Эмин Амруллаев рассказал о повышении эффективности школьного образования в Азербайджане - ИНТЕРВЬЮ

В этом году завершится первый этап сертификации всех учителей по всем предметам.

Как сообщает Day.Az, об этом министр науки и образования Азербайджана Эмин Амруллаев заявил в совместном интервью АМИ Trend, информационному агентству АПА и "Хазар ТВ".

"Учебный процесс и реформы в сфере образования оцениваются на основе результатов не одного года, а нескольких лет. Естественно, нашей главной задачей является ежегодное принятие шагов по направлению к поставленным целям и достижение прогресса. В минувшем учебном году также были достигнуты важные результаты во многих сферах. В первую очередь, знаменательным событием является открытие новых школ на освобожденных от оккупации территориях в рамках "Большого возвращения", дальнейшее расширение образования. Опыт, полученный в этом направлении, позволит более эффективно организовать процесс переселения, который в последующие годы продолжится еще более быстрыми темпами. В то же время, как вы знаете, был расширен масштаб проектов, охватывающих различные направления с точки зрения содержания - проектов STEAM и "Цифровые навыки". В эти дни также продолжается процесс сертификации. В течение этих недель мы впервые завершим первый этап сертификации всех учителей по всем предметам за пять лет. Естественно, это непрерывный процесс, и он продолжится в последующие годы. По меньшей мере, за исключением некоторых групп учителей, мы смогли подвести к концу первый этап сертификации. Важное значение имеет рост охвата в дошкольном образовании, особенно прогресс, достигнутый в рамках альтернативных проектов, реализуемых в этом направлении.

В высшем образовании, как и в предыдущие годы, мы ожидаем в этом году роста показателей приема. Однако в планах приема мы увидим результат работы, проделанной в направлении создания возможностей для получения высшего образования большим числом граждан Азербайджана.

В целом предпринято много важных шагов в направлении цифровизации системы образования. Также должен особо отметить, что продвижение азербайджанских высших учебных заведений в рейтингах, обнародованных в последние дни, является очень важным показателем. В сентябре мы ждем результатов PISA - оценки достижений учащихся, которая является одним из важнейших показателей. Мы верим, что эти результаты также продемонстрируют положительную динамику. В целом мы стали еще немного ближе к целям и задачам, поставленным по многим направлениям в многогранной и многосторонней сфере образования", - сказал министр.

Эмин Амруллаев также обратил внимание на рационализацию школ. Министр отметил, что в любой реформе необходимо понимать, в чем заключается главная цель.

По его словам, еще один вопрос - это правильная оценка того, какие результаты дали те или иные предпринятые шаги или осуществленная реформа. Рационализация школ, особенно школ с малым числом учеников, служит двум большим целям. Первая - это повышение эффективности. Министр поделился статистикой - из более чем 4 тысяч школ, действующих в республике, в 1600, то есть примерно в 40 процентах школ, обучается всего 4 процента от общего числа учащихся. Это показывает, насколько непропорциональна география школ. В таких школах финансовые расходы государства на каждого учащегося оказываются значительно выше. "Несмотря на это, если бы в этих школах достигались более высокие результаты обучения, можно было бы подумать об их сохранении в прежнем виде. Однако реальность такова, что в наших малых школах качество образования является низким", - сказал он.

Министр отметил, что в Азербайджане существует 1600 малых школ, в которых физическая организация обучения в ряде случаев невозможна. "Например, если в классе учится всего один ученик, как с ним можно достичь стандартов, предусмотренных на уроке физической культуры? Как этот ученик будет вовлечен в групповую работу? Кто будут его друзья, членом какой социальной сети он станет? Возникают подобные вопросы. Естественно, для обеспечения как качества образования, так и финансовой эффективности в настоящее время осуществляется процесс рационализации путем интеграции малых школ с более крупными школами. Таким образом экономится значительный объем средств. Эти средства направляются на повышение заработных плат учителей и в целом на внедрение новых реформ и инноваций в образовании. В то же время переход учащихся, обучающихся в малых школах, в более крупные школы служит повышению качества их образования. В этом и заключается цель", - сказал он.

Э. Амруллаев отметил, что в этом году в нескольких регионах была протестирована также организация дистанционного обучения в малых школах: "Первичные результаты показывают, что полученные итоги положительны. То, что более квалифицированный учитель дистанционным методом ведет уроки для ребенка, живущего в селе, дает положительные результаты. Мы верим, что в последующие годы будем шире использовать этот инструмент, и в таком случае необходимости в перевозке учеников не останется. Тем не менее я считаю, что интеграция малочисленных классов в более крупные школы по некоторым предметам все равно приносит пользу. Это может проявиться особенно на уровне полного среднего образования. Потому что в системе образования важную роль играют не только учитель, ученик или качество обучения, но и социальные факторы, а также общение между учащимися. Гибридные модели в будущем будут использоваться более широко".

Э. Амруллаев также прокомментировал недовольство по поводу большой учебной нагрузки. Он отметил, что важным вопросом здесь является сравнение с международными показателями. "Данный момент важен, так как это была бы более конструктивная дискуссия. Первый вопрос таков: каково количество предметов и учебных часов в нашей системе образования? По сравнению с системами образования одних стран в Азербайджане эти показатели немного меньше, а по сравнению с другими - несколько больше. Или же, если вы сравните продолжительность учебного года, учебный год в Азербайджане не такой уж и длинный. В некоторых странах с более высокими достижениями в учебе мы видим более короткие летние каникулы. У нас же более продолжительные летние каникулы.

Другой важный вопрос заключается в том, что если нагрузка большая и ее нужно уменьшить, то что именно нужно сократить? Здесь возникает справедливый, но в то же время трудный вопрос. Я уже предоставлял информацию об этом в своих предыдущих интервью. По формату это модель, унаследованная от советской системы. Определены организация обучения, учебные планы, предметы и еженедельная учебная нагрузка: физика - два часа, биология - два часа и т.д. Количество этих учебных часов также определяет заработную плату учителей. Самый же важный вопрос заключается в том, насколько содержание соотносится с будущим и соответствует ему. Ответ на вопрос должен быть дан при правильном балансировании этих факторов. С одной стороны, если что-то не подходит, это нужно убрать и заменить новым. Говоря более конкретно, какие моменты есть в азербайджанском образовании или в его содержании, исключение которых общество поддерживает единогласно или, по крайней мере, подавляющим большинством? Какой предмет нам нужно убрать, чтобы содержание азербайджанского образования стало более подходящим? Это может быть моим личным мнением. Но дискуссия должна исходить не столько из личных мнений, сколько из интересов детей. Я думаю, что эта дискуссия важна и должна быть продолжена. Однако по мере того, как мнения, озвучиваемые в ходе дискуссий, будут переходить к конкретике, будет расти и их полезность. Потому что вот уже несколько лет из-за того, что общественность условно говорит "дети слишком нагружены", а министерство отвечает "нет, все в порядке", мы не можем конструктивно найти ответ на этот вопрос. В то же время определенные рамки, которые я перечислил, мешают делать быстрые и гибкие шаги в этом процессе. Со своей стороны мы стараемся, чтобы эта модель изменилась и чтобы организация азербайджанского образования позволила применять более гибкие механизмы в процессе перехода к системе подушевого финансирования".

