https://news.day.az/politics/84922.html
Эльдар Зейналов: «Чиновники СЕ в большинстве своем рассматривают предвыборную ситуацию в Азербайджане как биполярную: «единые власти» - «слабая оппозиция»
Интервью Day.Az с известным правозащитником Эльдаром Зейналовым.
- В Баку намечаются визиты высокопоставленных делегаций СЕ, сначала группы "Аго", а затем президента ПАСЕ Рене ван дер Линдена, что Вы ожидаете конкретно от этих визитов?
- Я встречался с группой "Аго" в апреле и июне в Страсбурге, буду встречаться с ними и на этот раз. Могу сказать, что основные вопросы, которые их интересовали, были связаны с выборами (свобода собраний, объединений, выражения мнения и т.п.), и это естественно, т.к. вскоре у нас предстоят президентские выборы.
По моему мнению, чиновники СЕ в большинстве своем рассматривают предвыборную ситуацию в Азербайджане как биполярную: "единые власти" - "слабая оппозиция". При этом миф о единстве правящей команды не был поколеблен даже арестами Ф.Алиева, А.Инсанова, Г.Абдуллаева. Не рассматриваются всерьез как вероятные противники И.Алиева ставленник госаппарата или исламист. Я убежден, что на данном этапе, когда у простого члена правительства при проверке обнаруживают "незаметно" накопленные 2,5 млрд. долларов, слабость классической оппозиции спасает нас от гражданской войны. Ведь с наворованными деньгами в таком количестве никто из олигархов не захочет добровольно расставаться, и тогда при любой - законной или незаконной попытке смены власти они пустят большую кровь. Доли процента этих капиталов достаточно, чтобы организовать "цветную революцию", госпереворот или же "ночь длинных ножей" для всей оппозиции.
Единственный выход, на мой взгляд - это экономическая амнистия "грязных денег", которая их "отмоет" и поставит под защиту закона. На встрече с группой "Аго" в Страсбурге я об этом и говорил.
- В Гобустанской тюрьме опять продолжается акция голодовки. Ваше видение решения этой проблемы?
- Насколько я знаю, голодающие требуют выполнения Резолюции 1545 ПАСЕ, которая "призывает власти Азербайджана обеспечить индивидуальный пересмотр дел с пожизненными приговорами, которые явились результатом отмены смертной казни, и позволить соответствующим лицам воспользоваться преимуществом от ретроактивного применения наиболее благоприятных положений уголовного законодательства, принятого в 2000 г." Эта позиция (но не голодовка) поддерживается и нашим Правозащитным Центром Азербайджана (ПЦА), и Международной Федерацией Прав Человека (FIDH), в которую входит ПЦА.
При этом я хочу отметить, что это не уникальная ситуация, созданная правозащитниками, как это пытаются некоторые доказать. В соседней Армении существует такая же проблема с бывшими смертниками, и ПАСЕ отмечала ее в Резолюции 1361: "Эта проблема должна решаться в индивидуальном порядке... пересмотреть как можно скорее дела тех, кто просил об изменении приговора или пересмотре дела". В отчете ПАСЕ по Армении Doc. 10027, содокладчики Ассамблеи разъяснили эту позицию: "Нам кажется логичным, что дела этих 42 осужденных не должны были рассматриваться коллективно, и что не должно было быть автоматического применения пожизненного заключения. В зависимости от серьезности преступления, которое они совершили, уже отбытого наказания и их поведения в тюрьме, их дела должны быть повторно рассмотрены - отдельно, дело за делом". Наличие "проблемы 15 лет" и неисполнение властями резолюций ПАСЕ вызывает одинаковую реакцию пожизненников как в Азербайджане, так и в Армении. В последней, бывшие смертники тоже регулярно проводят голодовки протеста с лета 2003 г. В начале мая этого года, например, в Армении состоялась голодовка 17 пожизненников, требовавших выполнения резолюции ПАСЕ.
