длительным и сложным, он самый продуктивный.
- Как бы вы прокомментировали визит Дмитрия Медведева в Баку сквозь призму его недавней поездки в Ереван?
- Визит в Азербайджан был построен на логике того, чтобы доказать, что не только Ереван, но и Баку является важнейшим партнером для Москвы. И это факт. Москва всесторонне хочет показать, что она намерена развивать отношения с Азербайджаном, как политические, так и экономические.
И тут не стоит забывать, что Россия - это третья сторона. Когда двое соседей находятся в ссоре, третий до последнего пытается сохранить нормальные отношения с обоими. И собственно, что еще остается Москве? Почему Россия должна быть на чьей-то конкретно стороне?
Россия находится в сложном положении. Но делать ничего не остается, кроме как объяснять свою позицию и развивать сбалансированный диалог с обеими конфликтующими странами.
- По-вашему, возможны подвижки в процессе урегулирования карабахского конфликта в ближайшее время?
- Думаю, никаких радикальных прорывов до конца года не будет. К сожалению, это так. Другое дело, если задаться вопросом, а будут ли попытки просто активизировать диалог сторон? В ходе многих известных миру аналогичных конфликтов посредники пытались организовывать как можно больше переговоров между представителями конфликтующих стран в неформальной обстановке. То есть, между собой говорили различные эксперты, ученые, и даже некоторые чиновники выступали, так сказать, в неформальной обстановке. И мне кажется, вот такой формат в полной мере еще не использовался.
Ситуация действительно очень сложная, и я не думаю, что до конца года что-то серьезно изменится.
Заметили ошибку в тексте? Выберите текст и сообщите нам, нажав Ctrl + Enter на клавиатуре