Министр отметил, что недовольство в определенной степени естественно, и его сведение к нулю в той или иной форме невозможно: "В системе образования всегда кто-то будет чем-то недоволен. Важный вопрос здесь заключается в том, обоснованно это недовольство или нет. Я не говорю, что недовольство всегда необоснованно. Другой важный вопрос - это его масштаб. Чем именно недовольны люди? Лучшим показателем в этом направлении являются обращения граждан.

Мы выслушиваем и анализируем эти обращения. Наши наблюдения показывают, что большинство жалоб носит индивидуальный характер. Поскольку образование во многих случаях связано с детьми, чуткость родителей по отношению к своим детям вполне ожидаема. С этой точки зрения мы чаще сталкиваемся с индивидуальными проявлениями недовольства. Даже если недовольство связано всего со средним одним процентом учащихся в системе образования, это означает 16 тысяч случаев, что является довольно большой цифрой. Если свидетелями одного такого случая становятся пять или десять человек, и к тому же в эпоху социальных сетей эта информация широко распространяется, масштабы возрастают еще больше. На самом деле, быть недовольным тоже важно. Недовольство само по себе является одним из факторов, ведущих нас вперед. Если мы считаем недовольство обоснованным и устраняем его, мы делаем шаг вперед. Наши ожидания как министерства заключаются в том, что индивидуальное недовольство будет всегда. Потому что диалог и обсуждения, проводимые в той или иной форме, порой начинаются именно после определенных недовольств.

Наши сегодняшние наблюдения показывают, что примерно 90-95 процентов недовольств связаны с индивидуальными случаями. Большая часть поступающих к нам обращений связана с неправильным распределением учебных часов, отношениями какого-либо учителя с руководством школы, отношениями между родителями и учащимися, а также с вопросами, возникающими между учениками во внутришкольной среде".

Э. Амруллаев также рассказал о положительных изменениях и результатах, которые принес экзамен по сертификации учителей. По словам министра, в первую очередь необходимо думать о ребенке и изменениях, происходящих вокруг него.

"Процесс сертификации создает как положительные, так и отрицательные моменты. Суть процесса сертификации заключается в том, что в школе должны преподавать учителя, знающие свой предмет. Альтернатива этому мнению состоит в том, чтобы учитель, не способный ответить на половину вопросов по своему предмету, все равно продолжал преподавать в школе. Суть школы и образования - это обучение ребенка. В первую очередь мы должны думать о ребенке и изменениях, происходящих вокруг него. Если мы сначала будем думать о себе, а потом о ребенке, мы совершим неверные шаги. Итоговые результаты процесса сертификации мы сможем представить общественности в течение одной-двух недель. Общая картина уже сформировалась.

Заработная плата повышается не только у учителей, набравших высокие баллы, но и у всех учителей, прошедших сертификацию. Просто это повышение осуществляется дифференцированно. У одной части зарплата увеличивается на 10 процентов, у другой части - повышается на 35 процентов. Мы всегда стремимся к прозрачности. Мы представили общественности вопросы, которые задавались учителям. Опосредованно мы задали обществу следующий вопрос: как вы думаете, если человек, носящий звание учителя, не может ответить на тридцать из предложенных вопросов, должен он преподавать нашим детям? На мой взгляд, вопрос очень прост. На него есть ответ "да" или "нет". Ответ "возможно" здесь не принимается.

Самым болезненным моментом является психологическое напряжение и увольнение нескольких тысяч учителей. Это неприятный процесс и для нас. Но здесь есть два выбора. Взвесив, какой вариант плохой, а какой - еще хуже, мы выбираем наименьшее из зол. То, что учителя, не способные ответить на вопросы по собственному предмету, преподают нашим детям - это плохой выбор. С другой стороны, мы принимаем решение об увольнении нескольких тысяч учителей. Взамен этого мы принимаем решение о том, чтобы десятки тысяч, сотни тысяч учеников в будущем получали более качественное образование. На мой взгляд, второе решение является более хорошим, менее плохим выбором по сравнению с первым", - сказал министр.

80% учителей, принятых на работу в централизованном порядке, показывают высокий результат на сертификации

Э. Амруллаев заявил, что уровень профессиональных знаний учителей, принятых на работу в централизованном порядке за последние десять лет, в 2,5 раза выше по сравнению с теми, кто был принят на работу в предыдущие периоды. "Заменят ли новые учителя тех, кто был уволен? Если мы посмотрим на цифры, то сможем понять это лучше. Очевидно, что за последние десять лет прием учителей на работу был централизованным, и 99,8% учителей, принятых на работу через конкурс по приему учителей, успешно прошли процесс сертификации. Примерно 80% этих учителей набрали высокие баллы. Уровень знаний по предметам учителей, принятых на работу в централизованном порядке за последние десять лет, в 2,5 раза выше по сравнению с теми, кто был принят на работу в предыдущие периоды. Это и есть ответ на ваш вопрос.

Мы также можем увидеть существенное изменение в баллах студентов, поступивших на учительские специальности в высшие учебные заведения после 1990, 2000, 2010 и 2020 годов. Например, в 2013-2014 учебном году число студентов, поступивших на специальность учителя начальных классов в педагогический университет с результатом выше 500 баллов, было очень маленьким. В настоящее время у нас сотни таких студентов. Мы хотим, чтобы они выбирали специальность учителя. Большой вопрос здесь заключается в том, чтобы эти люди выбирали профессию учителя после завершения своего педагогического образования. Критика может быть, и это неизбежная часть процесса. Реальность такова, что заработная плата учителей в последние годы в результате различных шагов по реформированию увеличилась в несколько раз. Повышение заработной платы учителя является одним из приоритетных вопросов и для министерства науки и образования. Как результат экзамена по сертификации, проведенного буквально сегодня, в течение недели заработная плата тысяч людей вырастет на 10 или 35 процентов. Каждый год средняя заработная плата учителей статистически росла. Индивидуальные недовольства есть, но цифры показывают, что мой аргумент обоснован", - сказал он.