В 2006 году Верховный суд Азербайджана рассмотрел 3906 дел по кассационным жалобам, и непонятно, почему такой неразрешимой проблемой стал пересмотр 86 дел со смертными приговорами? Я это могу объяснить тем, что многие ключевые посты в судебной системе до сих пор занимают судьи, лично выносившие смертные приговоры, которые блокируют решение проблемы. А ведь еще в 1998 г. тогдашние Президент страны и спикер парламента анонсировали, что бывшие смертники получат длительные, но не пожизненные сроки. Именно так поступили не только в соседней Грузии, но даже в самопровозглашенном Карабахе, где при отмене смертной казни в 2003 г. двум последним смертникам дали по 15 лет лишения свободы.
В России, при пересмотре дела переведенного туда из Азербайджана бывшего смертника Игоря Крыжановского, сочли невозможным применение к нему ранее не существовавшего пожизненного заключения. В результате смертный приговор заменили на 15 лет лишения свободы. Просвет наметился было в ноябре 2005 г., когда в Верховном Суде состоялся "круглый стол" по этой проблеме с участием судей, прокуроров, правозащитников и юристов. Была создана рабочая группа, в которую меня почему-то не включили, но которая провела всего одно заседание, так и не сформулировав решение проблемы.
Власти до сих пор избегают совещаний с правозащитниками по этому поводу. А вообще-то наиболее короткий путь - помилование бывших смертников списком, как это сделали в Грузии в 1997 г. Правда, не на 25 лет, как это сделали недавно - ведь в 1990-х по помилованию могли дать от 15 до 20 лет.
- Как Вы оцениваете недавнее заявление главы государства о том, что ни один из представителей правоохранительных органов, участвовавших в противостоянии массовым беспорядкам 15-16 октября 2003 года, не будет наказан?
- Я считаю, что это противоречит международным обязательствам Азербайджана, Конституции, официальному курсу страны на верховенство закона. Если демонстранты 15-16 октября 2003 г. и совершили нарушения закона, то они сотнями понесли административную и уголовную ответственность. Но те полицейские, кто избивал женщин в нарушение "Закона о полиции", кто бил журналистов с ясно видными удостоверениями прессы, кто забил до смерти постороннего прохожего, кто участвовал в пытках задержанных, тоже должны были понести наказание. Согласно статье 1.2 Уголовного Кодекса, "уголовно-процессуальное законодательство Азербайджанской Республики ориентировано на возможность изобличения и привлечения к уголовной ответственности всякого, кто совершил деяние, признаваемое законом преступлением". Если оппозиционеров наказали, а полицию - нет, то это позиция победителя, которого не судят по определению. Но это подход позавчерашнего дня, не имеющий отношения к европейской практике.
Ситуация тем более двусмысленна, что согласно решению Европейского Суда по Правам Человека по делу Сардара Джалалоглу, при его содержании в полиции в тот период были применены пытки. Значит, должны понести ответственность те полицейские, кто их применял. Если это не сделать, то выходит, что Азербайджан бросил вызов Совету Европы, отказавшись выполнять решение ЕСПЧ...
- Что Вы можете сказать об информации правозащитницы Лейлы Юнус о том, что готовится нападение на ее офис?
- Надеюсь, что это "утка" чиновников, которые хотели бы тем самым навести на правозащитников панику, и что в указанный день к офису Института Мира и Демократии никто не придет.
Но вообще-то сбрасывать со счетов возможность погрома неразумно. Такие события уже были в прошлом, тоже перед выборами, а после "народного возмущения" у редакции "Реального Азербайджана" в этом году, похоже, что этот метод снова вводят в оборот. Можно с легкостью прогнозировать, что такого рода акция, будучи безнаказанной, вновь ударит по международному имиджу правительства.
- Тема пыток в отделениях полиции пока еще актуальна. Какие шаги сделали
власти для улучшения ситуации в этой сфере?
