Под видом мира: как США заходят в силовой блок Армении - АКТУАЛЬНО от Эльчина Алыоглу

Автор: Эльчин Алыоглу, директор Baku Network, специально для Day.Az

6 августа 2026 года Никол Пашинян подписал распоряжение, которое прошло в лентах одной строкой: Кристинне Григорян переназначена начальником Службы внешней разведки, Андраник Симонян сохранил Службу национальной безопасности. В правительстве, обновленном после июньских выборов, сменился ровно один министр - высокотехнологичной промышленности, им стал Давид Тадевосян. Силовой блок остался нетронутым до последней фамилии. Нетронутость здесь значит больше, чем любая перестановка: в Ереване сохраняют не людей, а построенную конструкцию.

Григорян родилась в 1981 году в Севане, служила в аппарате Национального собрания, в министерстве юстиции, в аппарате первого вице-премьера. Замминистра юстиции с июля 2019 года, первый заместитель министра с апреля 2021-го, омбудсмен с 24 января 2022 года по январь 2023-го. Четвертого октября 2023 года она возглавила Службу внешней разведки, учрежденную законом, который парламент принял 23 декабря 2022 года. Французское издание Intelligence Online 21 июля сообщило: перед вступлением в должность Григорян прошла подготовку в ЦРУ. Секретарь Совета безопасности Армен Григорян, по тем же данным, посещал США и встречался с руководителями нескольких американских разведывательных структур.

Официальная версия проста и звучит убедительно. TRIPP - транзитный проект, коммерческая история про мультимодальную связанность, работающая под армянской юрисдикцией и не затрагивающая суверенитет. Безопасность в этой версии - побочный сюжет, вежливость союзника, техническая помощь.

Версия не сходится с фактурой. Соглашение о маршруте идет в связке с пакетом, который к транзиту отношения не имеет: реформа патрульной полиции, финансирование министерства обороны, центр киберобороны, эксперты по внутренней безопасности, подбираемые в Вашингтоне под конкретные армянские ведомства. Тезис этого текста прост: Соединенные Штаты покупают в Армении не дорогу через Сюник, а долю в аппарате принуждения армянского государства, и платят за нее легитимностью мирного процесса. Дорога - витрина. Товар - полиция, разведка и киберкомандование.

Начинать надо с денег, потому что деньги здесь показательно малы. Пятнадцатого июня Ереван оформил в Вашингтоне лоббистский контракт с компанией Tricuro. Регистрационные данные по FARA, опубликованные 22 июня, дают параметры: срок с 13 мая по 12 августа, гонорар 40 тысяч долларов, ведет проект партнер фирмы Дэвид Соуэллс - выходец из Bell Pottinger и FleishmanHillard, бывший директор по связям с общественностью CNN International и AOL Time Warner Europe. По истечении срока стороны договорились обсудить, продолжать ли работу.

Сорок тысяч за три месяца - это не лоббизм, это тестовый заезд. Для сравнения: предыдущий подрядчик армянского посольства, Mercury Public Affairs, получал 50 тысяч долларов в месяц, а суммарно контракт, действовавший с апреля 2025 года до февраля 2026-го, оценивался в 600 тысяч. Азербайджан и Турция за годы вкладывали в американский рынок влияния десятки миллионов. На фоне этих порядков армянский контракт выглядит расходом на визитки.

Вывод из цифры простой: публичный лоббистский канал перестал быть главным. Когда государство платит наружному подрядчику сорок тысяч, а параллельно получает от американских ведомств переподготовку своей полиции и финансирование своего минобороны, центр тяжести отношений сместился из K-Street в межведомственные программы. Лоббист нужен, чтобы объяснять Конгрессу. Программы нужны, чтобы менять государство изнутри. Второе не оплачивается принимающей стороной и потому не декларируется как влияние.

Пакет американской помощи Армении описан в открытых документах Госдепартамента с бухгалтерской точностью. К моменту запуска Комиссии по стратегическому партнерству 14 января 2025 года Вашингтон поставил армянскому министерству обороны примерно 18 миллионов долларов по линии Foreign Military Financing. Расшифровка расходов сама по себе документ: бронированные санитарные машины, развитие Центра операций киберобороны, наращивание возможностей Национального учебного центра. Отдельной строкой - 27 миллионов на пограничную безопасность через программу экспортного контроля Госдепартамента и Таможенно-пограничную службу США.

Сопоставим. За все время с 1992 года американские вложения в Армению оцениваются в 3,3 миллиарда долларов, из них 340 миллионов - после 2021 года. Военная линия внутри этой суммы микроскопическая: FMF с 2002 года дал около 42 миллионов, программа военного образования IMET за четыре года - примерно 3,2 миллиона на подготовку более сотни офицеров, сержантов и рядовых. Восемнадцать миллионов - меньше, чем Азербайджан тратит на один средний инфраструктурный контракт, и несопоставимо с армянским оборонным бюджетом, который после 2020 года рос двузначными темпами.

