Актриса, которую не любил Штирлиц

Дошло дело до Лаврентия Палыча. Рявкнул: "К утру вияснить, кто такая!" Выручил случай. Какой-то сдавшийся под Рузой унтер признал в дамочке главную арийскую экранную диву! "Йа, йа, герр офицер! Это она! Марика! Кино - гут. Фото - шлехт. Гитлер капут!"

Будущая кинозвезда родилась в Каире 3 ноября 1913 года в семье Эдуарда и Марии Рёкк. Супруга молодого будапештского архитектора, женщина худенькая и не очень крепкая здоровьем, занемогла лёгкими. Ради спасения её жизни муж выиграл сложный конкурс на британский проект в Египте. Он даже получил аванс, подорожные и выгодный контракт на несколько лет.

Первую дочь, родившуюся уже в Африке, Рёкки потеряли почти сразу. Ангел, явившийся Марии во сне, пообещал, что ровно через год родителей утешит появление ещё одной, особенной девочки. Именно так всё и произошло.
 

Ангел, явившийся Марии во сне, пообещал, что ровно через год родителей утешит появление ещё одной, особенной девочки. Именно так всё и произошло

Полгода семейного счастья прервало начало Первой мировой войны. Всё нажитое в Каире бесследно сгинуло. Вчерашний архитектор стал лейтенантом австро-венгерской армии.

В лагере русских пленных, приписанных к строительной части, которой командовал молодой офицер, вспыхнул мятеж. Зачинщиков приговорили к смерти. Эдуард Рёкк лично спас солдат и офицеров русской армии от расстрела. Этот гуманный поступок этнического немца будет иметь четверть века спустя самые благоприятные последствия для его сына и дочери.

Наблюдалась, впрочем, и некая судьбоносная симметрия. Дядя Марики по отцу, пропавший без вести на русском фронте ещё в 1915 году, семь лет спустя объявился в Будапеште живым и здоровым. Да ещё с русской женой, спасшей ему жизнь, и маленьким ребёнком впридачу!

Оба родительских клана Марики - Рёкки и Каройи - огромное дружное семейство, с детства прививавшее ребёнку любовь к высокому Искусству: в музыке, живописи, литературе. Ей только и оставалось впитать с младых ногтей всё, что полагается знать родовитой полувенгерке.

Уже в восемь лет Марика так лихо и задорно отплясывала чардаш, что ей аплодировали и в демократичном Будапеште, и в аристократическом Хевизе. Именно там в 1921 году Мария Ясаи - великая венгерская актриса - предрекла ребёнку неслыханную сценическую карьеру.

"Образы героинь Рёкк, отличавшиеся сентиментальной слащавостью и одновременно грубой фривольностью, создали актрисе особую популярность в годы гитлеризма в Германии". Советская характеристика творчества Марики, опубликованная в 1970 году, как нельзя лучше иллюстрирует однобокость оценки её незаурядного таланта. Вдогон к этой установке резво бросились вымарывать любые страницы донемецкого периода её жизни. Получилось, что Рёкк - плоть от плоти продукт министерства пропаганды Третьего рейха. Лишь в начале 1990-х "белые пятна" немного прояснились.

Стоять на пуантах Марика научилась ещё в 1922 году в будапештском хореографическом училище. Девочка грезила о балете. Родители не возражали. Педагоги тогдашней Венгрии исчерпали себя за три года. В 1925 году семья Рёкк - родители и двое детей - перебралась в Париж. Дочь, которой не было и 12 лет, попала в знаменитую студию госпожи Рудковской из России. Потом поступила в танцевальную труппу миссис Гофман (общение и уроки - только на английском языке!).

Обе дамы работали в едином направлении: "Эта малышка из Венгрии достойна лишь одного уровня -мирового". А ей самой того и надо! Без выходных, по 14 часов в день Марика учится и оттачивает технику. Будучи в коллективе самой младшей, быстро доросла до сольного номера в "Мулен Руж"!