- Сказать, что не сделано ничего, было бы неправильным. Кое-кого наказали, хотя и несоразмерно легко и не всех. Например, никто не был наказан за пытки в "политических" делах, даже в тех случаях, когда тот же истязатель был наказан за пытки в чисто уголовных делах. Сейчас этот вопрос вновь актуален в связи с исполнением решения ЕСПЧ по делу Мамедова (Сардароглу).
Бесспорно, положительно на общую ситуацию повлияли передача следственных изоляторов (СИЗО) МВД в ведение Министерства Юстиции, а также закрытие печально известных изоляторов временного содержания (ИВС) в Бакинском Городском Управлении Полиции и Управлении Военной Контрразведки (в обиходе "горотдел" и "особотдел").
Однако СИЗО МНБ, где сейчас сидят и министры, и журналисты, и террористы, до сих пор подчинен МНБ, хотя уже несколько лет международные организации требуют передать в Минюст и его. Точно так же продолжает действовать и ИВС Управления по борьбе с организованной преступностью ("бандотдел"), попавший в историю благодаря делу Сардароглу. В целом, реформа в этом направлении еще не завершена.
- Ваше отношение к визиту группы представителей интеллигенции в Нагорный Карабах?
- В целом положительное, хотя в данном случае, возникает несколько вопросов. И первый из них заключается в том, насколько уместно считать именно эту группу неформальной. Ведь она состояла из государственных служащих, более того, включала дипломата высокого ранга, который любые шаги согласовывает со своим руководством в МИД.
Поэтому, по-моему, это был замаскированный под "прогулку интеллигентов по памятным местам в Карабахе" прорыв в области прямого диалога Баку-Ханкенди. Это тоже важно и нелишне, если мы продолжаем считать карабахских армян, того же Гукасяна, своими гражданами, пусть даже и мятежными.
Что касается действительно неформальных визитов миротворцев, правозащитников, журналистов, то они в общем случае должны дополнять официальный переговорный процесс, который испытывает сейчас явный кризис идей. Такие визиты разряжают атмосферу напряженности, способствуют неформальному обсуждению с общественностью тех или иных вариантов урегулирования конфликта.
Однако почему-то в последние годы официальные власти в Баку категорически блокируют любые попытки "народной дипломатии" внести свой вклад в официальный процесс. Точно так же сторонятся миротворцев и ключевые лица в Минской Группе ОБСЕ. При таком положении неформальные визиты в Карабах теряют свое "дипломатическое" значение. Даже в такой традиционной сфере, как содействие освобождению наших пленных, работа полностью свернулась после того, как солдат, возвращающихся после нескольких дней плена, начали наказывать за измену Родине сроками более 10 лет лишения свободы.
Кроме того, есть негативная тенденция "засекречивать" такие визиты, разумеется, "из соображений безопасности". Например, одна из структур ООН проводила несколько лет подряд встречи наших женщин-чиновниц с их армянскими коллегами. При этом наша сторона была категорически против любой гласности в этом вопросе. Другая международная организация проводила в красочных местах за границей встречи депутатов парламентов двух стран. Не принимая никаких конкретных решений, они заканчивались декларациями о том, что "такие акции надо бы продолжать и далее". Это тоже тенденция - даже при отсутствии каких-то результатов большой заслугой считается уже то, что азербайджанцы и армяне просто встречаются друг с другом.
Но в чем тогда миротворческий эффект такой акции, если его результаты не доходят до широкой общественности? В том, что азербайджанец сидит за банкетным столом рядом с армянином и не тычет ему в глаз вилкой?
- Как известно, Вы являетесь, можно сказать, первым представителем азербайджанской общественности, посетившим Нагорный Карабах. Намерены ли Вы снова поехать туда?
- Я не был первым и даже вторым, кто посетил Нагорный Карабах. Наши миротворцы ездили туда даже в разгар боевых действий, добивались каких-то результатов, например, в освобождении пленных, поисках воинских захоронений.