Министр подчеркнул, что процесс сертификации не только привносит конкуренцию в азербайджанскую школу, но и улучшает качество обучения. В то же время, создавая дифференциацию в заработных платах учителей, он способствует росту их доходов:

"Профессия учителя сегодня является достаточно конкурентной. Есть поводы для беспокойства. Уволить кого-то - непростой вопрос. Но результаты этой реформы мы более отчетливо увидим через несколько лет. В начальном образовании в следующем году или в последующие годы все дети, которых мы примем, уже столкнутся с результатами работы учителей, прошедших сертификацию. Их результаты мы увидим через пять лет в девятом классе, а через семь лет - в одиннадцатом классе. Результаты же на рынке труда мы, вероятно, сможем увидеть не раньше, чем через пятнадцать лет. Быстрое получение высоких результатов в образовании невозможно потому, что возрастная группа, к которой применяется реформа, должна вырасти и дойти до рынка труда. В дошкольном образовании ситуация аналогичная. Например, в 2016 году результаты инициативы, реализованной в направлении привлечения пятилетних детей к подготовке, мы еще не смогли полностью измерить в ходе прошлого оценивания PISA. В следующем PISA мы сможем это измерить. Только по результатам PISA 2029 года мы сможем более точно сказать, дала ли эта реформа результат или нет. Потому что этим детям должно исполниться 15 лет. Это только первый этап. Первый год любой реформы выглядит более слабым по сравнению с последующими годами. В этом смысле образование - сложная сфера, требующая времени".

Министр науки и образования также высказался по вопросу репетиторства, который является постоянной темой обсуждения в обществе. Он заявил, что каждый родитель имеет право нанимать репетитора для своего ребенка:

"Репетиторство - это организация родителем дополнительных занятий для своего ребенка за счет собственных средств в дополнение к учебной программе. Само по себе это хорошо или плохо? На мой взгляд, здесь нет проблемы. Любой родитель может отдать своего ребенка на уроки скрипки или фортепиано. У него есть такое право. Точно так же он может воспользоваться правом проводить для своего ребенка дополнительные занятия по математике, химии и другим предметам. Проблема заключается в том, кто репетиторы? Если репетитор - это учитель, который преподает этому ребенку в утреннюю смену, а после полудня снова занимается с ним как репетитор, то здесь есть проблема. Одна из проблем - этическая, а другая - отсутствие логики. Если учитель может научить этого ребенка математике, он может научить его и в школе. Репетитор и учитель - это не разные люди, это одно и то же лицо. То, что учитель, преподающий собственному ученику в классе, занимается репетиторством с этим же учеником - серьезная проблема, и так быть не должно.

Другая проблема заключается в том, почему спрос на репетиторство столь велик? Если учитель преподает в школе, а ученик или родитель этим недовольны и хотят пойти к другому учителю - это отдельная тема. Это тоже может быть проблемой, но проблемой иного рода. Еще один вопрос заключается в том, почему репетиторство получило такой широкий размах? Корни этого нужно искать в системе приема в высшие учебные заведения и во взгляде азербайджанского общества на ценность наличия высшего образования. Мы должны признать, что сегодня перед каждым учеником стоит одна цель: он либо должен поступить в высшее учебное заведение, либо считает, что другого хорошего пути у него нет. Успешность и неуспешность выпускника определяется поступлением в вуз".

Министр отметил, что решение вопроса требует определенного времени: "Общеобразовательные учреждения ежегодно оканчивают около 100 тысяч выпускников. Если учесть и выпускников прошлых лет, и условно 130-140 тысяч молодых людей желают поступить в высшее учебное заведение, а мест всего 60 тысяч, десятки тысяч молодых людей остаются в стороне. Это само по себе создает соревнование, побуждающее их идти и проходить дополнительную подготовку. Если за два места борются четыре человека, эти люди мотивированы готовиться лучше других. Я верю, что решение этого процесса требует определенного долгого времени. Что именно мы хотим решить? Мы думаем над этим. Профилизация в некотором смысле является попыткой направить родителю сигнал: вы можете подготовить своего ребенка к поступлению в лучшее высшее учебное заведение в государственной школе без каких-либо дополнительных оплат. Это заказ и требование общества. Для удовлетворения требований общества мы идем этим путем. Однако создание одинаковых условий для всех не полностью совпадает с конкурентной системой приема. Ликвидировать или запретить репетиторство невозможно. Теоретически это сделать можно, но практически это решение, исполнение которого невозможно. Я не верю, что запрет репетиторства даст какой-либо положительный результат с точки зрения обучения и развития человека.

Где я вижу решение с точки зрения времени? На мой взгляд, высшее образование - это просто следующая ступень образования. Кто хочет, тот должен иметь возможность получить высшее образование. Поступление в вуз не должно быть сложным, сложным должно быть окончание вуза. У нас вероятность окончания высшего образования превышает 85-90 процентов. То есть, если ты поступил, то почти обязательно окончишь вуз. Именно этот показатель в 90 процентов должен беспокоить нас больше. Стать инженером не должно быть легким процессом. Нигде в мире нет легкого пути для того, чтобы стать хорошим инженером. Чтобы добиться успеха, человек должен пройти через определенные трудности. Быть одним из лучших в любой профессии требует немало труда, требовательности к себе и целеустремленности".

Э. Амруллаев также прокомментировал централизацию приема учителей на работу. Он сообщил, что централизация приема учителей применяется уже с 2012 года, и этот шаг был предпринят не столько для выбора лучшего учителя, сколько с целью сделать процесс прозрачным и вести борьбу со взяточничеством: "С помощью централизации процесса приема учителей на работу мы добились прозрачности процесса. Принимая учителей на работу, мы задаем всем одинаковые вопросы, и человеку, давшему наибольшее количество правильных ответов на эти вопросы, мы предоставляем право первого выбора. Может ли этот процесс осуществляться полностью децентрализованным путем? Например, министерство проводит оценивание, но руководитель учреждения сам принимает решение о том, чтобы принять на работу из трех прошедших экзамен учителей не того, у кого самый высокий балл, а того кандидата, которого он сам считает наиболее подходящим. В мире это происходит примерно так.