Сочельник 1925 года Марика с мамой отмечали уже в Нью-Йорке. Имя "звёздочки" сверкало на фасаде бродвейского театра двухметровыми электрическими буквами. Закончив выступления, труппа Гофман отправилась на гастроли по пяти крупнейшим городам США. А через полгода была распущена. К этому моменту Рёкк зарабатывала 100 долларов в неделю. Огромные деньги по тем временам даже для взрослых.
 

К этому моменту Рёкк зарабатывала 100 долларов в неделю. Огромные деньги по тем временам даже для взрослых

Не взяв ни дня паузы, Марика поступила в танцевальную школу Нэта Вэйбёрна. "Костоломня Вэйбёрна", как её шутливо именовали, занималась подготовкой звёзд для "Шоу Зигфилда". А это был потолок звёздных возможностей докризисной Америки. "Детка, ты - прирождённая звезда! Умеешь много. Знаешь, как себя подать. Да и продать тоже", - процедил Вэйбёрн на первом же просмотре Рёкк. Насчёт "продать" не шутил. За отсутствием отца, оставшегося в Европе с сыном, Марика лично вела все переговоры об условиях и гонорарах своих американских ангажементов. В училище Нэта Рёкк освоила такую экзотику, как фехтование, танец на проволоке, работа на трапеции и классический американский степ. "Прочую ерунду", вроде езды верхом, хождения по канату и акробатики, она постигла ещё в будапештском детстве.

Три года Марика в поте лица поднималась по ступенькам лестницы мастерства. Несколько раз ездила в турне, выступая перед сеансами в самых крупных кинотеатрах США. Умные антрепренёры не тратились на особую рекламу: "Каирская лилия! Только одно выступление!" Вся Америка уже знала, о ком идёт речь.

Именно в эти годы Марика Рёкк выработала для своего творчества принцип, которому была верна всю жизнь: "Первоклассных актёров много везде. Звезда - штучное явление. Ну а суперзвезда может быть лишь одна.

К 1929 году 15-летняя артистка уже была звездой. В "Кэйт-палас" её представляли огромными афишами: "Марика Рёкк - королева пируэтов". После триумфальных выступлений на главной танцевальной площадке США Марике позвонили из секретариата "Шоу Зигфилда".

Босс лично подписал с ней контракт, но... у Марики кончилась виза в США. Продлевали таковую лишь после шестимесячного отсутствия в стране. Так из-за буквы закона Америка добровольно и навсегда распрощалась с самой молодой и перспективной музыкальной звездой довоенного времени.

Вернувшись в Европу, Марика через два дня оказалась на сцене "Трокадеро" - лучшего ночного клуба Гамбурга. Потом перебралась на гастроли в берлинский "Винтергартен". Оттуда отправилась в казино Монте-Карло.

Шла зима 1930 года. А она повсюду имела огромный успех, тысячи зрителей и афишу в одну строку: "Марика Рёкк - шоу-звезда из Америки".

После выступления в одном из дворцов киноконцерна УФА артистку пригласили на переговоры о работе в кино. Нагловатый продюсер Джо Пастернак, битый час продержавший звезду в приёмной, предложил ей... небольшой эпизод в будущей ленте. Марика хлопнула дверью так, что посыпалась штукатурка: "Вы или идиот, или не знаете, кто я такая! Соглашаться на такие роли - ниже моего достоинства".
 

Марика хлопнула дверью так, что посыпалась штукатурка: "Вы или идиот, или не знаете, кто я такая! Соглашаться на такие роли - ниже моего достоинства"

Шумный день закончился ангажементом в лондонский зал отеля "Савой". Потом были "Сиро", "Кит Кэт", "Колизей" в том же городе. Затем - триумфальные гастроли по Испании.

Вернувшись в Лондон, Рёкк заменила капризную актрису в "Виктория-палас". Выучив роль за два дня, она дебютировала как эстрадная певица. На английском языке. Вскоре в одном из ресторанов британской столицы она изволила отужинать и потанцевать в компании своего поклонника - будущего короля Георга VI.

В это же время Марика дебютировала на экране в двух фильмах Монти Бэнкса - популярного американского комика, переехавшего работать в Лондон. Роли были не больше, чем предложенная в УФА. Но ведь её и пригласили как королеву и отблагодарили по-царски.

