Новая постановка "Кармен" прошла в Баку с сюрпризами - ФОТО
Первый шок публика испытала, увидев яркие афиши спектакля, которые были расклеены по всей столице, не говоря уже о рекламных видеороликах - на фоне огненного сердца образ красавицы Чинары Ширин в красном платье с воланами по краю (в отличие от шоу-биза, в последнее время нечасто увидишь качественную рекламу классической постановки). И первый же недоумённый вопрос: Чинара Ширин - сопрано, тогда как партия роковой цыганки, как хорошо известно, предназначена для меццо.

Как оказалось уже при выяснении столь интригующей составляющей постановки, Чинара Ширин обратилась к специалистам в Италии, которые определили, что у вокалистки рабочий диапазон голоса гораздо ниже, чем было принято считать ранее. Что ж, такие оказии, хотя и не часто, но встречаются в исполнительской практике.

Один из последних примеров - случай с Ольгой Перетятько, которой, по совету грамотного специалиста, пришлось переучиваться с меццо на сопрано, и этот переход оказался весьма удачным - молодая вокалистка уже является примой Венской оперы и Ла Скала, считается одной из лучших колоратур на данном этапе. В целом, на Западе (в отличие от русской исполнительской традиции) разница между меццо-сопрано и центральным лирическим сопрано лишь в небольшом диапазоне, при этом меццо-сопрано имеют явный "сопрановый" звук, довольно светлый, и обладают большой подвижностью голоса. Будет ли переход на меццо успешным и для Чинары Ширин - предстояло узнать по её меццо-сопрановому дебюту.

И выбор первого спектакля стал очень удачным - одна из самых выигрышных "коронных" партий: знаменитая Кармен в одноимённой опере Жоржа Бизе, которая входит в топ-лист самых популярных оперных опусов в мире. В основе оперы Бизе лежит известная одноименная новелла Проспера Мериме, повествующая о простом солдате, жившем дотоле в соответствии с вековечными законами и выбитом из колеи встречей с цыганкой Кармен.

Порой читаешь рецензии зарубежных коллег и начинаешь сомневаться в их адекватном восприятии классических сюжетов. Новомодная "режиссёрская опера" трактует знакомый сюжет не как трагедию солдата, охваченного пламенем страсти, в которой сгорают все устойчивые, впитанные с молоком матери, представления о чести, совести и его любви к простой деревенской девушке - своей невесте Микаэле, ради которой он становится дезертиром, контрабандистом. А как "обличение мужчины-собственника, чьи атавистические инстинкты деструктивно влияют на отношения, разрушая любовь, превращая ее из источника жизни в источник смерти".

При этом, Хозе убивает Кармен не потому, что она, отняв у него всё, что было дорого в его жизни, лишила его последней иллюзии - иллюзии её любви, а потому, что вульгарная и беспринципная Кармен вдруг стала символом феминизма. А точнее, "женщиной в заданной системе координат" и "рассматривается как вещь, предмет, кусок неодушевленной плоти; те, что сопротивляются, ценят свою свободу и независимость превыше всего, обречены на гибель: таковы законы "мужского мира".

Видимо, таких "критиков" было немало в период самого композитора, иначе никак не объяснить причину столь преждевременной смерти 37-летнего композитора, поводом для которой послужила душевная травма, полученная им вследствие провала оперы на премьере.

Откровенно говоря, автор этих строк не ожидала такого повышенного ажиотажа вокруг данной постановки в Баку. Аншлаги - довольно привычное явление для Театра оперы и балета, но столь повышенный интерес можно объяснить сразу двумя причинами: это и роскошная опера, это и первое выступление Ч.Ширин в меццовом репертуаре, тем более и партнёром вокалистки в сей вечер выступил известный тенор - народный артист Украины Андрей Романенко, который у бакинской публики оставил весьма благоприятное впечатление по своему выступлению в постановке "Дон Карлос".

Кармен-Ч.Ширин понравилась, даже очень, на месте были и голос, и великолепная музыкальность, и страсть, и темперамент, и актерское обаяние. Меццо вокалистки оказалось весьма приятным, моментами завлекательно-жгучим и абсолютно свободным, без напряжения верхов (что, собственно, и следовало ожидать, учитывая прежний сопрановый опыт Ч.Ширин).

Сценический образ - продолжение вокального: это красивая, в традиционном корсете и цыганской юбочке с роскошной копной иссиня-чёрных кудрявых волос и испепеляющими карими глазами Кармен, способная на что угодно (сценические костюмы Ч.Ширин всегда вызывают неизменный интерес женской половины зала). В плане актёрского воплощения её Кармен - сущий демон, как поёт о ней в финале несчастный Хозе. Кармен-Ч.Ширин, словно лиана, соблазняя, обволакивает то Хозе (А.Романенко), то Цунигу (Али Аскеров), мечется и мучается в предчувствии смерти в "карточной" арии и всё же бросается в объятья Эскамильо (Антон Ферштандт).

Её партнер - Андрей Романенко оставил неоднозначное впечатление. Из "плюсов" исполнителя - довольно чистое интонирование и крепкие верхи, однако голос украинского тенора тяжёлый, густой, без особого разнообразия в красках и интонациях. Особенно это было заметно при исполнении знаменитой арии с цветком - "La fleur que tu m'avais jetee" ("Видишь, как свято храню цветок, что ты мне подарила"), в которой не было ни эмоциональной полётности, ни фразировочной гибкости.

В целом, приятно, когда в постановке, помимо хороших голосов, чисто внешне все исполнители просто идеально соответствуют (и по внешности, и по возрасту) своим персонажам. Всё же театр, даже музыкальный, в равной степени - искусство визуальное. В сей раз, в "Кармен" была и нежная Микаэла - Инара Бабаева, продемонстрировавшая чистоту своего звонкого голоса в трогательной арии "Je dis que rien ne m'epouvante" ("Напрасно себя уверяю"). И импозантный Али Аскеров в партии капитана Цуниги. Весьма правдоподобно, что ради такого брутального вида Эскамильо - Антона Ферштандта в роскошном костюме тореадора, уверенно распевающего свои знаменитые куплеты, красавица-цыганка могла потерять голову. Порадовали компримарио Гюльназ Исмайлова (Фраскита), Сабина Асадова (Мерседес), Турал Агасиев (Данкайро) и Алиахмед Ибрагимов (Ремендадо). Знаменитый хрестоматийный квинтет второго акта с участием этой четверки и Кармен был исполнен стройно, захватывающе, с позволения сказать, с драйвом.

На сей раз хотелось особо отметить работу маэстро Эйюба Гулиева. Автор этих строк во время репетиции наблюдала, как вежливо, интеллигентно, но при этом очень твёрдо маэстро делал рабочие замечания оркестру, хору и отдельным исполнителям, и готова была подписаться под каждым словом, сказанным маэстро.

Ещё пара постановок, и, про Эйюба Гулиева можно будет сказать, что маэстро сумел обуздать интонационно и ритмически своеобразный "нрав" музыкальной составляющей оперы "Кармен".

Нажмите на фотографии для увеличения: