https://news.day.az/politics/56631.html
Суд над членами банды Гаджи Мамедова ставит новые вопросы
После того, как ведущий процесс членов банды Гаджи Мамедова судья Али Сейфалиев одобрил просьбу Генеральной прокуратуры дать ей время на допрос подельников «оборотня в погонах» в связи с убийством главного редактора журнала «Монитор» Эльмара Гусейнова, возникла пауза, которая продлится до 21 августа.
Наступило время оглянуться на пройденную часть волнующего, пожалуй, всю азербайджанскую общественность процесса, поставить вопросы и, наконец, попытаться ответить хотя бы на часть их.
Впрочем, почин сделал своим заявлением из Узбекистана посол Азербайджана в этой стране, экс-глава МНБ Намик Аббасов. Сопоставив два взаимоисключающих утверждения, сделанные в рамках одного заявления отставного чекиста - "я услышал имя этого человека лишь после его ареста" и "когда к нам в 1999 году поступила информация о Мамедове, мы отправили ее в соответствующие министерства" - невольно задаешься вопросом, какому из них верить.
Но неизмеримо больше вопросов вызывают нюансы в поведении и показаниях Гаджи Мамедова, на которых стоит остановиться отдельно.
Во-первых: Практически всех, отслеживающих ход судебного процесса, не покидает ощущение, что этот человек знает куда больше того, чем говорит. Сам Мамедов всячески такое представление о себе поддерживает. Вспомним хотя бы встречу в зале суда Мамедова с родственниками пострадавших от рук его банды, безнаказанно занимавшейся в течение 10 лет похищением и убийством людей под крышей МВД. В ответ на настойчивые предложения назвать имена заказчиков похищений, Мамедов обещал... передать им сведения об этом... после окончания процесса через доверенных людей. "Только боюсь, что вы расстроитесь - ведь это близкие вам люди",- добавил глава банды.
Во-вторых: Странно, если не сказать больше, выглядят внезапные провалы памяти по целому ряду эпизодов у человека, который описывает эпизоды 8-9 летней давности буквально по минутам.
В-третьих: Удивляет метаморфоза в сознании Мамедова, вследствие которой он сейчас начал блюсти государственные интересы, которые, мягко говоря, игнорировал в течение 10 лет. Здесь стоит вспомнить сделанное Мамедовым предложение судье удалить из зала заседания журналистов, адвокатов, потерпевших и их родственников, дабы он смог во всех подробностях рассказать про убийство Азера Исмаилова. Обосновывал это оборотень в погонах тем, что его показания "очень важны с личной, и с государственной точек зрения".
Хотя указанное предложение Мамедова было судьей отвергнуто, как нарушающее процессуальный кодекс, первый все же добился, чтобы его и подельников показания по убийству главного редактора журнала "Монитор" выслушали в Генеральной прокуратуре, а процесс отложили на неделю.
В-четвертых: Поразило (наиболее доверчивых зрителей) то, что Мамедов (после годичной изоляции!) - как нельзя кстати для некоторых - вспомнил и назвал имя заказчика убийства Гусейнова, которым оказался обвиняемый в подготовке госпереворота бывший министр экономического развития Фархад Алиев.
Но на другой день не успевших прийти в себя после нового обвинения в адрес своего подзащитного адвокатов Алиева привел в хорошее расположение духа... генеральный прокурор Закир Гаралов, обнаруживший (через 8 месяцев!) после конфискации личных вещей экс-министра записную книжку, в которой был телефонный номер Мамедова. Адвокатов экс-министра понять легко любому, кто в ладах с логикой. Приведенный генпрокурором факт ни о чем серьезном не свидетельствует, хотя бы потому, что оборотень в погонах был по совместительству хозяином одного из самых престижных мест отдыха в стране "Гарабулаг", где перебывала добрая половина высших чиновников, бизнесменов, и звезд шоу-бизнеса. Из чего следует, что номер его телефона был почти у всех министров и глав ИВ, и массы чиновников рангом пониже, которых за это, ну никак не посадишь.
В-пятых: Настораживает подлаживание в какой-то мере судебного процесса под желания Мамедова, который без малейших помех со стороны судьи может взять слово в любой момент, перебить любого другого участника процесса. Это вкупе с происходящими "провалами памяти" и "озарениями" главного обвиняемого также оставляет вопросы. Еще один из них такой: почему этот жесткий, волевой человек, начисто лишенный артистических способностей, дающий, как правило, четкие показания, порой начинает говорить путано, сбивчиво и неуверенно.
