Одни говорят, что природа отдыхает на детях гениев, другие утверждают, что талант может передаваться по наследству, третьи, что в этом срабатывает элемент преемственности и семейственности. Как бы ни было, однако сей факт заслуживает не только внимания, но и немного восхищения. Творческие династии, которых, кстати, немало в нашей стране, всегда привлекали внимание не только искусствоведов, но и широкого круга людей.

Народного художника Азербайджана, признанного в США одним из лучших колористов мира, Кямиля Ханларова хорошо знают в нашей стране и за ее пределами, его произведения украшают многие музеи и частные коллекции, они многократно экспонировались на выставках в разных странах, составляя классическое наследие азербайджанского изобразительного искусства. Его дочь, Диляра ханым также проявляла способности и тягу к живописи, получила хорошее академическое образование. Преподавала живопись и демонстрировала свои работы на выставках, проводившихся как на родине, так и за рубежом. Причем я бы отметила одну очень важную особенность работ Диляры ханым, которая резко отличала ее полотна от художественной манеры отца: тончайший психологизм и внутренняя выразительность ее картин перемежались с хрупкостью, я бы даже сказала, с прозрачностью, духовным богатством, лиричностью и воистину аристократическим благородством, в то время как работы ее отца отличали контрастность ликующих, насыщенных цветов, зрелищность и характерная статичность.

Гюнель Бабаеву, дочь Диляры ханым, также с рождения окружали мольберты и кисти, полотна и палитра. Это был естественный для нее интерьер, который ежедневно менялся, одновременно формируя в ней чувство цвета, художественный вкус, понятие симметрии и критерии прекрасного. В семье рисование было обычным времяпровождением и дома, и на даче как для взрослых, так и для детей. Поэтому было сильное и естественное желание поступать в легендарный Художественный колледж им.А.Азимзаде на факультет живописи, а затем, конечно же, в Академию художеств на факультет графики. Преподавателем композиции был знаменитый портретист Октай Садыгзаде. Уже через год после окончания учебы Гюнель становится членом творческого Союза художников Азербайджана, имея за плечами участие в нескольких выставках. Также реализует себя в сфере рекламного дизайнера и дизайнера по интерьеру. Столь широкий диапазон творчества позволяет ей сочетать эти близкие сферы искусства и взаимно их дополнять. Тем не менее она не упускает из виду главный стержень и миссию наследницы династии художников - серьезную ответственность по сохранению и передаче культурного и духовного наследия потомкам, своему народу. Day.Az представляет читателям интервью kaspiy.az с молодой худоджницей, в котором она ответила на вопрос о том, что же послужило импульсом к такому повороту:

- Я очень остро ощущаю предназначение живописи, что она вечна и непреходящая и не зависит ни от чего. Настоящее искусство всегда вне времени и пространства, оно вечно. Я рисовала всю жизнь и училась целых восемь лет, и сегодня не перестаю учиться, и все это нельзя просто так оставить или уйти в другую область, когда сердце - здесь. Дерево растет от корней своих и никак иначе. Я несколько отошла от живописи, пока мои дети были малышами, но теперь, когда они немного подросли, намерена вплотную заняться своим предназначением и любимым делом.

- Занимаетесь ли вы сейчас творчеством, и остался ли в мастерской прежний дух, который провозглашал ваш дедушка?

- Мастерская осталась в том же виде, какой была при нем: мольберты и палитры, словно он завтра вернется к ним, все в рабочем состоянии. Правда, краски усохли, кисти с потрескавшейся на них краской тоже, холсты, эскизы, незаконченные рисунки... Несколько лет назад Музей изобразительных искусств им.Мустафаева организовал выставку работ, посвященную юбилею дедушки, и вообще его картины часто выставляются на разных экспозициях. Есть в мастерской и неизвестные работы, которые еще не выставлялись, - графика, картоны, живопись. Я стараюсь не нарушать тот порядок, который был раньше, чтобы мастерская в некотором роде напоминала маленький музей в память о наших предках.