Я лично не имею психологических проблем с посещением Карабаха. Это родина моего отца, деда, прадеда. Людей, которые там живут, я считаю нашими согражданами, мне интересно, как они там живут в условиях, в которые их поставили притязания Еревана на наши земли в 1988 г. Простые люди не могут ждать более 20 лет, когда верхи договорятся между собой. Они уже сейчас женятся, рожают детей, попадают под суд или в тюрьму, делают карьеру.
И я не могу принять критику в адрес простых карабахских армян, что они не поднимаются на восстание против вооруженного до зубов режима, в регионе, который за 20 лет превратился в осажденную крепость. Тем более критику от тех людей, которые в условиях членства Азербайджана в Совете Европы сами не могут собрать 100 демонстрантов в центре Баку, выиграть выборы в заштатном муниципалитете или же провести марш на Карабах дальше Баладжар.
С карабахскими армянами надо поддерживать контакты, надо привозить их к нам, чтобы они видели, как развивается остальная часть Азербайджана за пределами Карабаха. Надо и самим ездить туда, чтобы ныне живущие в Карабахе люди не забывали, что у них были и будут азербайджанские соседи. Нужно пропагандировать там европейские ценности, чтобы люди осознали, что живут в советском прошлом, в то время как и в Баку, и в Ереване люди постепенно становятся европейцами.
Именно поэтому члены ПЦА (я и Залиха Тагирова) в 2002-2003 гг. и посещали Нагорный Карабах. Другое дело, что мы не видим особого смысла туда ездить именно сейчас. У нас нет потребности в саморекламе или в выбросе адреналина от поездок по Карабаху. Две тамошние тюрьмы мы посмотрели, с коллегами-правозащитниками встречались, опытом работы с ними обменялись. Пока что там нет ничего нового, что бы нас заинтересовало. Если будет - поедем.
З.Р.
Day.Az
Новости по теме:
В Азербайджан прибывает мониторинговая группа "Аго"
В голодовке в Гобустанской тюрьме участвуют 17 пожизненно заключенных
Заключенные Гобустанской тюрьмы приступили к голодовке - ОБНОВЛЕНО
Эльчин Бехбудов: "В Азербайджане применяются ужасные пытки"
Эльдар Зейналов: «Чиновники СЕ в большинстве своем рассматривают предвыборную ситуацию в Азербайджане как биполярную: «единые власти» - «слабая оппозиция»
- Я встречался с группой "Аго" в апреле и июне в Страсбурге, буду встречаться с ними и на этот раз. Могу сказать, что основные вопросы, которые их интересовали, были связаны с выборами (свобода собраний, объединений, выражения мнения и т.п.), и это естественно, т.к. вскоре у нас предстоят президентские выборы.
По моему мнению, чиновники СЕ в большинстве своем рассматривают предвыборную ситуацию в Азербайджане как биполярную: "единые власти" - "слабая оппозиция". При этом миф о единстве правящей команды не был поколеблен даже арестами Ф.Алиева, А.Инсанова, Г.Абдуллаева. Не рассматриваются всерьез как вероятные противники И.Алиева ставленник госаппарата или исламист. Я убежден, что на данном этапе, когда у простого члена правительства при проверке обнаруживают "незаметно" накопленные 2,5 млрд. долларов, слабость классической оппозиции спасает нас от гражданской войны. Ведь с наворованными деньгами в таком количестве никто из олигархов не захочет добровольно расставаться, и тогда при любой - законной или незаконной попытке смены власти они пустят большую кровь. Доли процента этих капиталов достаточно, чтобы организовать "цветную революцию", госпереворот или же "ночь длинных ножей" для всей оппозиции.
Единственный выход, на мой взгляд - это экономическая амнистия "грязных денег", которая их "отмоет" и поставит под защиту закона. На встрече с группой "Аго" в Страсбурге я об этом и говорил.
- В Гобустанской тюрьме опять продолжается акция голодовки. Ваше видение решения этой проблемы?
