"Историческая призма": 1920 год. Чрезмерные аппетиты дашнаков оставили их без Нахчывана

2 октября 2014 06:10

Итоги Первой мировой войны оказались весьма тяжелыми для Османской Турции. Согласно Мудросскому перемирию от 30 октября 1918 года, все военно-экономические и стратегические центры страны подлежали оккупации Антантой. Согласно принятым на себя обязательствам Османская империя уступила все занятые территории на Южном Кавказе войскам Антанты, и в середине ноября 1918 года вывела оттуда свои военные силы.

После оккупации англичанами в марте 1920 года Стамбула и роспуска османского парламента 23 апреля 1920 года, в Анкаре был созван новый парламент - Великое Национальное Собрание Турции (ВНСТ). Мустафа Кемаль был избран председателем парламента и главой правительства Великого Национального Собрания, которое возглавило национально-освободительное движение турецкого народа против иностранной интервенции.

Если до Мудросского перемирия Кавказ оставался зоной конфликтов между Россией и Турцией, то теперь этот регион постепенно стал связующим звеном для обеих сторон.
 

Если до Мудросского перемирия Кавказ оставался зоной конфликтов между Россией и Турцией, то теперь этот регион постепенно стал связующим звеном для обеих сторон

Для борьбы с интервенцией движению кемалистов была крайне необходима помощь извне. Единственной их надеждой стало сотрудничество с большевиками, обещавшими поддержку всем борющимся с империализмом.

В свою очередь, Москве также были выгодны инициативы турок. Оказывая помощь Турции, большевики пытались также создать заслон вторжению на Южный Кавказ войск Антанты, и, таким образом, взяв в плотное кольцо прозападные правительства Азербайджана, Грузии и Армении, планировали в ближайшей перспективе завершить их советизацию.

Вопрос о прямой территориальной связи между Советской Россией и Анкарским правительством был одним из важнейших условий данной помощи. Подобная связь могла быть установлена лишь через территорию недавно признанных Антантой молодых государств Южного Кавказа, которых Москва в апреле-мае 1920 года избрала в качестве основных объектов военной экспансии.

Однако у Москвы постоянно существовал элемент сомнения в искренности долгосрочных союзных отношений Анкарского правительства. Большевистское руководство опасалось, что Анкара ведет двойную игру и в определенный момент может перейти в лагерь Антанты. В этом случае, дашнакская Армения рассматривалась в качестве буфера для препятствия продвижения турков вглубь Южного Кавказа и, прежде всего, к Баку.
 

В этом случае, дашнакская Армения рассматривалась в качестве буфера для препятствия продвижения турков вглубь Южного Кавказа и, прежде всего, к Баку

Данный аргумент требовал от России проводить внешне миролюбивую политику в отношениях с Арменией, всячески декларируя свое уважение к её суверенитету. Сомнения Москвы еще более усилились после вступления турецких войск в конце июня 1920 года в Нахчыван для предотвращения резни мусульманского населения со стороны армян.

Реакция большевистского руководства на это событие была неоднозначной. В телеграмме В.Ленину от 29 июня 1920 года Г.Чичерин воспринял подобный шаг турков как крутой поворот в отношениях с Москвой в смысле отдаления от нее. Причиной тому Чичерин считал ошибки, допущенные при советизации Азербайджана, вызвавшие начало движения сопротивления большевистскому режиму.

"Во всяком случае, нельзя сомневаться, что большую роль при этом сыграли повстанческие движения мусульман в Азербайджане, - писал Чичерин. - Массовое избиение мусульман нашими частями в Елизаветполе, несомненно, способствовало глубокому обострению розни между значительной частью мусульман и Советской властью, на которую многие смотрят там, как на простое московское представительство. Продвижение турок по направлению к Азербайджану, несомненно, с этим связано".

Одновременно, в переписке с секретарем Кавказского бюро ЦК РКП(б) Г.Орджоникидзе Г.Чичерин активно проталкивал идею отказа Азербайджана от Нахчывана, Шарур-Даралагеза, пытаясь обосновать подобную позицию тем, что якобы даже "мусаватское правительство всегда признавало эти территории за Арменией и без которых от Армении почти ничего не остается". Тем самым Чичерин недвусмысленно намекал на необходимость сузить границы Азербайджана с Турцией за счет расширения их у Армении, которая, будь даже дашнакская, может стать барьером на пути возможных дальнейших попыток турков продвинуться вглубь Южного Кавказа.
 