В связи с этим хотя бы теоретически нельзя исключить ни одно из трех предположений:
1) Мамедов рассказывает не только правду, но и навязанную откуда-то сверху "легенду". Причем торг с заказчиком за эту услугу еще продолжается, поэтому преступник иногда проявляет неожиданную строптивость, отступается от своих прежних показаний;
2) Мамедов пытается шантажировать каких-то остающихся на свободе заказчиков похищений и убийств, чтобы выбить из них деньги за свое молчание (в пользу этого еще свидетельствует и то, как он - в назидание другим - топит своего бывшего шефа по работе генерала Закира Насирова, регулярно упоминая, что тот знал о том или ином преступлении и получал за это деньги);
3) Мамедов, лишившийся после своего ареста практически неограниченной власти, хочет войти в историю отечественной криминалистики как самый жестокий и хладнокровный главарь банды, этаким сверхчеловеком, который играет со следствием, судом и, по большому счету, всем обществом в кошки-мышки.
И, наконец, последнее. Просматривается слегка завуалированное давление Мамедова на журналистов, отслеживающих ход судебного процесса.
Так на днях преступник, заявив, что при работниках СМИ ничего не скажешь, поскольку они все потом искажают, поставил условием дачи показаний по некоторым эпизодам удаление журналистов из зала. А теперь давайте подумаем, кому как "не в меру" любознательным или сметливым журналистам предназначались оброненные Мамедовым слова о том, что на свободе остались "второстепенные и третьестепенные члены банды", имена которых "нет необходимости называть". Если эту мысль довести до логического конца, получится следующее: "знайте свое место, а то моя рука достанет вас и отсюда".
Впрочем, журналистам к угрозам не привыкать, тем более, что указанное давление "уравновешивается" пристальным вниманием к их публикациям некоторых высших чинов МВД и прокуратуры, выискивающим слова и предложения, которые могут нанести им моральный ущерб и дать повод обратиться в суд. Но это уже другая история...
А процесс обещает стать в дальнейшем еще более интересным. И есть, пусть и невысокая, вероятность того, что мы получим ответ на главный вопрос: под чьим покровительством должен был находиться один из самых высокопоставленных сотрудников МВД, чтобы 10 лет не ходить на работу, заниматься бизнесом, заполучить в собственность одну из лучших в стране зон отдыха и, наконец, совершать преступления, о которых знал его непосредственный начальник и догадывались некоторые коллеги, оставаясь при этом безнаказанным?
Шахлар Алиев
Day.Az
Суд над членами банды Гаджи Мамедова ставит новые вопросы
Впрочем, почин сделал своим заявлением из Узбекистана посол Азербайджана в этой стране, экс-глава МНБ Намик Аббасов. Сопоставив два взаимоисключающих утверждения, сделанные в рамках одного заявления отставного чекиста - "я услышал имя этого человека лишь после его ареста" и "когда к нам в 1999 году поступила информация о Мамедове, мы отправили ее в соответствующие министерства" - невольно задаешься вопросом, какому из них верить.
Но неизмеримо больше вопросов вызывают нюансы в поведении и показаниях Гаджи Мамедова, на которых стоит остановиться отдельно.
Во-первых: Практически всех, отслеживающих ход судебного процесса, не покидает ощущение, что этот человек знает куда больше того, чем говорит. Сам Мамедов всячески такое представление о себе поддерживает. Вспомним хотя бы встречу в зале суда Мамедова с родственниками пострадавших от рук его банды, безнаказанно занимавшейся в течение 10 лет похищением и убийством людей под крышей МВД. В ответ на настойчивые предложения назвать имена заказчиков похищений, Мамедов обещал... передать им сведения об этом... после окончания процесса через доверенных людей. "Только боюсь, что вы расстроитесь - ведь это близкие вам люди",- добавил глава банды.
Во-вторых: Странно, если не сказать больше, выглядят внезапные провалы памяти по целому ряду эпизодов у человека, который описывает эпизоды 8-9 летней давности буквально по минутам.
В-третьих: Удивляет метаморфоза в сознании Мамедова, вследствие которой он сейчас начал блюсти государственные интересы, которые, мягко говоря, игнорировал в течение 10 лет. Здесь стоит вспомнить сделанное Мамедовым предложение судье удалить из зала заседания журналистов, адвокатов, потерпевших и их родственников, дабы он смог во всех подробностях рассказать про убийство Азера Исмаилова. Обосновывал это оборотень в погонах тем, что его показания "очень важны с личной, и с государственной точек зрения".
Хотя указанное предложение Мамедова было судьей отвергнуто, как нарушающее процессуальный кодекс, первый все же добился, чтобы его и подельников показания по убийству главного редактора журнала "Монитор" выслушали в Генеральной прокуратуре, а процесс отложили на неделю.
В-четвертых: Поразило (наиболее доверчивых зрителей) то, что Мамедов (после годичной изоляции!) - как нельзя кстати для некоторых - вспомнил и назвал имя заказчика убийства Гусейнова, которым оказался обвиняемый в подготовке госпереворота бывший министр экономического развития Фархад Алиев.
Но на другой день не успевших прийти в себя после нового обвинения в адрес своего подзащитного адвокатов Алиева привел в хорошее расположение духа... генеральный прокурор Закир Гаралов, обнаруживший (через 8 месяцев!) после конфискации личных вещей экс-министра записную книжку, в которой был телефонный номер Мамедова. Адвокатов экс-министра понять легко любому, кто в ладах с логикой. Приведенный генпрокурором факт ни о чем серьезном не свидетельствует, хотя бы потому, что оборотень в погонах был по совместительству хозяином одного из самых престижных мест отдыха в стране "Гарабулаг", где перебывала добрая половина высших чиновников, бизнесменов, и звезд шоу-бизнеса. Из чего следует, что номер его телефона был почти у всех министров и глав ИВ, и массы чиновников рангом пониже, которых за это, ну никак не посадишь.
В-пятых: Настораживает подлаживание в какой-то мере судебного процесса под желания Мамедова, который без малейших помех со стороны судьи может взять слово в любой момент, перебить любого другого участника процесса. Это вкупе с происходящими "провалами памяти" и "озарениями" главного обвиняемого также оставляет вопросы. Еще один из них такой: почему этот жесткий, волевой человек, начисто лишенный артистических способностей, дающий, как правило, четкие показания, порой начинает говорить путано, сбивчиво и неуверенно.
В связи с этим хотя бы теоретически нельзя исключить ни одно из трех предположений:
1) Мамедов рассказывает не только правду, но и навязанную откуда-то сверху "легенду". Причем торг с заказчиком за эту услугу еще продолжается, поэтому преступник иногда проявляет неожиданную строптивость, отступается от своих прежних показаний;
2) Мамедов пытается шантажировать каких-то остающихся на свободе заказчиков похищений и убийств, чтобы выбить из них деньги за свое молчание (в пользу этого еще свидетельствует и то, как он - в назидание другим - топит своего бывшего шефа по работе генерала Закира Насирова, регулярно упоминая, что тот знал о том или ином преступлении и получал за это деньги);
3) Мамедов, лишившийся после своего ареста практически неограниченной власти, хочет войти в историю отечественной криминалистики как самый жестокий и хладнокровный главарь банды, этаким сверхчеловеком, который играет со следствием, судом и, по большому счету, всем обществом в кошки-мышки.
И, наконец, последнее. Просматривается слегка завуалированное давление Мамедова на журналистов, отслеживающих ход судебного процесса.
Так на днях преступник, заявив, что при работниках СМИ ничего не скажешь, поскольку они все потом искажают, поставил условием дачи показаний по некоторым эпизодам удаление журналистов из зала. А теперь давайте подумаем, кому как "не в меру" любознательным или сметливым журналистам предназначались оброненные Мамедовым слова о том, что на свободе остались "второстепенные и третьестепенные члены банды", имена которых "нет необходимости называть". Если эту мысль довести до логического конца, получится следующее: "знайте свое место, а то моя рука достанет вас и отсюда".
Впрочем, журналистам к угрозам не привыкать, тем более, что указанное давление "уравновешивается" пристальным вниманием к их публикациям некоторых высших чинов МВД и прокуратуры, выискивающим слова и предложения, которые могут нанести им моральный ущерб и дать повод обратиться в суд. Но это уже другая история...
А процесс обещает стать в дальнейшем еще более интересным. И есть, пусть и невысокая, вероятность того, что мы получим ответ на главный вопрос: под чьим покровительством должен был находиться один из самых высокопоставленных сотрудников МВД, чтобы 10 лет не ходить на работу, заниматься бизнесом, заполучить в собственность одну из лучших в стране зон отдыха и, наконец, совершать преступления, о которых знал его непосредственный начальник и догадывались некоторые коллеги, оставаясь при этом безнаказанным?
Шахлар Алиев
Day.Az
Присоединяйтесь к нам в мессенджерах:
Заметили ошибку в тексте? Выберите текст и сообщите нам, нажав Ctrl + Enter на клавиатуре