- Насколько я знаю, голодающие требуют выполнения Резолюции 1545 ПАСЕ, которая "призывает власти Азербайджана обеспечить индивидуальный пересмотр дел с пожизненными приговорами, которые явились результатом отмены смертной казни, и позволить соответствующим лицам воспользоваться преимуществом от ретроактивного применения наиболее благоприятных положений уголовного законодательства, принятого в 2000 г." Эта позиция (но не голодовка) поддерживается и нашим Правозащитным Центром Азербайджана (ПЦА), и Международной Федерацией Прав Человека (FIDH), в которую входит ПЦА.
При этом я хочу отметить, что это не уникальная ситуация, созданная правозащитниками, как это пытаются некоторые доказать. В соседней Армении существует такая же проблема с бывшими смертниками, и ПАСЕ отмечала ее в Резолюции 1361: "Эта проблема должна решаться в индивидуальном порядке... пересмотреть как можно скорее дела тех, кто просил об изменении приговора или пересмотре дела". В отчете ПАСЕ по Армении Doc. 10027, содокладчики Ассамблеи разъяснили эту позицию: "Нам кажется логичным, что дела этих 42 осужденных не должны были рассматриваться коллективно, и что не должно было быть автоматического применения пожизненного заключения. В зависимости от серьезности преступления, которое они совершили, уже отбытого наказания и их поведения в тюрьме, их дела должны быть повторно рассмотрены - отдельно, дело за делом". Наличие "проблемы 15 лет" и неисполнение властями резолюций ПАСЕ вызывает одинаковую реакцию пожизненников как в Азербайджане, так и в Армении. В последней, бывшие смертники тоже регулярно проводят голодовки протеста с лета 2003 г. В начале мая этого года, например, в Армении состоялась голодовка 17 пожизненников, требовавших выполнения резолюции ПАСЕ.
В 2006 году Верховный суд Азербайджана рассмотрел 3906 дел по кассационным жалобам, и непонятно, почему такой неразрешимой проблемой стал пересмотр 86 дел со смертными приговорами? Я это могу объяснить тем, что многие ключевые посты в судебной системе до сих пор занимают судьи, лично выносившие смертные приговоры, которые блокируют решение проблемы. А ведь еще в 1998 г. тогдашние Президент страны и спикер парламента анонсировали, что бывшие смертники получат длительные, но не пожизненные сроки. Именно так поступили не только в соседней Грузии, но даже в самопровозглашенном Карабахе, где при отмене смертной казни в 2003 г. двум последним смертникам дали по 15 лет лишения свободы.
В России, при пересмотре дела переведенного туда из Азербайджана бывшего смертника Игоря Крыжановского, сочли невозможным применение к нему ранее не существовавшего пожизненного заключения. В результате смертный приговор заменили на 15 лет лишения свободы. Просвет наметился было в ноябре 2005 г., когда в Верховном Суде состоялся "круглый стол" по этой проблеме с участием судей, прокуроров, правозащитников и юристов. Была создана рабочая группа, в которую меня почему-то не включили, но которая провела всего одно заседание, так и не сформулировав решение проблемы.
Власти до сих пор избегают совещаний с правозащитниками по этому поводу. А вообще-то наиболее короткий путь - помилование бывших смертников списком, как это сделали в Грузии в 1997 г. Правда, не на 25 лет, как это сделали недавно - ведь в 1990-х по помилованию могли дать от 15 до 20 лет.
- Как Вы оцениваете недавнее заявление главы государства о том, что ни один из представителей правоохранительных органов, участвовавших в противостоянии массовым беспорядкам 15-16 октября 2003 года, не будет наказан?
- Я считаю, что это противоречит международным обязательствам Азербайджана, Конституции, официальному курсу страны на верховенство закона. Если демонстранты 15-16 октября 2003 г. и совершили нарушения закона, то они сотнями понесли административную и уголовную ответственность. Но те полицейские, кто избивал женщин в нарушение "Закона о полиции", кто бил журналистов с ясно видными удостоверениями прессы, кто забил до смерти постороннего прохожего, кто участвовал в пытках задержанных, тоже должны были понести наказание. Согласно статье 1.2 Уголовного Кодекса, "уголовно-процессуальное законодательство Азербайджанской Республики ориентировано на возможность изобличения и привлечения к уголовной ответственности всякого, кто совершил деяние, признаваемое законом преступлением". Если оппозиционеров наказали, а полицию - нет, то это позиция победителя, которого не судят по определению. Но это подход позавчерашнего дня, не имеющий отношения к европейской практике.
