Азербайджан и Nabucco: а будет ли труба?
7-10 июня в Баку будет проходить 18-я Международная выставка "Нефть, газ, нефтепереработка и нефтехимия Каспия", в которой, наряду с представителями транснациональных энергетических корпораций, участвуют министры, высшие чиновники, ведающие вопросами энергетической политики целого ряда стран. Среди них спецпредставитель госсекретаря США по энергетическим вопросам Евразии Ричард Морнингстар, еврокомиссар по энергетике Гюнтер Оттингер, управляющий директор "Nabucco Gas Pipeline International" Рейнхард Митчек.

Почти в это же самое время в городе Кайсери (Турция) ожидается подписание соглашения о поддержке проекта газопровода Nabucco, что является необходимой предпосылкой для его успешного финансирования. Этим соглашением правительства стран-транзитеров (Австрия, Болгария, Венгрия, Румыния и Турция) и консорциум "Nabucco Gas Pipeline International" должны подтвердить соблюдение выгодного регулятивного транзитного режима в соответствии с энергетическим законодательством ЕС и Турции и гарантировать, что никакие изменения в законодательстве в будущем не ухудшат условия в отношении данного трубопровода.

Хотя названные мероприятия прямо не связаны друг с другом, но их интригу во многом составляет отношение Азербайджана к проекту Nabucco. Этот газопровод протяженностью 3300 км и проектной мощностью 31 миллиард кубометров является ключевым элементом европейской энергетической стратегии "Южного коридора". Участниками проекта являются австрийская OMV, венгерская MOL, болгарская Bulgargaz, румынская Transgaz, турецкая Botas и немецкая RWE каждая из которых обладает равными долями - по 16,67 процента.

Переговоры по Nabucco ведутся уже давно, но практическая его реализация постоянно откладывалась. Задержка не в последнюю очередь была вызвана неопределенностью на европейском газовом рынке.

Известно, что масштабная добыча и использование сланцевого газа в США привело к тому, что спрос на СПГ (сжиженный природный газ) здесь резко упал. Катар, нарастивший огромные мощности по СПГ, переориентировался на европейский рынок, на котором образовался переизбыток газа. Грянувший финансово-экономический кризис усугубил ситуацию. Цены на газ, а также законтрактованные его объемы в Европе существенно снизились.

Наметившийся с прошлого года выход из экономической рецессии, а также изменение отношения к атомной энергетике после аварии на АЭС "Фукусима 1" внес существенные коррективы в оценки роста потребления газа в Европе. Десятки блоков АЭС не только в Японии, но и в Германии остановлены. Правительство ФРГ приняло принципиальное решение об отказе от ядерной энергетики и планирует закрыть последнюю из действующих АЭС к 2023 году. Вдобавок Северная Африка (Египет, Ливия, Тунис, Алжир), которая наряду с Россией и Катаром является главным внешним поставщиком газа в Европу, погрузилась в пучину долговременной нестабильности и анархии.

В этих условиях перед Евросоюзом во весь рост встает задача не только диверсификации, но и стабильного обеспечения промышленности и потребителей газом в нужном объеме. Ведь ожидается, что Япония отвлечет значительную часть российского и катарского газа для компенсации останавливаемых для профилактических работ блоков АЭС. Санкции в отношении Ирана, нестабильность в Ираке не позволяют рассчитывать на наращивание поставок сколько-нибудь значительных объемов газа из этих стран. Остается Каспий, большие газовые запасы Туркменистана и отчасти Азербайджана. Без трубопровода Nabucco осуществить доставку газа из названных источников в Европу будет сложно.

В Азербайджане разведанные запасы газа и его экспорт, в сравнении с соседними странами, не так велики. Однако добыча газа наращиваются, и после разработки второй фазы проекта "Шах Дениз" его объем приблизится к 40 млрд. кубометров, из которых около 25 миллиардов могут быть экспортированы. Если Евросоюз решает задачу диверсификации поставок газа и снижения чрезмерной зависимости в этом отношении от российского "Газпрома", акционеры Nabucco говорят о том же, а в действительности думают о том, как получить максимальную прибыль, то Баку не может не принимать во внимание как финансово-экономическую, так и политическую составляющую этого проекта.

Президент SOCAR (Госнефтекомпания) Ровнаг Абдуллаев недавно заявил, что кампания находится на стадии выбора маршрута транспортировки азербайджанского газа на европейский рынок. Рассматриваются различные варианты, среди которых: Nabucco, Трансадриатический газопровод (TAP) и ITGI (Azerbaijan-Georgia-Romania Interconnector). Со слов Ровнага Абдуллаева, SOCAR подходит ко всем проектам с одинаковым интересом и заинтересована в развитии каждого из предлагаемых маршрутов. Выбор будет сделан в пользу наиболее экономически эффективного предложения. Со второй фазы газоконденсатного месторождения "Шах Дениз" предполагается реализовать на европейском рынке 10 млрд. кубометров газа (6 млрд. кубометров уже зарезервировала Турция). Срок подачи заявочных предложений определен до 1 октября.

О газопроводе Nabucco говорилось выше. Что же касается ITGI, то он включает обновленную турецкую трубопроводную инфраструктуру, а также соединительные трубопроводы Турция-Греция и Греция-Италия. Планируемая пропускная способность газопровода ITGI составляет 11,8 миллиарда кубических метров в год, из которых 3,6 миллиарда кубических метров намерена получать Греция, а оставшуюся часть - Италия.