Дальнейший путь лежал в уже знакомый ей Париж. В варьете "Ампир" она сорвала овацию... клакеров. Платную услугу которых на первом представлении дерзко и брезгливо отвергла вместе со своим отцом. Рождество 1931 года семейство Рёкк отмечало в Будапеште. Марике захотелось "взять небольшой отпуск". Её бы устами да мёд пить!

За последующие три года "венгерское чудо с английским акцентом", как писала о ней тамошняя пресса, одержала великие победы. Ханна Хонти, Фейеш Терри и Франческа Гааль - главные звёзды венгерской опереточной сцены поочерёдно капитулировали на подмостках своих театров перед талантом Рёкк.

В каждом из своих бенефисных спектаклей актриса выступала по 300 раз кряду. Каждый вечер без выходных и праздников. Немудрено, что в первом же сезоне Марику провозгласили "единственной и неповторимой королевой венгерской оперетты".

Играя Ганну Главари в "Весёлой вдове", она неизменно бисировала в сцене русской плясовой, шедшей после безукоризненного исполнения песни "Катенька". Естественно, по-русски. В Будапеште 1932 года её было кому и послушать, и оценить.

Немного устав от бремени своей "неожиданной" славы и снявшись в двух популярных венгерских комедиях, Марика решила сменить амплуа.

В написанной специально для неё пьесе "Звезда манежа" она выступала на трапеции под открытым небом на головокружительной высоте. Публики было больше, чем на современном стадионе. На гастролях в венском цирке "Ренц" её и настигла срочная депеша: министерство пропаганды новой Германии в лице киностудии УФА предлагает работу на очень выгодных... простите, фрейлейн Рёкк, на ЛЮБЫХ условиях. История жизни 20-летней Марики Каролины Рёкк в этот день кончилась. Всё, что с ней происходило в последующие 70 лет, - сплошная "Сказка венского леса".

В своих мемуарах "Сердце с перцем" (1974) Рёкк описала свой "немецкий" период на полусотне страниц. Это примерно 1/5 её книги. Кратко? Пожалуй. За 12 лет гитлеровского режима она была занята не одними лишь съёмками, хотя и участвовала в 15 наиболее известных лентах за свою экранную карьеру. Успевала и красиво жить. Вращаться в светских кругах. Вести остроумные и содержательные беседы. Не раз бывала в обществе самых-самых. Встречи с Гитлером и Геббельсом потом сведёт к единичным эпизодам, облачённым в форму почти анекдота. Добряка Германа, который млел от её картин, вообще оставит за порогом памяти: "Как вы говорите? Геринг? Что-то я у них такого не припомню".
 

Встречи с Гитлером и Геббельсом потом сведёт к единичным эпизодам, облачённым в форму почти анекдота. Добряка Германа, который млел от её картин, вообще оставит за порогом памяти

В принципе, поступала правильно. Меньше болтаешь - крепче спишь. Хотя после войны всё равно получила двойственное отношение и от своих, и от чужих. В родной Венгрии народом по-прежнему любима. Новой властью предана анафеме. За то, что получила от адмирала Хорти в 1941 году орден Венгерского Красного Креста.

Реальное участие Марики в нацистском кинематографе, конечно, не столь агрессивно, как принято было об этом писать. Многонациональный и чрезвычайно талантливый коллектив немецкого кино после 1933 года уменьшился наполовину. Люди нашли себе работу в других странах. Недостающие кадры - от уборщиков до звёзд - начали восполнять столь же пёстрой и не менее боевой командой. Рёкк была лишь одной из сотен иммигрантов, пришедших на УФА трудиться, а не орать "Хайль Гитлер!" с экрана. Ибо никакого национал-социалистического кинематографа де-факто ещё и не существовало. Даже Геббельс не знал, как он должен выглядеть.

Достигнув уровня, когда пора отдавать наработанное, Марика выбрала наиболее перспективную для своего самовыражения страну Европы. Иного пути у неё просто не было. Скажем, в Голливуде - одновременно с Германией ей предлагали контракт и там - актрису бы просто затёрли, как это было со всеми талантливыми одиночками, имевшими неосторожность сунуться в калифорнийский тотализатор. А вот в Германии двумя своими фильмами 1937 года она "подвинула" с экранов саму Джанет Макдональд: "Зачем нужна эта американка, если у нас есть Марика Рёкк?" - вопросил министр пропаганды. К его мнению прислушались.