Ситуация тем более двусмысленна, что согласно решению Европейского Суда по Правам Человека по делу Сардара Джалалоглу, при его содержании в полиции в тот период были применены пытки. Значит, должны понести ответственность те полицейские, кто их применял. Если это не сделать, то выходит, что Азербайджан бросил вызов Совету Европы, отказавшись выполнять решение ЕСПЧ...
- Что Вы можете сказать об информации правозащитницы Лейлы Юнус о том, что готовится нападение на ее офис?
- Надеюсь, что это "утка" чиновников, которые хотели бы тем самым навести на правозащитников панику, и что в указанный день к офису Института Мира и Демократии никто не придет.
Но вообще-то сбрасывать со счетов возможность погрома неразумно. Такие события уже были в прошлом, тоже перед выборами, а после "народного возмущения" у редакции "Реального Азербайджана" в этом году, похоже, что этот метод снова вводят в оборот. Можно с легкостью прогнозировать, что такого рода акция, будучи безнаказанной, вновь ударит по международному имиджу правительства.
- Тема пыток в отделениях полиции пока еще актуальна. Какие шаги сделали
власти для улучшения ситуации в этой сфере?
- Сказать, что не сделано ничего, было бы неправильным. Кое-кого наказали, хотя и несоразмерно легко и не всех. Например, никто не был наказан за пытки в "политических" делах, даже в тех случаях, когда тот же истязатель был наказан за пытки в чисто уголовных делах. Сейчас этот вопрос вновь актуален в связи с исполнением решения ЕСПЧ по делу Мамедова (Сардароглу).
Бесспорно, положительно на общую ситуацию повлияли передача следственных изоляторов (СИЗО) МВД в ведение Министерства Юстиции, а также закрытие печально известных изоляторов временного содержания (ИВС) в Бакинском Городском Управлении Полиции и Управлении Военной Контрразведки (в обиходе "горотдел" и "особотдел").
Однако СИЗО МНБ, где сейчас сидят и министры, и журналисты, и террористы, до сих пор подчинен МНБ, хотя уже несколько лет международные организации требуют передать в Минюст и его. Точно так же продолжает действовать и ИВС Управления по борьбе с организованной преступностью ("бандотдел"), попавший в историю благодаря делу Сардароглу. В целом, реформа в этом направлении еще не завершена.
- Ваше отношение к визиту группы представителей интеллигенции в Нагорный Карабах?
- В целом положительное, хотя в данном случае, возникает несколько вопросов. И первый из них заключается в том, насколько уместно считать именно эту группу неформальной. Ведь она состояла из государственных служащих, более того, включала дипломата высокого ранга, который любые шаги согласовывает со своим руководством в МИД.
Поэтому, по-моему, это был замаскированный под "прогулку интеллигентов по памятным местам в Карабахе" прорыв в области прямого диалога Баку-Ханкенди. Это тоже важно и нелишне, если мы продолжаем считать карабахских армян, того же Гукасяна, своими гражданами, пусть даже и мятежными.
Что касается действительно неформальных визитов миротворцев, правозащитников, журналистов, то они в общем случае должны дополнять официальный переговорный процесс, который испытывает сейчас явный кризис идей. Такие визиты разряжают атмосферу напряженности, способствуют неформальному обсуждению с общественностью тех или иных вариантов урегулирования конфликта.