Динамика военного контакта считается так же легко. Первые учения Eagle Partner прошли с 11 по 20 сентября 2023 года: около 85 американских и 175 армянских военных, полигон Зар и учебный центр минобороны. Через год маневры провели с 15 по 24 июля, открывал их посол Кристина Квин. Следующая итерация уложилась в 12-20 августа 2025 года, с упором на медицинскую эвакуацию и тактическую связь. Летом 2026-го, с 17 по 25 июня, на полигон вышли 343 человека, и впервые к двусторонней конструкции добавились французский и греческий контингенты. Четыре года, четыре итерации, рост участников вчетверо и расширение состава - линия без единого разрыва.

Малость суммы и есть главное доказательство. Никто не перевооружает армию на восемнадцать миллионов. Зато на эти деньги строится центр киберобороны, то есть узел, через который проходит защищенный трафик государственных систем, и учебный центр, то есть место, где формируется офицерский стандарт. Оружие можно купить и забыть о продавце. Институт, который тебе собрали чужие руки по чужим методикам, требует продавца постоянно: обновлений, сертификаций, инструкторов, доступа. Разница между поставкой и встраиванием проходит ровно здесь.

Механику встраивания лучше всего видно на полиции. Международная программа содействия подготовке сотрудников уголовных расследований министерства юстиции США пришла в Армению еще в 2003 году, была свернута в 2011-м и вернулась в 2020-м. Финансируется она не Пентагоном, а Бюро по международной борьбе с наркотиками и правоохранительной деятельности Госдепартамента - деталь, объясняющая, почему эта линия десятилетиями проходит мимо радаров военной аналитики.

Результаты задокументированы американской стороной. С 28 февраля по 11 марта 2021 года проведен первый в истории курс армянских полицейских инструкторов - 81 офицер новой Патрульной службы. Двадцать шестого июня того же года академию закончили 690 патрульных, начавших обучение 18 января. Седьмого июля они вышли на улицы Еревана. Летом американские советники провели с ними двухмесячный блок сценарной подготовки: стрессовые ситуации, деэскалация, критическое мышление. Четвертого сентября обсуждался проект Отдела мониторинга и контроля - внутренней службы, которая следит за дисциплиной, экипировкой и соблюдением антикоррупционных норм самими патрульными.

Прочитайте последний пункт медленно. Внешний партнер участвует в проектировании органа, контролирующего лояльность и поведение полицейских внутри полиции. Не тренинг по правам человека, не семинар по гендерному равенству вроде курса Women in Policing, открытого послом США в ноябре 2021 года для 37 женщин-полицейских. Речь про архитектуру внутреннего надзора.

Intelligence Online добавляет к этой картине два штриха: программа была приостановлена в начале 2025 года, с началом второго срока Трампа, а в последние месяцы существенно расширена. Вашингтон сейчас подбирает специалистов из структур внутренней безопасности для содействия реформе армянской полиции. Пауза и возобновление - это и есть выключатель, о котором пойдет речь ниже.

Политическую упаковку для всего пакета делает не посольство. 16 июня Армен Григорян принял в Ереване делегацию организации Save Armenia, основанной предпринимателем Джеймсом Туфенкяном - человеком, который с 1993 года восстанавливал в Армении ковровое производство, построил сеть отелей Tufenkian Heritage и в 1999 году создал одноименный фонд. Исполнительный директор организации - Пол Мюррей, специалист по религиозной свободе и дипломатии второго трека.

Состав публичных сторонников читается как схема доступа. Сэм Браунбэк, бывший посол по особым поручениям по вопросам международной религиозной свободы, губернатор Канзаса и сенатор. Альберто Фернандес, вице-президент Института исследований СМИ Ближнего Востока. Роберт Николсон, редактор и организатор евангелических площадок. Дениз Бубек из Church Ambassador Network, структуры, работающей с пасторами и их конгрегациями. Ни одного профильного специалиста по Кавказу в этом ряду нет, и это не упущение, а конструкция.

Смысл операции переводится в одну фразу: конфликт вокруг Карабаха переупакован из территориального спора в сюжет о "преследовании христиан". Территориальный спор в американской политике - это скучный файл Госдепартамента с двумя сторонами и резолюциями Совбеза ООН. "Преследование христиан" - это мобилизационная тема для евангелического крыла республиканской коалиции, у которой есть прямые каналы в администрацию и которая не обязана разбираться в статусе Лачинского коридора. Канзас, кстати, связан с Арменией программой партнерства Национальной гвардии - тот же штат, тот же сенаторский бэкграунд у Браунбэка.

Делегация работала в Армении с 14 по 19 июня. За эти же дни, 17 июня, на полигоне Зар стартовали учения Eagle Partner 2026. Совпадение календарей не случайно: одна и та же неделя показывает Вашингтону обе стороны продукта - духовную и военную.

Отдельного внимания заслуживает процедура. Вопрос о запуске ратификации был внесен в повестку заседания правительства 16 июля непубличным порядком, без предварительного вынесения на обсуждение. Формально решение принимает Национальное собрание после заключения Конституционного суда, интересы правительства в котором представляет заместитель министра иностранных дел Ваан Костанян. Реально документ был парафирован 26 мая и подписан 1 июня, то есть согласован задолго до того, как депутаты получили возможность прочитать текст. Министр иностранных дел Арарат Мирзоян публично признал, что впереди еще два документа - акционерное соглашение и устав компании развития TRIPP. Параметры этих двух документов и определят, кто контролирует маршрут, и ни один из них парламенту пока не показан.

