https://news.day.az/politics/63642.html
Джавадага Султанов дал показания на судебном процессе по делу Гаджи Мамедова: «Нет моей фотографии с чеченцами и Б.Эйюбовым»
Вчера во второй половине дня в Суде по делам о тяжких преступлениях был продолжен судебный процесс по делу банды, возглавляемой бывшим старшим оперуполномоченным Главного управления уголовного розыска Министерства внутренних дел (МВД) Гаджи Мамедовым.
Как сообщает АПА, на процессе дал свидетельские показания бывший заместитель по оперативной части начальника Главного управления полиции города Баку Джавадага Султанов.
Он отметил, что за время работы в системе полиции руководил раскрытием ряда преступлений, связанных с похищением людей: "В 2000 году, когда я работал в Главном отделении уголовного розыска ГУПГБ, ко мне пришел криминалист Ровшан Алиев и попросил моей помощи в связи со случившимися в столице похищениями людей. Я обещал помочь ему в этом деле.
После этой встречи Ровшан вновь пришел ко мне на работу и мы подробно побеседовали с ним. Спустя некоторое время меня назначили начальником Бинагадинского районного управления полиции. Когда Ровшан вновь пришел ко мне, он сказал, что есть хорошие новости, он обещал зайти ко мне через некоторое время.
В последний раз я виделся с Ровшаном в чайхане вблизи Морского вокзала. Он говорил со мной об исчезновении Азера Исмайлова. Ровшан сказал, что наших сотрудников арестуют по обвинению в этом деле. Он сказал, что за всеми преступлениями стоят генералы и назвал только имя Закира Насирова. Он сказал, что у Закира есть вооруженные банды в "Карабулаге". Я не поверил в это и позднее сам заинтересовался этим делом. Когда спустя полтора месяца после этого разговора Ровшана убили, я еще больше поверил в его слова.
Я передал слова Ровшана Магерраму Алиеву. Магеррам Алиев посоветовал мне быть осторожным и внимательным. После этого я продвигал свою работу на заседаниях, проводимых в министерстве, наблюдал за отношением к себе других людей.
Я не отразил в документах слова Ровшана, так как боялся за свою жизнь. Если бы я сделал это, то меня бы убили. После убийства Ровшана я сконцентрировал все свое внимание на деле о похищении Меджида Мамедова, но у меня забрали это дело. После освобождения Меджида я побеседовал с ним и выяснилось, что это дело является продолжением цепи преступлений. Я хотел проделать большую работу в связи с убийством Ровшана, но мне не удалось сделать этого. Меня ждала его участь".
Говоря об убийстве Фатуллы Гусейнова, Д.Султанов отметил, что на месте события был и Закир Насиров. Бывший заместитель начальника полиции отметил, что они побеседовали вдвоем на месте события и добавил, что З.Насиров выдвинул версию о том, что в Ф.Гусейнова стреляли двое: "Но я не обращал внимания на его слова и продолжал заниматься своим делом. Я сказал Адилю Гусейнову, что если он знает убийц своего отца, пусть напишет нам заявление. Но, мы не получили этого заявления".
Что касается похищения Замиры Гаджиевой, Д.Султанов отметил, что как только он узнал об этом, сразу же пришел в офис Джахангира Гаджиева: "Когда я находился в его комнате, принесли письмо от членов банды. Я подумал про себя, что это преступление также сходно по характеру с предыдущими.
Сперва я сказал Джахангиру, что лично раскрою это преступление. Но, после того, как ему позвонили, он сказал, что это дело контролирует президент, расследование будет проводить МНБ. После этого я понял, что Джахангир Гаджиев является крепким человеком и доверился ему.
Я не сдержался и сказал, чтобы он сообщил в МНБ о том, что его супругу похитили Закир Насиров и его люди. Магеррам Алиев тоже посоветовал Джахангиру Гаджиеву поверить мне".
Отвечая на вопросы Г.Мамедова, Д.Султанов заявил, что не был знаком с чеченцем Борисом Эйюбовым: "Я не знал и о задержании в Евлахе принадлежавшего чеченцам автомобиля. Я узнал об этом после того, как мне позвонил Камиль Садреддинов".
На вопрос: "Почему ты не сказал о том, что тебе сказал Ровшан, кого ты опасался?", Д.Султанов ответил: "Я был единственным человеком, который не боялся твоей банды". По его словам, для разоблачения банды требовалось время.
Д.Султанов опроверг слова Гаджи Мамедова о наличии его фотографии с Б.Эйюбовым: "Я не присутствовал на каких-то торжествах с участием чеченцев. Возможно, они сфотографировались, сидя рядом со мной на свадьбе. Я натерпелся от чеченцев".
Г.Мамедов обвинил Д.Султанова в том, что он боялся преступника: "Джавадага валит все на Магеррама Алиева. Он утверждает, что говорил о совершенных мной преступлениях только с Магеррамом Алиевым, так как доверял ему, я планировал убить вас вместе. Я с недоверием отношусь к словам Джавадаги. Он говорит неправду, он не знал о существовании моей банды".
Отвечая на вопросы адвоката Адиля Исмайлова, Д.Султанов раскрыл причины того, что Ровшан Алиев рассказал ему о похитителях людей: "Ровшан знал о том, что я занимаюсь раскрытием преступлений, связанных с похищением людей. Я не знаю о том, доложил ли Магеррам Алиев информацию, которую я сообщил ему со слов Ровшана Алиева президенту и генеральному прокурору".