Однако почему-то в последние годы официальные власти в Баку категорически блокируют любые попытки "народной дипломатии" внести свой вклад в официальный процесс. Точно так же сторонятся миротворцев и ключевые лица в Минской Группе ОБСЕ. При таком положении неформальные визиты в Карабах теряют свое "дипломатическое" значение. Даже в такой традиционной сфере, как содействие освобождению наших пленных, работа полностью свернулась после того, как солдат, возвращающихся после нескольких дней плена, начали наказывать за измену Родине сроками более 10 лет лишения свободы.
Кроме того, есть негативная тенденция "засекречивать" такие визиты, разумеется, "из соображений безопасности". Например, одна из структур ООН проводила несколько лет подряд встречи наших женщин-чиновниц с их армянскими коллегами. При этом наша сторона была категорически против любой гласности в этом вопросе. Другая международная организация проводила в красочных местах за границей встречи депутатов парламентов двух стран. Не принимая никаких конкретных решений, они заканчивались декларациями о том, что "такие акции надо бы продолжать и далее". Это тоже тенденция - даже при отсутствии каких-то результатов большой заслугой считается уже то, что азербайджанцы и армяне просто встречаются друг с другом.
Но в чем тогда миротворческий эффект такой акции, если его результаты не доходят до широкой общественности? В том, что азербайджанец сидит за банкетным столом рядом с армянином и не тычет ему в глаз вилкой?
- Как известно, Вы являетесь, можно сказать, первым представителем азербайджанской общественности, посетившим Нагорный Карабах. Намерены ли Вы снова поехать туда?
- Я не был первым и даже вторым, кто посетил Нагорный Карабах. Наши миротворцы ездили туда даже в разгар боевых действий, добивались каких-то результатов, например, в освобождении пленных, поисках воинских захоронений.
Я лично не имею психологических проблем с посещением Карабаха. Это родина моего отца, деда, прадеда. Людей, которые там живут, я считаю нашими согражданами, мне интересно, как они там живут в условиях, в которые их поставили притязания Еревана на наши земли в 1988 г. Простые люди не могут ждать более 20 лет, когда верхи договорятся между собой. Они уже сейчас женятся, рожают детей, попадают под суд или в тюрьму, делают карьеру.
И я не могу принять критику в адрес простых карабахских армян, что они не поднимаются на восстание против вооруженного до зубов режима, в регионе, который за 20 лет превратился в осажденную крепость. Тем более критику от тех людей, которые в условиях членства Азербайджана в Совете Европы сами не могут собрать 100 демонстрантов в центре Баку, выиграть выборы в заштатном муниципалитете или же провести марш на Карабах дальше Баладжар.
С карабахскими армянами надо поддерживать контакты, надо привозить их к нам, чтобы они видели, как развивается остальная часть Азербайджана за пределами Карабаха. Надо и самим ездить туда, чтобы ныне живущие в Карабахе люди не забывали, что у них были и будут азербайджанские соседи. Нужно пропагандировать там европейские ценности, чтобы люди осознали, что живут в советском прошлом, в то время как и в Баку, и в Ереване люди постепенно становятся европейцами.
Именно поэтому члены ПЦА (я и Залиха Тагирова) в 2002-2003 гг. и посещали Нагорный Карабах. Другое дело, что мы не видим особого смысла туда ездить именно сейчас. У нас нет потребности в саморекламе или в выбросе адреналина от поездок по Карабаху. Две тамошние тюрьмы мы посмотрели, с коллегами-правозащитниками встречались, опытом работы с ними обменялись. Пока что там нет ничего нового, что бы нас заинтересовало. Если будет - поедем.
З.Р.
Day.Az
Новости по теме:
В Азербайджан прибывает мониторинговая группа "Аго"
В голодовке в Гобустанской тюрьме участвуют 17 пожизненно заключенных
Заключенные Гобустанской тюрьмы приступили к голодовке - ОБНОВЛЕНО
Эльчин Бехбудов: "В Азербайджане применяются ужасные пытки"
Присоединяйтесь к нам в мессенджерах:
Заметили ошибку в тексте? Выберите текст и сообщите нам, нажав Ctrl + Enter на клавиатуре