Здесь возникает несколько вопросов. Во-первых, сможет ли руководитель учреждения осуществить это правильно и объективно? Когда я говорю "руководитель учреждения" в нашем контексте, я имею в виду примерно четыре тысячи человек. Мы верим этим людям. Но верит ли им общество? Хочет ли этого общество? Если министерство даст такое полномочие, будут ли решения этих лиц считаться прозрачными? Доверие нашего общества к интервью (собеседованию) находится на очень низком уровне. Если руководитель агентства примет на работу не того кандидата, который показал наивысший результат, а того, кого сам посчитал наиболее подходящим, это сразу будет расценено как несправедливый и непрозрачный выбор. Наше общество пока еще больше согласно с тем, чтобы на работу принимался тот, кто набрал наивысший результат. Взаимное доверие и уважение к решению того, кто делает выбор, требуют очень серьезной трансформации ценностей. Тем не менее мы уже начали отбирать директоров школ на основе интервью. Потому что мы должны пройти этот путь. В интервью не должно быть вмешательства извне. Вы не должны пытаться до начала интервью различными путями донести, что являетесь лучшим кандидатом. Лицо, проводящее интервью, не должно заранее получать информацию о вас. Однако в большинстве случаев люди пытаются каким-то образом устроиться на эту должность. Подобные изменения требуют коренных изменений в поведении человека. Я бы сказал, что система приема учителей на работу является не оптимальной, а субоптимальной, поскольку сегодня в рамках существующего социального заказа эта модель работает, и в принципе, по сравнению с прежним периодом, в школы приходят более образованные учителя.

У нас и в системе образования, и в других системах экзамены проводятся практически в централизованном порядке. В настоящее время мы проверяем некоторые решения в пилотном режиме. В ряде случаев мы видим, что это успешно. Например, я думаю, что мы смогли добиться этого при проведении олимпиад. Задаются открытые вопросы, учащиеся отвечают на них, и серьезных недовольств не наблюдается. Общество это уже приняло".

Министр науки и образования также прокомментировал обеспокоенность по поводу ошибок в учебниках. По его словам, до того как учебник будет напечатан, каждый имеет право увидеть его, прочитать и оставить отзыв. Министр отметил, что если бы люди, беспокоящиеся за учебники, высказывали свои замечания и заметки до печати, это принесло бы больше пользы:

"Мы печатаем более трехсот учебников. Что подразумевается под "ошибкой"? Учебник пишется в течение определенного периода времени. Раньше этот процесс осуществлялся за более короткий срок, сейчас же он занимает около двух лет. Прежде этот процесс длился шесть месяцев. После того как учебник написан, резервные копии отправляются в школы для годичной апробации. После прохождения годичной апробации отзывы собираются, и учебник дорабатывается. При наличии существенных отклонений он может быть отправлен на апробацию и во второй раз. Затем он представляется в соответствующие структуры, институты и ведомства, эксперты Государственного экзаменационного центра (DİM) дают свой отзыв. Учебники открыты для всех. До того как учебник будет напечатан, каждый имеет право увидеть его, прочитать и оставить отзыв. Мой второй аргумент заключается в том, что если бы люди, беспокоящиеся за учебник, высказывали свои замечания и заметки до печати, это принесло бы больше пользы. Если кто-то, читая уже написанный учебник, находит там опечатку и преподносит это как самую большую проблему азербайджанского образования, я не считаю это столь значительным. В учебниках всегда были опечатки. Мы опять же чаще всего говорим об определенных количествах. Когда мы говорим "ошибка", о каком количестве ошибок идет речь? Для меня более важен математический подход: сколько учебников печатается и на скольких страницах есть ошибки? Но если вы спросите меня, есть ли проблемы в учебниках? Да, есть. Существуют серьезные проблемы с содержанием. Мы можем дискутировать о том, соответствуют ли учебники по физике, химии и биологии требованиям следующего поколения. В этом смысле я могу выступить даже с критической позиции. Хотя это и не входит в мои должностные функции, даже с позиции гражданина подобная оценка возможна.

Практика раздачи учебников каждому в Азербайджане уходит корнями примерно на тридцать лет назад. Сейчас же все переходит в электронный формат. Если в учебнике обнаруживается ошибка, ее трудно исправить в печатном виде, но в электронной версии ее можно изменить в тот же день. Это не большая проблема. Принеся извинения всем, опечатку можно исправить. Вот если какая-то тема отсутствует - это уже серьезная проблема. Если какая-то тема является лишней - должны ли мы проходить такое количество тем? Может, нам перейти к другим темам? Может, нам включить в учебники новые научные достижения в области химии и биологии? Я не видел большого количества подобных недовольств ни в медиа, ни в общественных дискуссиях. Если бы увидел, был бы очень рад. Проблемы у нас есть, и их немало. Просто было бы более полезно отделять, какая из них более важна, а какая - менее важна, и вести дискуссию вокруг основных проблем".

По словам министра, если бы успехи в образовании были связаны только с домашними заданиями, страны достигали бы высоких результатов путем их увеличения или уменьшения.

"Если бы существовало столь простое решение, наверное, кто-то его уже давно придумал бы и применил. Будьте уверены, что дело обстоит не так. Есть страны, в которых объем домашних заданий больше, и успехи в образовании также высоки. Например, страны Юго-Восточной Азии. Здесь вопрос можно поставить по-другому: какой объем домашнего задания уместен в контексте Азербайджана? По этому поводу у министерства есть рекомендации. Например, в первом классе время, выделяемое на домашние задания, должно составлять примерно один час. Учитывая физическую нагрузку ребенка, особенности обучения, психологические и физиологические особенности, специалисты дают такие рекомендации.

У нас на эту тему есть много мнений, но нет исследований. Должны проводиться статистические исследования и наблюдения, чтобы мы могли определить, есть ли действительно разница, например, для десятилетнего ребенка между домашним заданием на два часа и на два с половиной часа. Точного ответа на этот вопрос не знает никто. У каждого может быть свое мнение, и вокруг этих мнений можно спорить часами. Причиной же этого является отсутствие достаточного количества научных исследований. В настоящее время мы стараемся, чтобы в данном направлении проводились исследования. Однако они должны осуществляться на основе правильной методологии. Большая опасность здесь заключается в том, что опора на исследования, не внушающие доверия, может привести к еще более серьезным ошибкам. В настоящее время мы стараемся решить эту проблему, в определенной степени ссылаясь на исследования, проведенные в других странах, в особенности в схожих с нами странах. В связи с этим готовятся рекомендации, которые представляются школам.

Более важным вопросом, нежели время и объем домашнего задания, является то, чем занят ребенок в течение этого времени. Может быть так, что ребенок работает над заданием четыре часа, но реальной пользы это ему не приносит. Здесь на первый план выходят содержание задания и вопрос мышления. Одним из важнейших направлений образования является то, чтобы ученики и обучающиеся постоянно задавали вопросы, думали и искали ответы. Вместо того чтобы механически заниматься решением какого-либо уравнения, более важны задания, стимулирующие самостоятельное суждение и способность мыслить. Для такого типа заданий также нет универсальной нормы времени. Мы должны больше фокусироваться на содержании".

