https://news.day.az/politics/63529.html
Гаджи Мамедов: «Джавадага является преступником, придет время, и он будет сидеть здесь»
Вчера в Суде по делам о тяжких преступлениях был продолжен судебный процесс по делу банды, возглавляемой бывшим старшим оперуполномоченным Главного управления уголовного розыска (ГУУР) Министерства внутренних дел (МВД) Гаджи Мамедовым.
Как сообщило АПА, на процессе начальник Отдела по борьбе с организованной преступностью Главного управления полиции города Баку (ГУПГБ) Айдын Рзаев ответил на вопросы адвоката Адиля Исмайлова в качестве свидетеля по эпизоду похищения Замиры Гаджиевой - супруги председателя Правления "Международного Банка" Джахангира Гаджиева. Он отметил, что один раз давал показания в МНБ в связи с этим событием.
Затем Г.Мамедов спросил А.Рзаева: "Чем обосновал Джавадага Султанов слова, сказанные Джахангиру Гаджиеву о Закире Насирове? Ты спросил у Джавадаги о том, откуда он получил информацию об этом?".
А.Рзаев отметил, что ничего не спрашивал об этом у Д.Султанова: "Я знал, что он ничего не скажет".
После этого Г.Мамедов сделал заявление о Д.Султанове: "Я знаком с Джавадагой уже долгое время. Я много раз давал ему взятки. Джавадага пил чай с террористом Русланом Гелаевым. Когда Закир давал показания в МНБ в качестве свидетеля, он убедился в теплом отношении там к Джавадаге. Когда Джавадага сообщил Джахангиру Гаджиеву о Закире, он не мог произнести моего имени и поэтому он произнес имя моего бывшего начальника Закира Насирова. Но, я подтверждаю, что ГУПГБ не только не располагало информацией о моей банде, но даже не представляло ее себе. Сейчас нетрудно винить во всем Закира. Сейчас руководящие работники бросают друг в друга камни, используя мое имя. Джавадага является преступником, он ничем не лучше нас, придет время, и он тоже будет сидеть здесь.
К раскрытию моих преступлений был близок только бывший заместитель начальника Хатаинского районного управления полиции Намиг Мурадов, но он не располагал конкретными фактами. Если факты по делу Бориса Эйюбова будут раскрыты, я скажу многое".
Затем З.Насиров выразил готовность ответить на все вопросы и проанализировать совершенные преступления: "Айдын Рзаев не хочет говорить на суде об оперативно-розыскных мероприятиях. Но, на суде можно сказать все об этом. Представьте документы, если выяснится, что я виновен, то я готов понести наказание. Но, пусть на меня ничего не списывают".
Отвечая на вопросы адвоката Джахангира Насирова, А.Рзаев заявил, что не сообщал Закиру Насирову о разговоре Д.Султанова с Д.Гаджиевым о том, что Замиру похитили Закир Насиров и члены его банды.
Затем адвокат Адиль Исмайлов выступил с ходатайством, в котором попросил огласить том, в котором содержатся показания А.Рзаева о времени и участниках разговора в офисе Д.Гаджиева о похищении Замиры Гаджиевой в связи с наличием противоречий с показаниями, данными им по этому эпизоду на суде.
Судья удовлетворил ходатайство. Хотя в показаниях А.Рзаева следствию указывалось, что разговор произошел в офисе 11 февраля 2005 года, свидетель заявил на суде, что это произошло в день похищения Замиры, то есть 10 февраля и назвал это ошибкой следователей.
В ответ на вопросы гособвинителей А.Рзаев сообщил, что был вызван на заседание в МВД наутро после похищения Замиры Гаджиевой: "На этом заседании кроме меня участвовали Магеррам Алиев, Джавадага Султанов, министр Рамиль Усубов, Вилайет Эйвазов и Закир Насиров.
После заседания я отправился в главное управление, спустя 4-5 часов мне позвонил Закир Насиров и спросил меня о письме, отправленном бандой Джахангиру. Он попросил меня, по мере возможности, предоставить ему копию письма".
З.Насиров отметил, что А.Рзаев не участвовал на заседании, проведенном в МВД. Затем дала показания Мастан Новрузова - мать Дильбер Новрузовой, убитой вместе с Борисом Эйюбовым и Русланом Укушевым: "Я один раз давала показания следствию по поводу убийства Дильбер. В то время я на две недели уехала в Казахстан. В связи со случившимся я вернулась обратно.