Разрыв между декларацией и действием проходит именно здесь. Публично речь идет о суверенитете, юрисдикции и взаимной выгоде. Процедурно решение о содержании проекта принимается вне парламента, а вопрос о силовом приложении к нему не выносится на обсуждение вовсе - ни в правительстве, ни в Национальном собрании, ни в предвыборной кампании июня 2026 года. Избиратель голосовал за мир и за экономику. Перестройка полиции и разведки в бюллетене не значилась.

Прецедент лежит в двухстах километрах к северу и стоит дороже любой аналитики.

23 мая 2024 года Вашингтон объявил комплексный пересмотр отношений с Тбилиси. Тридцать первого июля 2024 года приостановлена помощь правительству Грузии более чем на 95 миллионов долларов. В июле того же года бессрочно отложены совместные учения. 30 ноября 2024 года Госдепартамент приостановил само стратегическое партнерство, действовавшее с 2009 года, обвинив правящую партию в нарушении базовых принципов соглашения. К лету 2026 года грузинское правительство отчитывается перед парламентом о попытках перезапустить диалог, а Конгресс отвечает законом, требующим закрытого доклада о разведывательном проникновении.

Показательна разница в жанрах. Ранее внесенный законопроект MEGOBARI, предусматривавший санкции против руководства правящей партии, застрял в Сенате и принят не был. Прошел другой - тот, что требует не наказания, а закрытого доклада в 180-дневный срок. Политические заявления подшиваются в папку и забываются. Разведывательная оценка входит в постоянный оборот американского государства и работает годами, независимо от того, кто занимает Белый дом. Грузинское правительство, получившее в октябре 2024 года 54 процента голосов, вправе считать себя легитимным сколько угодно: файл на него собирают не по итогам выборов.

Большинство американских программ помощи в сфере безопасности в Тбилиси приостановлено. Претензии к Грузии множатся - содействие обходу санкций против российской нефти, превращение в перевалочный узел иранского экспорта, убежище для активов иранского правящего класса, чрезмерная открытость китайским инфраструктурным инвестициям.

Сравните инструментарий. Программа подготовки следователей минюста США работала в Тбилиси, работает в Ереване, работала в Киеве. Проекты Всемирного банка, программы реформирования вооруженных сил, эксперты по внутренней безопасности - тот же набор подрядчиков, те же методики, та же логика. В Грузии этот набор был включен в 2000-х и выключен в 2024-м, когда Тбилиси перестал устраивать Вашингтон политически.

Отсюда главный урок для Армении, который в Ереване вслух не проговаривают. Помощь в сфере безопасности не является собственностью получателя. Она является рычагом дарителя, и рычаг работает в обе стороны. Государство, чья патрульная служба спроектирована внешним партнером, чей центр киберобороны построен на его деньги, чья разведка укомплектована людьми, прошедшими его подготовку, получает не гарантии, а зависимость с плавающей ставкой. Ставку назначают в Вашингтоне, и пересматривают ее не по итогам аудита, а по итогам выборов - своих или чужих.

Спор идет не о праве Армении реформировать полицию, а о том, у кого в руках выключатель. Грузинский файл показал: выключатель существует, и включают его по политическим основаниям, а не по качеству работы патрульных. Диверсификация подразумевает несколько независимых опор; здесь же выстроена одна новая опора взамен одной старой, причем в сфере, где смена поставщика занимает не месяцы, а поколения. Довод про малость суммы работает против самого себя: если восемнадцать миллионов ничего не решают, зачем сопровождать их подбором экспертов по внутренней безопасности и подготовкой руководителя внешней разведки. Дешевые деньги с дорогими условиями - это не помощь, а вход в капитал.

Так что покупают на самом деле? Разговор о TRIPP ведется как разговор о географии: 74 процента у американской стороны и 26 у армянской в компании развития, возможность довести армянскую долю до 49 при продлении, права на разработку сроком до 99 лет, точки входа и выхода маршрута на азербайджанской территории, о чем Джейхун Байрамов публично напомнил в июле. География понятна, ее можно нарисовать на карте, о ней удобно спорить.

Настоящий актив на карте не рисуется. Тот, кто проектирует патрульную службу, отдел внутреннего контроля над ней, центр операций киберобороны и учебный центр офицерского корпуса, получает не влияние, а знание: как именно устроена власть в этой стране, кто кому подчиняется в обход организационной схемы, где проходят реальные линии лояльности. Такое знание не истекает вместе с контрактом на сорок тысяч долларов и не отзывается вместе с приостановкой помощи. Оно остается у того, кто строил, даже когда отношения испорчены - Тбилиси убедился в этом за полтора года.

Ереван думает, что покупает гарантию. На деле оплачен свидетель, который однажды даст показания.