Министр также рассказал о важности дошкольного образования и его влиянии на будущую жизнь ребенка. Он отметил, что дошкольное образование - это фундамент образования: "В том смысле, что навыки, формирующиеся в период дошкольного образования, являются важнейшими факторами, обуславливающими обучение на последующих ступенях. Дошкольное образование должно происходить как дома, так и в дошкольном учреждении. В учреждении этот процесс осуществляется в более структурированном виде, а дома - в виде неформального обучения. Чрезвычайно важно, чтобы родители уделяли много времени играм даже с детьми в возрасте до одного года. Это мнение порой воспринимается несерьезно. Между тем, это не мое личное мнение. Опираясь на исследования, моя рекомендация и просьба заключаются в том, чтобы родители проводили больше времени со своими детьми. Потому что это положительно влияет как на развитие ребенка, так и на систему образования. Когда родители проводят больше времени со своими детьми, их успехи в учебе улучшаются. Самая простая форма этого - играть с детьми. С двух-трехлетним ребенком нужно играть в его любимые игры. На это нужно смотреть не как на потерю времени, а как на развитие интеллекта. В особенности период до достижения ребенком трехлетнего возраста, который мы называем "первой тысячей дней", крайне важен с точки зрения его развития".

Министр подчеркнул, что с 2016 года организованы группы школьной подготовки. Сегодня более 85 процентов детей перед приходом в школу проходят годичную подготовку: "Это очень положительный показатель. Полную оценку в связи с его результатами мы еще не провели. Более точно об этом мы сможем говорить на основе результатов исследований PIRLS, которое пройдет в 2026 году, TIMSS в 2027 году и PISA в 2029 году. Мы понимаем то, что возможности дошкольной подготовки должны быть созданы для большего числа детей. Инициатива общинного дошкольного образования, организуемого в малых селах, также оправдывает себя. Сегодня более 15 тысяч детей привлечены в группы на уровне общин. В основном дети в возрасте 3-4 и 4-5 лет привлекаются сначала в эти группы, а затем - на этап школьной подготовки. Таким образом, ребенок, начиная с трехлетнего возраста, получает возможность приступить к дошкольному образованию вместе со своей семьей. С прошлого года в качестве важной реформы мы выбрали модель, основанную на государственно-родительском партнерстве. В частном секторе государство оплачивает определенную сумму за каждого ребенка, а оставшуюся часть покрывает родитель. Это модель будущего. Она как создает новые рабочие места, развивает частный сектор, так и расширяет возможности для матерей детей участвовать на рынке труда.

Если мы сможем полностью решить финансовую сторону, я думаю, что положительных сторон у этой инициативы будет больше. В то же время в отдаленных районах организуется и мобильная дошкольная образовательная деятельность. В результате всех этих инициатив нам удалось привлечь к дошкольному образованию более примерно 40 процентов детей в возрасте 1-5 лет. В ближайшие годы мы нацелены довести этот показатель до 50 процентов. А десять лет назад эта цифра составляла всего 11-12 процентов".

Э. Амруллаев также прокомментировал вопрос о том, будут ли перенесены университеты, расположенные в столице. Министр подчеркнул, что сегодня примерно две трети студенческого контингента обучаются в высших учебных заведениях, расположенных в Баку и его окрестностях, а одна треть - за пределами Баку:

"В последние годы количество студентов растет. Потому что высшее образование стало более доступным, наши планы приема увеличиваются. Мы являемся сторонниками того, чтобы высшее образование было у большего числа людей. В то же время расширяются количество и возможности наших университетов в регионах. Например, строится новый кампус Мингячевирского государственного университета, недавно начал свою деятельность Карабахский университет, расширяются возможности в Нахчыванском государственном университете и Лянкяранском государственном университете, функционирует Загатальский филиал Азербайджанского государственного экономического университета, а также реализуются другие инициативы. Второй момент заключается в том, что подходить к этому процессу только методом переноса было бы неправильно. У нас есть такие коренные университеты, которые обладают вековой историей. Вместо того чтобы переносить эти университеты, мы должны работать в направлении сокращения численности студенческого контингента и повышения качества. Наша деятельность в этом направлении продолжается уже два года".

Министр науки и образования затронул и проблемы оплаты за обучение. По его словам, чем дешевле образование, тем сложнее становится обеспечение качества: "В Азербайджане, как бы чувствительно это ни звучало, плата за обучение одного студента очень низкая по сравнению с другими странами. Если мы хотим подготовить инженера по компьютерным технологиям за две тысячи манатов, то для студента, конечно, хорошо, что это дешево. Но чем дешевле образование, тем сложнее становится обеспечение качества. Полностью разрушить связь между качеством и стоимостью невозможно. Если бы мы нашли универсальный способ дешевой и высококачественной подготовки кадров, к нам обращался бы весь мир. Для повышения качества мы вынуждены увеличивать финансирование. В этом направлении группы "SABAH" являются одним из важных путей решения. Для повышения качества в этих группах выделяется примерно в два раза больше финансирования по сравнению с государственным заказом. Этот подход уже начал давать определенные результаты. В прошлом году к этой инициативе присоединились и несколько высших учебных заведений, не участвующих в госзаказе. В то же время, если повысить плату за обучение невозможно, университеты вынуждены увеличивать количество студентов. А в этом случае возникает обратная пропорциональность между количеством и качеством. Из-за этого рост числа студентов во многих наших высших учебных заведениях может приводить к снижению качества образования. Цель реализуемых нами реформ заключается в том, чтобы повысить качество высшего образования без создания социального недовольства, и в то же время, развивая региональные университеты без влияния на увеличение плотности в городе, добиться того, чтобы студенты получали образование в регионах. В регионах возможно дать студентам высококачественное образование. По некоторым специальностям университеты в регионах показывают даже более хорошие результаты. Есть такие наши региональные вузы, качество образования в которых по определенным направлениям выше, чем в университетах Баку".

Министр отметил, что одним из важнейших моментов является и вопрос поведения. Он указал, что в Азербайджане возраст студентов относительно мал, и родители не хотят отправлять своих детей учиться далеко от себя. "Это тоже вопрос, требующий изменения поведения. Реальность такова, что у нас молодые люди в возрасте 17-18 и даже 22 лет зачастую действуют в соответствии с решениями своих родителей. Поэтому потребность получать образование вблизи своего дома все еще остается большой. Наконец, основными вопросами являются повышение качества, усиление финансирования и такое регулирование мест приема, чтобы сформировался сценарий, при котором в регионах обучалось бы больше студентов, а в Баку - относительно меньше. Но это не означает, что в регионах не будут открываться новые высшие учебные заведения".