Кстати, прикидываться дурочкой тоже надо уметь. Георг Якоби - создатель большей части её фильмов-ревю (до Марики на УФА и жанра-то такого не знали!), муж и отец её единственного ребёнка, состоял в НСДАП. Попробовал бы не вступить! Потом мучился от денацификации. Даже с Марикой вынужден был расстаться после десяти лет брака. Во имя беспроблемной судьбы их дочери. И это при том, что не снял ни кадра в пользу нацистов!

А вот его супруга "рвалась" туда сама: "Мне очень нравится ваш партийный значок. Такая милая, красивая брошка!" Полных дур национал-социалисты в свои ряды не брали. В итоге Марика была только тем, кем и хотела быть: единственной и неповторимой звездой европейского развлекательного фильма германского производства.

Узнав, что фильм "Женщина моих грёз" демонстрируется в Москве под названием "Девушка моей мечты", Рёкк долго смеялась. А потом процитировала портовый анекдот: "Где вы были, когда я была девушкой?" Ну, иногда оказывались рядом. Например, в 1944-м. Вену брали русские Первой мировой, дослужившиеся до немалых чинов. Потому и взятого в плен Эдуарда Рёкка-младшего - брата звезды - не сгноили в каком-нибудь сибирском лагере, а приодели в цивильное и обеспечили хорошим пайком. Или взять, к примеру, 1945-1946 годы. На первых полосах газет одно имя - Марика Хари! Авторы этого мифа - благодарные американцы, в зоне оккупации которых она выступала с эстрады после окончания войны. Потому и сидит теперь в их кутузке с местными проститутками, унижаемая допросами, шмонами и требованиями сознаться в преступных планах, которых хватит на три электрических стула.
 

Авторы этого мифа - благодарные американцы, в зоне оккупации которых она выступала с эстрады после окончания войны. Потому и сидит теперь в их кутузке с местными проститутками, унижаемая допросами, шмонами и требованиями сознаться в преступных планах, которых хватит на три электрических стула

И кто её, бедную, оттуда вызволил? Опять же мы. Выпили кофейку со штруделем, поехали на джипах к тюряге, набили морды кому надо. На том тему и закрыли. А девушке нашей мечты и аусвайс новый выправили, и на хорошую работу устроили - в штат Дома офицеров Венского гарнизона, где она с удовольствием организовывала культурный досуг истинных победителей. И далее своим вниманием не оставляли. Потому как в послевоенное австрийское кино Марика вернулась при активной поддержке советской оккупационной администрации. Вот тут, на волне этих успехов, она и прокололась, отказавшись поехать работать в Советскую Россию. А уж неправильного поведения тайный кремлёвский благодетель не прощал никому.

При первой возможности уехала жить и работать в ФРГ. Вернулась в Австрию только в 1962-м. Последние сорок лет прожила в городке Баден под Веной. Много снималась в кино и на телевидении, играла на сцене едва ли не до последних дней. Умерла от инфаркта 16 мая 2004 года 90 лет от роду.

Долгие годы в СССР решался вопрос: девушкой чьей мечты была Марика Рёкк - нашей или нет? Мне довелось присутствовать при закрытии этой увлекательной дискуссии в кинотеатре "Иллюзион" на вечере, посвящённом 50-летию фильма "Женщина моих грёз".

Мероприятие открывал вступительным словом уважаемый искусствовед, долго и нудно говоривший о том, какая это была ужасная бяка - трофейное немецкое кино! В конце его исповедального монолога в последнем ряду вскочил огромный бородатый мужик и гулко заорал пропитым басом так, что зазвенело стекло в будке киномеханика: "Кончай пропаганду! Марику Рёкк давай!!!"

Когда знакомые из Вены по моей просьбе навестили актрису и рассказали ей об этом случае, 80-летняя Марика хохотала до слёз. Отсмеявшись, она произнесла: "Я всегда знала, что моя публика - это простой народ".