Чичерин недвусмысленно намекал на необходимость сузить границы Азербайджана с Турцией за счет расширения их у Армении, которая, будь даже дашнакская, может стать барьером на пути возможных дальнейших попыток турков продвинуться вглубь Южного Кавказа

Г.Чичерин вновь подтвердил свою позицию в телеграмме С.Кирову от 18 июля 1920 года, в которой просил его передать Б.Леграну, что "если армяне соглашаются немедленно отказаться от всего Карабаха и признать Зангезур спорным при условии признания за ними Нахичевани, мы будем чрезвычайно рады такому исходу".

Подобная позиция Москвы вызывала справедливый протест азербайджанского руководства во главе с Нариманом Наримановым, который в телеграмме от 19 июня 1920 года в Москву отмечал, что территории Нахчывана, Шарур-Даралагеза сплошь заселены мусульманами, и их передача Армении лишат Турцию и Россию важнейшего моста связи.

Свое недовольство политикой Кремля в отношении анатолийского движения и попыток передать Нахчыван Армении в докладе Ленину от 20 сентября 1920 г. выразил также полномочный представитель Азербайджанской ССР в Советской России Б.Шахтахтинский: "Союз с Турцией дает нам возможность широко использовать их влияние в борьбе с империалистами на Востоке. Но как бы сознательное допущение... уступки Нахчыванского края Армении, особенно поставленное в связь с запрещением туркам наступать на дашнаков, а равно намеки со стороны России об уступке в недалеком будущем Армении некоторых областей Анатолии, производят на турок подавляющее впечатление. Они теряют веру в серьёзность нашей политики на Востоке".

Однако большевики пытались выжать турков из Нахчывана. Поэтому Политбюро ЦК АКП(б) 13 июля 1920 года принимает решение очистить Нахчыван от турецких войск. Вслед за этим, 15 июля 1920 года Политбюро ЦК АКП(б) принимает постановление о занятии Нахчывана и других территорий российскими войсками.

28 июля 1920 года Красная Армия вступает в Нахчыван. Приказ о введении советских войск по признанию самого Чичерина был поддержан находящимся в Нахчыване турецким командованием. В то же время, в 3-м пункте договора, заключенного 10 августа 1920 года между Советской Россией и дашнакской Арменией, особо оговаривалось, что "занятие советскими войсками спорных территорий не предрешает вопрос о правах на эти территории Республики Армении или Азербайджанской Социалистической Советской Республики. Этим временным занятием РСФСР имеет в виду создать благоприятные условия для мирного разрешения территориальных споров между Арменией и Азербайджаном на тех основах, которые будут установлены мирным договором, имеющим быть заключенным между РСФСР и Республикой Армении в скорейшем будущем".

Таким образом, Азербайджан отстранялся от непосредственных переговоров с Арменией, с которой Советская Россия должна была без участия Баку решить по своему усмотрению судьбу азербайджанских земель. Договор вызвал острые протесты не только со стороны руководителей Азербайджана, но и Турции.
 

Таким образом, Азербайджан отстранялся от непосредственных переговоров с Арменией, с которой Советская Россия должна была без участия Баку решить по своему усмотрению судьбу азербайджанских земель

Однако двойственная позиция Советской России в регионе в определенной степени была на руку и дашнакскому правительству. Не случайно, что после заключения 10 августа 1920 года в Париже Севрского договора между странами Антанты и Османским правительством, в котором нашли отражение турецкие территории, подлежащие передаче Армении (Битлис, Ван, Эрзерум и Трапезунт) последняя решила, не дожидаясь арбитражного суда о границах президента США В.Вильсона, провести их силой оружия. Тем более что договор с Советской Россией от 10 августа 1920 года, по которому большевики признали самостоятельность дашнакской Армении, давала последней гарантии неприкосновенности своих границ со стороны Советского Азербайджана.

Так вооруженные силы Армении в конце сентября 1920 года вторглись в Анатолию с целью захвата территорий, которые были обещаны ей странами Антанты. Однако эта война в конечном итоге завершилась поражением дашнакского правительства, его крахом и советизацией Армении в конце ноября 1920 года. 

Ильгар Нифталиев,

доктор философии по истории, ведущий научный сотрудник Института Истории им.А.А.Бакиханова НАН Азербайджана

Самое важное и срочное мы публикуем на странице в Telegram. Подпишись!