Параллельно идет проработка, причем достаточно энергичная, и другого проекта - AGRI (Azerbaijan-Georgia-Romania Interconnector). Недавно представители Азербайджана, Грузии, Румынии и Венгрии на министерской встрече в Бухаресте выразили полную поддержку этому проекту, предусматривающему поставку каспийского газа в сжиженном виде через черноморское побережье Грузии в Восточную Европу. Участниками AGRI в равной 25-процентной доле являются наш SOCAR, румынская ROMGAZ, нефтегазовая корпорация Грузии и венгерская MVM. Стоимость проекта AGRI в зависимости от объемов поставок СПГ может варьировать от 1,2 миллиарда до 4,5 миллиарда евро.

Проект Nabucco в ряду упомянутых выше альтернативных вариантов не имеет очевидных преимуществ, по крайней мере, для Азербайджана. С точки зрения стоимости Nabucco является наиболее дорогостоящим. Если вначале речь шла о сумме в 5 миллиардов евро, то уже озвучиваются цифра в 14-15 миллиардов евро. И это без учета затрат на строительство транскаспийского трубопровода и участка от Баку до Арзрума, финансирование которых акционеры Nabucco желали бы возложить на Баку и Ашхабад. Понятно, что тарифы за прокачку газа окажутся довольно высокими. Акционеры Nabucco и Евросоюз ничего от этого не теряют, а только выигрывают. Азербайджан же должен считать и сопоставлять экономику различных вариантов доставки своего газа на рынки и добиваться минимализации транспортных расходов. Решение может быть принято лишь тогда, когда появится ясность с формулой цены на газ, конкретные покупатели и законтрактованные объемы.

Nabucco обеспечивает диверсификацию поставок газа для Европы, но фактически привязывает Азербайджан к одной трубе. Если не считать незначительных объемов, поставляемых России, Грузии и Ирану, почти весь наш газ завязывается на одно направление - Турцию и далее в Европу. Хотя с целью диверсификации для Азербайджана полезно часть газа направить в Сирию и Иорданию, а также через Черное море в Украину.

Не все просто и в вопросе транскаспийского трубопровода. Очевидно, что без туркменского газа заполнить Nabucco нечем. Даже для первой фазы нужно 11 миллиардов кубометров газа, тогда как Азербайджан готов выделить только 5 миллиардов. Но выгоды для Азербайджана от активного продвижения транскаспийского трубопровода весьма сомнительны. Во-первых, есть неурегулированный вопрос между Баку и Ашхабадом по разделу каспийского шельфа. Во-вторых, планы транскаспийского трубопровода вызывают открытое противодействие со стороны России и Ирана. Брать на себя риски ухудшения отношений с этими державами, которые играют большую роль в решении таких жизненно важных для нас проблем, как карабахское урегулирование и статус Каспия, для Баку совершенно нет резона. В-третьих, транзит в больших объемах туркменского газа грозит усилить конкуренцию с нашим собственным газом на рынках Турции и Балкан. Туркменские транзитные платежи вряд ли покроют наши потери в цене за газ, из-за возросшей конкуренции на рынке.

Однако все приведенные выше обстоятельства не перечеркивают перспективы Nabucco. Более того, я уверен, что проект этот обязательно будет осуществлен. Ведь имеются гигантские запасы газа на Каспии и в прикаспийских странах, есть платежеспособный спрос на него в Европе и самый кратчайший маршрут - тот, который проектируется для Nabucco. Но проект может быть реализован лишь в том случае, когда Евросоюз конкретно включится в рассмотрение озабоченностей экономического и политического характера, которые выдвигают Азербайджан и Туркменистан.

Так, Президент Туркменистана Гурбангулы Бердымухамедов в ходе своего недавнего визита в Румынию вновь высказался в пользу подписания соглашений в области сотрудничества в газовой сфере между Евросоюзом, Туркменистаном и Азербайджаном. Это важно, чтобы в вопросе транскаспийского трубопровода Баку и Ашхабад не оставались с глазу на глаз с Москвой, а опирались на политическую и экономическую мощь Брюсселя.

Реализация масштабного и дорогостоящего проекта Nabucco требует гарантий безопасности, включающих достижение прогресса в карабахском урегулировании. Ведь трубопровод пройдет вблизи от линии временного прекращения огня, статус-кво на которой с каждой неделей и месяцем все трудней поддерживать. Евросоюз для обеспечения функционирования "Южного коридора" мог бы более активно включиться в урегулирование карабахского конфликта и помочь Баку мирным путем добиться освобождения оккупированных армянами территорий.

Раздувание затрат на строительство Nabucco так же не на пользу этому проекту. Брюссель может условием своей финансовой поддержки добиться оптимизации и снижения затрат и сделать проект более рентабельным как для собственников газа, так и для конечных потребителей.

Не только Брюссель, но и правительства ведущих европейских держав, в первую очередь Германии, также могут своими усилиями продвинуть проект Nabucco. Немецкая RWE, являющаяся акционером Nabucco, ведет работы и на туркменском шельфе Каспия. В случае обнаружения крупных промышленных запасов, их доставке на азербайджанский берег по подводному трубопроводу и последующей прокачке через Nabucco альтернативы нет. Принимая во внимание особые отношения между Москвой и Берлином, тесное партнерство ФРГ с "Газпромом", германская поддержка проекту Nabucco могла бы оказаться решающей. Одним словом, в реализации крупных проектов, каковым, несомненно, является Nabucco, политика и экономика должна рассматриваться в тесной связи, и только тогда достигается успех.