Э. Амруллаев также прокомментировал вопросы применения искусственного интеллекта в образовании. Он сообщил, что цифровизация управления, персонализация обучения и интеграция искусственного интеллекта в образовательный процесс входят в число основных целей:

"Все три направления находятся среди наших целей. Мы не должны забывать, что искусственный интеллект - это инструмент, а не цель. Наша цель - чтобы учащиеся учились лучше. С помощью искусственного интеллекта мы можем достичь этого более эффективным путем. Самая большая проблема здесь - неопределенность. На тему искусственного интеллекта и образования не существует тридцати- или пятидесятилетних исследований и опыта. Очевидно, что у него есть как положительные, так и отрицательные стороны. Положительных сторон при этом больше. Искусственный интеллект ускоряет процесс обучения, создает возможности для персонализированного обучения, предоставляет различные ресурсы и способствует формированию индивидуальных средств обучения. При правильном использовании он может облегчить обучение.

Проблема в том, что, в отличие от традиционного образования, искусственный интеллект для решения того или иного вопроса не требует знания самого этого решения. Например, сейчас, если сфотографировать и представить вопрос или задачу, искусственный интеллект решает ее. К каким изменениям в поведении это приведет, мы не знаем. Исследований по этому поводу в Азербайджане нет, да и в мире изыскания в этой сфере пока еще достаточно ограничены. Поэтому в настоящее время мы внедряем этот процесс с осторожностью. Использование инструментов искусственного интеллекта для учителей и школьников на платформе "Цифровая школа" стало одним из важнейших новшеств этого учебного года.

Цифровизация крайне важна. Вопрос персонализации - одно из величайших преимуществ искусственного интеллекта. В будущем эти технологии позволят более точно определить индивидуальные потребности и особенности обучения каждого ученика. Однако мы должны признать, что в настоящее время говорить об этом с решительными выводами рано не только нам, но и другим образовательным системам мира".

Министр отметил, что в современную эпоху возникает потребность в новых навыках, в то время как некоторые навыки, считавшиеся ранее важными, стремительно теряют свое значение. Тем не менее фундаментальные навыки - навыки чтения, математические навыки или же фундаментальные знания в области науки - никогда не потеряют своей значимости: "Что касается специальностей, то речь идет больше о содержании и стандартах специальностей. В этом направлении реформу содержания в высшем образовании я считаю более важной, нежели изменение классификации специальностей. Потому что с точки зрения маркетинга мы можем дать специальностям новые названия, но вопрос о том, что стоит за этими специальностями, является более серьезным. Между хорошими идеями и успешным воплощением этих идей есть большая разница. Например, идея готовить хороших инженеров в области искусственного интеллекта - хорошая мысль. Но в вопросе формирования профессорско-преподавательского состава, способного это преподавать, нужно быть осторожными. Более правильный подход - начать с малого количества, качественно поставить работу, а затем постепенно расширяться. Например, мы начинаем программу докторантуры "SABAH". Если мы начнем условно с 40-50 человек, это можно будет считать большим достижением. Если хотя бы 20 из этих 40 человек окончат программу докторантуры и начнут преподавать в университетах, мы уже спроектируем продукт. Масштабировать спроектированный продукт гораздо легче, чем внезапно производить тысячами не готовый продукт. Мы решили проблему количества в образовании. Проблема теперь заключается больше в вопросе качества. Качество же в основном зависит от преподавательского состава и от того, насколько лица, ведущие преподавание в высшей школе, близки к индустрии, экономике и различным производственным процессам, насколько они осведомлены об этих сферах".

"В Азербайджане более 90 процентов школ либо капитально отремонтированы, либо построены заново. Если посмотреть на ситуацию пять, десять, двадцать лет назад, сегодняшняя школьная инфраструктура несравнимо лучше. Проблемы есть, и работа по их решению продолжается. При этом мы испытываем проблемы, вытекающие из неравномерного расселения населения. Эти проблемы в основном наблюдаются в пунктах с высокой плотностью населения. В некоторых местах мы решили проблему. Например, у нас были серьезные проблемы в поселках Масазыр и Бина. Серьезные проблемы, связанные с плотностью населения ощущаются в Абшеронском, Хазарском и Сабунчинском районах. Среди почти четырех тысяч школ количество школ, испытывающих проблемы в связи с плотностью населения, не превышает пятидесяти. В некоторых местах у нас есть двух- и трехсменные школы. По этим школам также ведется основательная работа. Можно сказать, что большую часть проблемы мы решили, она наблюдается лишь в незначительном количестве школ".

Министр науки и образования подчеркнул, что лучшая школа - та, которая находится близко к дому. По его словам, у родителя также есть возможность выбрать учителя для своего ребенка, идущего в первый класс.

"Второй вопрос - это вопрос выбора школы. Это вопрос, связанный с образовательной политикой. То есть, должен ли родитель иметь право выбирать школу и учителя для своего ребенка? Принимаемое решение зависит именно от ответа на этот вопрос. Поскольку каждый родитель, который искал хорошего учителя в начальных классах для своего ребенка, сталкивался с определенными неприятными ситуациями. С внедрением электронных систем этот процесс был электронизирован и оставлен на усмотрение родителя. У родителя есть возможность выбрать учителя для своего ребенка, идущего в первый класс. Здесь также есть вопрос выбора школы. Лучшая школа - это школа, близкая к вашему дому. Школа принадлежит не только государству, в первую очередь это школа детей и общины. Государство здесь играет регулирующую роль. Для того чтобы школа становилась лучше, родителям также важно работать вместе с нами. В последние годы мы внесли серьезные изменения. Например, при приеме в первый класс экзамен применяется в очень малом количестве школ. За исключением школ искусств и тех, где применялись специальные программы, раньше дети принимались в первый класс по экзамену. Эта практика была неправильной. Вступительный экзамен должен быть только в школах, требующих особых способностей", - сказал он.

Э. Амруллаев также обратил внимание на процесс оценивания учащихся. По его словам, правильно оценивать ученика - это не значит ставить ему высокую оценку.

"Образование - это постоянно меняющаяся система. Поэтому к образованию нужно относиться как к вопросу адаптации динамичной системы к меняющейся среде.