- Преемственность династии Ханларовых, их приверженность живописи и художественное наследие превращаются в достояние земли, на которой они творили, и народа, которому принадлежат? Нет ли мысли показать работы трех поколений художников одной династии? Ведь имея за плечами достойный и богатейший профессионально-художественный пласт, который по сути является мощной моральной опорой и поддержкой, представительнице династии, оставившей заметный след в истории нашего города и национального искусства, нужно совершить это на должном уровне, как вы думаете?

- Конечно, я хотела бы реализовать эту интересную идею, но для этого надо основательно подготовиться, показать динамику, свое лицо и представить все на профессиональном уровне. Это серьезная работа, требующая времени и проработки всех нюансов. История нашего рода чрезвычайно интересна и достойна, она переплетается со многими странами и историей. Возвращаясь к нашей теме, замечу, что меня больше привлекает живопись, хотя природа, книжная графика тоже чрезвычайно интересны.

- Творческий процесс - святая святых художника: в чем для вас его ценность? Что вы испытываете во время этого процесса, не свойственное ни в каком другом состоянии?

- Творчество - это настроение, умиротворение, оно как бы передает холсту твое внутреннее ощущение и видение жизни, событий, людей, себя, наконец. Наверное... это единение, когда душа и тело, краски и холст сливаются в одно гармоничное целое, когда мысли и чувства передаются через кисть на полотно, когда освобождаешься от того, что переливается через край и бурлит внутри. Это диалог с самим собой, с красками, кистями, полотном, темой, которую стремишься воплотить, мыслями и идеями, которые хочешь запечатлеть...

- Давайте заглянем еще глубже: а что подталкивает вас к общению с холстом и красками, к самовыражению, а затем и самоутверждению через них? Сильное впечатление?

- Прежде всего это состояние моей души, настроение, то есть речь идет не только о каких-то восторженных и положительных эмоциях и мыслях, но и окрашенных в более сдержанный и даже печальный тон. Почему, например, рисуют Ходжалы? Это своего рода протест, несогласие с насилием, агрессией, выражение своей гражданской, личностной позиции, потому что картины, когда они выставляются в салонах или на выставках, начинают работать со зрителем, воплощать и доносить свою миссию, которая была вложена в нее художником.

- Бывает ли, что хочется вернуться к своим ранним работам и довести их до нынешнего уровня понимания и профессионализма?

- Нет. Скорее, бывают работы, когда требуется время, чтобы подсохла краска, и потом наложить новый слой. Здесь несколько этапов работы, или работа над эскизами, этюдами, которые постоянно совершенствуешь, пока не достигнешь желаемого результата. Но переделывать старое - я никогда этого не делаю, потому что заложенная в конкретной работе мысль или цель воплощается и исчерпывается до конца в самом процессе работы. Вместе с тем какое-то недовольство собой постоянно присутствует. Помните, как Микеланджело ломал свои фрески и скульптуры, когда не получал нужного результата, говоря, что скисшее вино следует выливать. Недовольство - хороший стимул к развитию и поиску нового. Я полна новых замыслов и идей, впереди масса задумок и целая серия новых картин.

Мощный морально-духовный и художественный пласт, оставленный предками, будет незримо подпитывать энергию созидания и продвигать вперед творческий процесс молодой художницы. Ощущение почетной миссии хранительницы очага и неизмеримо огромного художественно-духовного наследия с течением времени будет наполнять ее сердце все большей гордостью и радостью. Чувство сопричастности и осознание принадлежности к мощному древу будут раздвигать горизонты и придавать сил - как физических, так и духовных - вселять энергию преодоления препятствий. Это силы, которые когда-то не использовались, не растратились и не воплотились в нечто высокое и осязаемое, - аккумулируясь во времени и пространстве, устремятся на созидание и достижение высоких целей. Это очень важно.

Говорят, корни деревьев имеют несравненно большую длину и глубину, чем они сами и ширина их кроны. То же самое можно сказать и о горах, имеющих основание, по размерам намного превышающее собственно гору. Насколько тонко молодая художница ощутит свое предназначение, настолько полно ей удастся претворить его в жизнь. Пожелаем же ей на этом нелегком пути удачи и терпения.