Процесс будет продолжен 14 ноября с дачи вопросов Д.Султанову.
Джавадага Султанов дал показания на судебном процессе по делу Гаджи Мамедова: «Нет моей фотографии с чеченцами и Б.Эйюбовым»
Он отметил, что за время работы в системе полиции руководил раскрытием ряда преступлений, связанных с похищением людей: "В 2000 году, когда я работал в Главном отделении уголовного розыска ГУПГБ, ко мне пришел криминалист Ровшан Алиев и попросил моей помощи в связи со случившимися в столице похищениями людей. Я обещал помочь ему в этом деле.
После этой встречи Ровшан вновь пришел ко мне на работу и мы подробно побеседовали с ним. Спустя некоторое время меня назначили начальником Бинагадинского районного управления полиции. Когда Ровшан вновь пришел ко мне, он сказал, что есть хорошие новости, он обещал зайти ко мне через некоторое время.
В последний раз я виделся с Ровшаном в чайхане вблизи Морского вокзала. Он говорил со мной об исчезновении Азера Исмайлова. Ровшан сказал, что наших сотрудников арестуют по обвинению в этом деле. Он сказал, что за всеми преступлениями стоят генералы и назвал только имя Закира Насирова. Он сказал, что у Закира есть вооруженные банды в "Карабулаге". Я не поверил в это и позднее сам заинтересовался этим делом. Когда спустя полтора месяца после этого разговора Ровшана убили, я еще больше поверил в его слова.
Я передал слова Ровшана Магерраму Алиеву. Магеррам Алиев посоветовал мне быть осторожным и внимательным. После этого я продвигал свою работу на заседаниях, проводимых в министерстве, наблюдал за отношением к себе других людей.
Я не отразил в документах слова Ровшана, так как боялся за свою жизнь. Если бы я сделал это, то меня бы убили. После убийства Ровшана я сконцентрировал все свое внимание на деле о похищении Меджида Мамедова, но у меня забрали это дело. После освобождения Меджида я побеседовал с ним и выяснилось, что это дело является продолжением цепи преступлений. Я хотел проделать большую работу в связи с убийством Ровшана, но мне не удалось сделать этого. Меня ждала его участь".
Говоря об убийстве Фатуллы Гусейнова, Д.Султанов отметил, что на месте события был и Закир Насиров. Бывший заместитель начальника полиции отметил, что они побеседовали вдвоем на месте события и добавил, что З.Насиров выдвинул версию о том, что в Ф.Гусейнова стреляли двое: "Но я не обращал внимания на его слова и продолжал заниматься своим делом. Я сказал Адилю Гусейнову, что если он знает убийц своего отца, пусть напишет нам заявление. Но, мы не получили этого заявления".
Что касается похищения Замиры Гаджиевой, Д.Султанов отметил, что как только он узнал об этом, сразу же пришел в офис Джахангира Гаджиева: "Когда я находился в его комнате, принесли письмо от членов банды. Я подумал про себя, что это преступление также сходно по характеру с предыдущими.
Сперва я сказал Джахангиру, что лично раскрою это преступление. Но, после того, как ему позвонили, он сказал, что это дело контролирует президент, расследование будет проводить МНБ. После этого я понял, что Джахангир Гаджиев является крепким человеком и доверился ему.
Я не сдержался и сказал, чтобы он сообщил в МНБ о том, что его супругу похитили Закир Насиров и его люди. Магеррам Алиев тоже посоветовал Джахангиру Гаджиеву поверить мне".
Отвечая на вопросы Г.Мамедова, Д.Султанов заявил, что не был знаком с чеченцем Борисом Эйюбовым: "Я не знал и о задержании в Евлахе принадлежавшего чеченцам автомобиля. Я узнал об этом после того, как мне позвонил Камиль Садреддинов".
На вопрос: "Почему ты не сказал о том, что тебе сказал Ровшан, кого ты опасался?", Д.Султанов ответил: "Я был единственным человеком, который не боялся твоей банды". По его словам, для разоблачения банды требовалось время.
Д.Султанов опроверг слова Гаджи Мамедова о наличии его фотографии с Б.Эйюбовым: "Я не присутствовал на каких-то торжествах с участием чеченцев. Возможно, они сфотографировались, сидя рядом со мной на свадьбе. Я натерпелся от чеченцев".
Г.Мамедов обвинил Д.Султанова в том, что он боялся преступника: "Джавадага валит все на Магеррама Алиева. Он утверждает, что говорил о совершенных мной преступлениях только с Магеррамом Алиевым, так как доверял ему, я планировал убить вас вместе. Я с недоверием отношусь к словам Джавадаги. Он говорит неправду, он не знал о существовании моей банды".
Отвечая на вопросы адвоката Адиля Исмайлова, Д.Султанов раскрыл причины того, что Ровшан Алиев рассказал ему о похитителях людей: "Ровшан знал о том, что я занимаюсь раскрытием преступлений, связанных с похищением людей. Я не знаю о том, доложил ли Магеррам Алиев информацию, которую я сообщил ему со слов Ровшана Алиева президенту и генеральному прокурору".
Процесс будет продолжен 14 ноября с дачи вопросов Д.Султанову.
Присоединяйтесь к нам в мессенджерах:
Заметили ошибку в тексте? Выберите текст и сообщите нам, нажав Ctrl + Enter на клавиатуре