Мне сказали, что в результате аварии кроме Дильбер погибли и двое чеченцев. У Дильбер не было семьи, я не располагаю информацией о том, что она с кем-то встречалась. После события меня ни в какие органы не вызывали, но мне вернули золотые украшения, которые были на Дильбер тогда, когда она погибла".
Гаджи Мамедов: «Джавадага является преступником, придет время, и он будет сидеть здесь»
Затем Г.Мамедов спросил А.Рзаева: "Чем обосновал Джавадага Султанов слова, сказанные Джахангиру Гаджиеву о Закире Насирове? Ты спросил у Джавадаги о том, откуда он получил информацию об этом?".
А.Рзаев отметил, что ничего не спрашивал об этом у Д.Султанова: "Я знал, что он ничего не скажет".
После этого Г.Мамедов сделал заявление о Д.Султанове: "Я знаком с Джавадагой уже долгое время. Я много раз давал ему взятки. Джавадага пил чай с террористом Русланом Гелаевым. Когда Закир давал показания в МНБ в качестве свидетеля, он убедился в теплом отношении там к Джавадаге. Когда Джавадага сообщил Джахангиру Гаджиеву о Закире, он не мог произнести моего имени и поэтому он произнес имя моего бывшего начальника Закира Насирова. Но, я подтверждаю, что ГУПГБ не только не располагало информацией о моей банде, но даже не представляло ее себе. Сейчас нетрудно винить во всем Закира. Сейчас руководящие работники бросают друг в друга камни, используя мое имя. Джавадага является преступником, он ничем не лучше нас, придет время, и он тоже будет сидеть здесь.
К раскрытию моих преступлений был близок только бывший заместитель начальника Хатаинского районного управления полиции Намиг Мурадов, но он не располагал конкретными фактами. Если факты по делу Бориса Эйюбова будут раскрыты, я скажу многое".
Затем З.Насиров выразил готовность ответить на все вопросы и проанализировать совершенные преступления: "Айдын Рзаев не хочет говорить на суде об оперативно-розыскных мероприятиях. Но, на суде можно сказать все об этом. Представьте документы, если выяснится, что я виновен, то я готов понести наказание. Но, пусть на меня ничего не списывают".
Отвечая на вопросы адвоката Джахангира Насирова, А.Рзаев заявил, что не сообщал Закиру Насирову о разговоре Д.Султанова с Д.Гаджиевым о том, что Замиру похитили Закир Насиров и члены его банды.
Затем адвокат Адиль Исмайлов выступил с ходатайством, в котором попросил огласить том, в котором содержатся показания А.Рзаева о времени и участниках разговора в офисе Д.Гаджиева о похищении Замиры Гаджиевой в связи с наличием противоречий с показаниями, данными им по этому эпизоду на суде.
Судья удовлетворил ходатайство. Хотя в показаниях А.Рзаева следствию указывалось, что разговор произошел в офисе 11 февраля 2005 года, свидетель заявил на суде, что это произошло в день похищения Замиры, то есть 10 февраля и назвал это ошибкой следователей.
В ответ на вопросы гособвинителей А.Рзаев сообщил, что был вызван на заседание в МВД наутро после похищения Замиры Гаджиевой: "На этом заседании кроме меня участвовали Магеррам Алиев, Джавадага Султанов, министр Рамиль Усубов, Вилайет Эйвазов и Закир Насиров.
После заседания я отправился в главное управление, спустя 4-5 часов мне позвонил Закир Насиров и спросил меня о письме, отправленном бандой Джахангиру. Он попросил меня, по мере возможности, предоставить ему копию письма".
З.Насиров отметил, что А.Рзаев не участвовал на заседании, проведенном в МВД. Затем дала показания Мастан Новрузова - мать Дильбер Новрузовой, убитой вместе с Борисом Эйюбовым и Русланом Укушевым: "Я один раз давала показания следствию по поводу убийства Дильбер. В то время я на две недели уехала в Казахстан. В связи со случившимся я вернулась обратно.
Мне сказали, что в результате аварии кроме Дильбер погибли и двое чеченцев. У Дильбер не было семьи, я не располагаю информацией о том, что она с кем-то встречалась. После события меня ни в какие органы не вызывали, но мне вернули золотые украшения, которые были на Дильбер тогда, когда она погибла".
Присоединяйтесь к нам в мессенджерах:
Заметили ошибку в тексте? Выберите текст и сообщите нам, нажав Ctrl + Enter на клавиатуре