Мои личные наблюдения показывают, что мы продвинулись значительно вперед. Если провести медиа-мониторинг, то десять-пятнадцать лет назад основной темой обсуждения было измерение знаний детей в девятом классе и взаимный поиск виновных. Каждый год повторялось одно и то же. Хотя, если спросить о причине, вы увидите, что корни этого кроются в начальном и дошкольном образовании. Если мы сможем повысить качество начального образования, то в долгосрочной перспективе получим устойчивые результаты и на последующих ступенях образования. Получение каждый год результата на один процент лучше в долгосрочной перспективе приводит вас в более лучшую точку. Наши требования растут день ото дня, потому что происходящие вокруг изменения делают это необходимым. Человек, окончивший восемь классов, уже не может воспитывать следующее поколение. Ситуация, доставшаяся нам в наследство, такова: если мы приняли учителя на работу в возрасте двадцати лет, и он будет работать до шестидесяти пяти лет, значит, он охватит сорокалетний период. Если раньше новшества происходили раз в пять-десять лет, то теперь изменения есть каждый год. В этом смысле все мы знаем, насколько трудна профессия учителя. Увеличение числа учителей, преподающих лучше, в этом направлении означает более качественное образование в долгосрочной перспективе. Хороший учитель - это не только тот учитель, который знает свой предмет, но и тот, кто умеет сотрудничать. Хороший учитель - это в то же время учитель, умеющий правильно оценивать. А правильно оценивать - не значит ставить высокую оценку. Это значит быть учителем, способным дать ученику обратную связь, объяснить его пробелы. В этом направлении мы продвигаемся медленно. Пользуясь случаем, выражаю благодарность нашим учителям", - сказал он

Министр подчеркнул, что мы должны провести коренные изменения и в сфере оценивания: "Главное тут в том, какие вопросы учителя задают детям, какие вопросы мы используем при приеме учителей на работу и по каким критериям выбираем учителя. Какие вопросы вы задаете людям при приеме в профессию, именно к тем вопросам они и готовятся, приходя в нее. Экзаменов, построенных на зубрежке и фактологических знаниях, сегодня уже недостаточно. В нашей системе образования есть серьезная проблема с подготовкой вопросов, измеряющих различные навыки и компетенции. Мы все еще не можем подготовить очень хорошие вопросы, измеряющие навык чтения. Подготавливаем, но недостаточно. Подготовить вопрос, измеряющий математическое мышление, вопрос, определяющий образ мышления по истории, гораздо сложнее, чем спросить о том, когда произошло какое-то историческое событие. В сфере образования речь идет не только о конкретном экзамене. Вопрос подготовки вопросов, правильной постановки вопроса крайне важен. Стандарты будущего будут определяться не только ответами на вопросы, но и тем, какие вопросы задаются".

Министр также внес ясность в требование о наличии у учителей магистерского образования: "Что касается ожидания от учителей наличия магистерского образования, мы думаем, что учитель, получивший такое образование, окончивший качественную программу магистратуры, более предпочтителен. Однако на сегодняэто не является юридическим требованием".

Э. Амруллаев также прояснил вопрос сбора буклетов с вопросами после мониторинговых экзаменов. Он разъяснил, что часть вопросов будет использоваться в последующие годы.

"Каждый год мы наблюдаем постепенное развитие. Суть вопроса заключается в том, что если учитель преподавал в течение четырех лет, то в достижениях, полученных этим классом, есть и его вклад. Мы измеряем и обсуждаем результаты. На мониторингах мы используем новые типы вопросов и стараемся, чтобы применяемые нами форматы вопросов готовили следующее поколение к экзаменам нового типа. Мы думаем сохранить часть этих вопросов и использовать их в последующие годы. Сравнение ответов детей одной и той же возрастной группы по одному и тому же вопросу в разные годы лучше показывает динамику. Если раскрыть вопросы сразу, учащиеся готовятся именно по этим вопросам, и результаты идентифицируются. Поэтому мы планируем обнародовать прежние вопросы через три-четыре года. Причина, по которой мы не раскрываем вопросы сейчас, заключается в том, что с точки зрения исследования, повторно применяя определенные вопросы каждый год, мы сравниваем результаты одних и тех же возрастных групп и определяем, продвигаемся ли мы вперед", - сказал он.

Э. Амруллаев также обратил внимание на вопросы магистратуры, докторантуры, исследований и написания научных работ. По словам министра, в Азербайджане увеличилось количество научных работ.

"Азербайджанские ученые и исследователи пишут больше статей, и по сравнению с предыдущими годами качество этих статей также выше. Потому что со стороны государства созданы определенные стимулы, обеспечен доступ к наукометрическим базам. Таким ученыммвыплачивается надбавка. Примерно до пятисот ученых получают ежемесячно дополнительную оплату в размере до тысячи манатов. Растет и наше международное сотрудничество. В частности, могу подчеркнуть азербайджано-турецкое сотрудничество.

Передача научных институтов министерства науки и образования в подчинение министерства, обеспечение интегративной деятельности этих институтов с высшими учебными заведениями помогли нам как продвинуться в университетских рейтингах, так и в целом сократить дистанцию между наукой и университетом. С точки зрения регулирования Государственное агентство по науке и высшему образованию сегодня более тесно работает с научными структурами. Проводя рационализацию, мы добились качественных изменений".

Министр также отметил, что в сфере докторантуры необходимы серьезные реформы: "Что касается пробелов, то, естественно, в сфере докторантского образования есть необходимость в серьезных реформах. Здесь мы должны предпринять шаги как в плане содержания, так и формы, а также в направлении привлечения талантливых людей к научной и исследовательской деятельности. Осуществляется программа обучения за рубежом. По уровням бакалавриата и магистратуры имеется достаточное количество обращений. Однако на восемьдесят мест, выделенных по докторантуре, не подают документы даже десять человек. Для высшего образования и научных исследований страны докторантура имеет особое значение. Есть определенные инициативы в сфере финансирования науки и налаживания ее связей с промышленностью, и мы считаем, что в предстоящие годы увидим результаты этого", - сказал он.

Э. Амруллаев заявил, что в ближайшие пять лет азербайджанская школа должна стать более ориентированной на формирование личности. Министр отметил, что среди вопросов, стоящих перед любой системой образования, важным является сохранение национальных ценностей, включая язык, и это особенно важно для государств, расположенных в такой географии, как Азербайджан.

По его словам, в этом смысле, упоминая о ценностях в контексте национальной идентичности, следует говорить о школе, которая на основе идеологии азербайджанства воспитывает новое поколение. "В то же время мы не должны забывать и о международной конкуренции и международном контексте. В технологическую эпоху мы должны стремиться к тому, чтобы сохранялись человеческие ценности", - сказал Э. Амруллаев.

Министр также выразил отношение к вопросу возможного изменения зарплат учителей при увеличении их рабочих часов после уроков. В настоящее время этот вопрос находится на стадии обсуждения: "Первый вопрос - это привязанность учителя к школе и его ощущение себя частью школы. Поскольку школа - это среда, основанная на сотрудничестве, коллективная работа имеет здесь особое значение. По этой причине учитель должен проводить в школе больше времени и принимать более активное участие в школьной жизни. С другой стороны, деятельность учителя не ограничивается только ведением уроков. У него есть ряд важных обязанностей, за которые он не получает отдельной платы. Например, учитель в целях подготовки к урокам должен составлять вопросы, проверять письменные работы, налаживать индивидуальное общение с учениками и давать им обратную связь, выслушивать их, чтобы понять причины их трудностей. В то же время важно его совместное с другими учителями участие в проектах профессионального развития. Все это делает необходимым усиление у учителя чувства принадлежности к школе и ответственности.

Третий важный момент связан с заработной платой учителей. Добиться повышения заработной платы только на основе учебных часов не всегда легко. Потому что обеспечить всех учителей учебной нагрузкой в 20-24 часа невозможно. Переход к модели штатного учителя может считаться значимой реформой как с точки зрения повышения качества преподавания, так и с точки зрения увеличения доходов учителей. В настоящее время данный вопрос находится на стадии обсуждения, и, вероятно, в ближайшем будущем в связи с этим будут выдвинуты конкретные предложения. В целом же заработная плата учителя в этих условиях должна быть выше средней заработной платы по стране".

Э. Амруллаев подчеркнул, что по мере появления новых школ на освобожденных от оккупации территориях деятельность школ для вынужденных переселенцев прекращается: "В настоящее время на освобожденных от оккупации территориях начали функционировать 25 общеобразовательных учреждений и 13 дошкольных образовательных учреждений. Обучается примерно 4500 учеников. Мы ожидаем, что в следующем учебном году эти показатели будут стремительно расти. Второй вопрос - это рационализация системы. В стране не может быть двух школ под одним и тем же названием, например, двух Агдамских школ номер 1. Деятельность школ для вынужденных переселенцев в этом смысле прекращается после их возвращения на прежние места, а персонал этих школ рациональным образом организуется заново. Третий вопрос - это отбор учителей из числа переселившихся людей, а при отсутствии такой возможности - проведение процесса приема и в целом правильное и рациональное построение работы там".

Министр добавил, что на освобожденных от оккупации территориях строятся школы, обеспеченные современной инфраструктурой, и прилагаются усилия для того, чтобы, поскольку процесс там начинается с нуля, он осуществлялся в более современном формате. "Качество подготовки наших учителей хорошее, мотивация высокая. Верю, что школы, которые будут функционировать на освобожденных территориях, окажутся в числе лучших школ страны", - сказал он.

Министр науки и образования также подчеркнул важность обеспечения безопасности детей в социальных медиа.

"Цифровая среда сама по себе полна рисков и в обязательном порядке должна регулироваться. Мы должны понимать, что под социальными медиа не подразумеваются инструменты цифрового обучения. Отдельные социальные сети и игры влияют на поведение, психологию детей и на их общение, а также могут приводить к кибербуллингу. Поэтому я являюсь сторонником применения определенных ограничительных регулирований", - сказал он.

Министр заявил, что в будущем могут быть предприняты шаги в направлении увеличения охвата приема на основе выпускного экзамена: "С точки зрения механизма никаких изменений пока не предусматривается. Постоянно проводятся технические обновления, например касательно того, какие специальности к каким группам относятся. Они объявляются заранее. В то же время среди шагов, которые необходимо предпринять в этом направлении, самым важным является то, чтобы мы постепенно стремились к тому, чтобы дети сдавали меньше экзаменов. Увеличение охвата приема на основе выпускного экзамена может стать одним из направлений, которые могут быть предприняты в ближайшем будущем. Здесь ближайшее будущее - это один-два года. Изменения такого типа объявляются заранее. Это не следующий год. В настоящее время на основе существующей модели осуществляется около шестидесяти тысяч приемов. Ожидается, что и в этом году в рамках данной модели результаты будут объявлены к концу августа".

Э. Амруллаев рассказал и о недостатках в существующей системе образования. Он отметил, что в школах есть необходимость в ИТ-штате: "Вопрос о том, какой будет школа в последующие 10-15 лет XXI века, является достаточно сложным. Будь то дистанционное образование или же цифровые ресурсы и искусственный интеллект - это уже неизбежно. Это требует наличия иных структур, сильной инфраструктуры, специализированного персонала и людей, обладающих различными навыками.

На мой взгляд, самой важной, но отсутствующей сегодня в школах является штатная единица специалиста по ИТ, то есть по информационным технологиям. В традиционных школах это направление в полной мере отсутствует. Поскольку штатные расписания школ были подготовлены в прежний период, мы стараемся их изменить, и в этом смысле, вероятно, в скором времени будут новшества. Как я уже отмечал, обновление содержания и организация отдельных предметов, а также обеспечение качества подготовки учителей важны с точки зрения адаптации к требованиям новой эпохи. Воспитание поколения, готового к новой эпохе, обладающего ценными качествами, в особенности сохраняющего особенности национальной идентичности - это более сложный и более ответственный процесс. С этой точки зрения, нашими главными приоритетами для школы 21-го века должно быть именно перечисленное".

Одной из проблем профессионального образования является инфраструктура

Министр рассказал также о проделанной и предстоящей работе в сфере профессионального образования. Он подчеркнул, что рост, имеющийся в высшем образовании, продолжается и в профессиональном образовании: "Уже более 25-26 тысяч человек обращаются к профессиональному образованию. В направлении развития профессионального образования новым этапом считается указ, подписанный главой государства в декабре 2025 года, касающийся перестройки 21 и капитального ремонта 2 из 23 учреждений профессионального образования. В результате исполнения этих работ до 2030 года, в том числе осуществления строительства новых профессиональных школ на освобожденных от оккупации территориях, станет возможным коренное улучшение инфраструктуры. Мы должны признать, что одним из самых проблемных направлений профессионального образования является именно инфраструктура. Поскольку, как результат Первой Карабахской войны, размещение наших вынужденных переселенцев в течение длительного времени в основном в профессиональных школах повлияло на состояние этих зданий.

В последние же годы были предприняты шаги в направлении создания новых профессиональных школ. Как в Барде, так и в Габале, Джалилабаде, Лянкяране, а также в городе Баку созданы учреждения профессионального образования, соответствующие современным требованиям. Мы видим, что когда есть новые и современные профессиональные школы, студенты также больше привлекаются в эти учреждения. В каждом из них наблюдается удвоение числа студентов и положительные результаты. По мере постепенного решения инфраструктурных вопросов число людей, отдающих предпочтение профессиональному образованию, также будет расти".

В заключение Э. Амруллаев коснулся деятельности колледжей. По его словам, колледжи - это образовательные учреждения, нуждающиеся в реформе: "Образование суббакалавра должно остаться и останется. Вопрос заключается в том, должны ли учреждения, дающие образование суббакалавра, функционировать отдельно или же они должны находиться в составе высших учебных заведений? В принципе, возможны обе модели. Думаю, что на следующих этапах реформ качество знаний учителей, преподающих в колледжах, и контроль за их деятельностью будут одним из наших главных приоритетов. Наша работа в этом направлении будет продолжена".