Барро против Азербайджана: колониальные амбиции под маской демократии - АКТУАЛЬНО от Эльчина Алыоглу
.jpg)
Автор: Эльчин Алыоглу, директор Baku Network, специально для Day.Az
Когда страна, до сих пор держащая в своем колониальном багаже территорию, официально числящуюся в списке ООН подлежащих деколонизации, выходит на форум "доверия между демократиями" и называет виновником собственных нерешенных противоречий Азербайджан, это уже не дипломатия. Это театр абсурда, который Вольтер описал с убийственной точностью: "Предрассудки - это то, чем глупцы пользуются вместо разума".
13 октября 2026 года в зале CC9 Конференц-центра ОЭСР министр Жан-Ноэль Барро за пятнадцать минут ключевого выступления сообщил миру, что "азербайджанская группа" организует в Новой Каледонии инициативы по поощрению протестов и распространению спорных конституционных проектов. Ни одного документа о финансировании. Ни одного следа логистики. Ни одного доказательства прямого руководства. Только удобная формула: когда Нумейское соглашение 1998 года так и не смогло закрыть вопросы избирательного корпуса и статуса коренного населения, собственный архив становится слишком неудобным. Куда проще объявить внешний центр.
Париж, судя по Барро, эти предупреждения считает руководством к действию. Пока в Париже продолжают подменять факты риторикой, а собственную колониальную инерцию - чужим вмешательством, любые разговоры о "доверии между демократиями" звучат как насмешка над теми, кого эти демократии до сих пор не отпустили.
Париж говорил о защите демократии. Париж же годами принимал в Национальном собрании резолюции, ставившие под сомнение суверенитет Азербайджана над Карабахом, и принимал представителей так называемого сепаратистского режима. Теперь та же логика развернута в обратную сторону. То, что в одном случае называлось поддержкой права на самоопределение, в другом объявляется вмешательством. Площадка ОЭСР, не требующая предварительной верификации министерских заявлений и не предусматривающая голосования или резолюции по итогам выступления, позволила вставить этот нарратив в международную повестку без последствий для самой площадки. Цитата разошлась. Механизм сработал.
МИД Азербайджана ответил на следующий день. "Обвинять Азербайджан во вмешательстве в борьбу народов, проживающих в Новой Каледонии и на других заморских территориях Франции, за свои права абсолютно необоснованно", - говорилось в комментарии 14 октября. Бездоказательное связывание различных позиций по процессам на этих территориях с внешним вмешательством представляет собой попытку затенить волю местного населения. Французским официальным лицам, рассуждающим о демократии, правах человека и верховенстве закона, следовало бы прежде всего обеспечить последовательное применение этих принципов в собственной политике.
Механизм работает безотказно. Франция годами поддерживала армянские территориальные претензии к Азербайджану. Национальное собрание принимало резолюции, ставившие под сомнение суверенитет Баку над Карабахом. Представители так называемого сепаратистского режима принимались в Париже на высоком уровне. Когда Азербайджан в 2020 году восстановил контроль над своими территориями в соответствии с нормами международного права, французская риторика не изменилась. Вместо признания фактов последовали новые обвинения. Теперь та же логика перенесена на Новую Каледонию: любое недовольство канаков объявляется результатом бакинских интриг.
Бакинская инициативная группа, созданная в 2023 году, стала удобным объектом. Группа позиционирует себя как платформа против колониализма. В апреле 2024 года Конгресс Новой Каледонии и Милли Меджлис подписали меморандум о сотрудничестве. Французские министры немедленно назвали это вмешательством. 16 мая 2024 года тогдашний министр внутренних дел Жеральд Дарманен заявил в эфире France 2: "Это не фантазия, это реальность". Он сожалел, что часть независимостских лидеров "заключила сделку" с Азербайджаном. Заявление прозвучало на фоне беспорядков, вызванных законопроектом о расширении избирательного корпуса. Канаки воспринимали эту меру как угрозу своему политическому весу, закрепленному Нумейским соглашением 1998 года. Париж видел в этом внешний сценарий.
Французская политическая система получает простое объяснение для хронических проблем. Демографический отток, экономическая зависимость от никеля, сохраняющееся недовольство коренного населения укладываются в схему внешнего врага. Кто платит. Прежде всего канаки, чья субъектность отрицается. Любое их несогласие с парижскими реформами автоматически объясняется бакинским влиянием. Платят и двусторонние отношения. Вместо обсуждения конкретных экономических интересов - французских инвестиций в азербайджанскую энергетику или каспийских маршрутов - остается режим взаимных демаршей.
Процедура, сделавшая возможным выступление Барро, элементарна. Глобальный форум ОЭСР не требует доказательств. Ключевой докладчик получает пятнадцать минут в зале CC9. Формат позволяет вставить национальный нарратив в международную повестку без последствий для репутации площадки. Никакого голосования. Никакой резолюции. Только цитата, которая затем расходится через агентства. В январе 2025 года тот же Барро уже называл действия "группы Баку" попыткой дестабилизировать национальную политическую жизнь и требовал их немедленного прекращения. Азербайджанских представителей тогда не пустили на конгресс в Нумеа физически. Вмешательство, по французской версии, произошло по видеосвязи. Париж отчитался об эффективности санкционного механизма. Проблема осталась.
Прецедент существует. В 1950-х годах французские власти объясняли алжирское национально-освободительное движение внешним влиянием - сначала египетским, затем советским. Документы того периода фиксируют те же формулировки: иностранное вмешательство, подстрекательство, дестабилизация. Решения Алжира определялись местными факторами - земельной политикой, статусом мусульманского населения, отказом Парижа от реального политического равенства. Внешняя поддержка существовала, но не создавала движения. Аналогия с Новой Каледонией не идеальна. Канакское движение имеет собственную историю, зафиксированную в референдумах и соглашениях. Прием, однако, одинаков. Когда внутренний компромисс не работает, удобнее указать на внешний центр.
Президент Ильхам Алиев неоднократно заявлял, что Азербайджан не вмешивается во внутренние дела Франции, но поддерживает право народов на самоопределение. На 4-м Глобальном медиафоруме в Шуше в июле 2026 года он прямо сказал, что хочет свободы для Новой Каледонии, Полинезии, Мартиники и Сен-Мартена. Заявление сделано после того, как французский парламент годами демонстрировал симпатии армянской стороне. Двойной стандарт очевиден. То, что в одном регионе называется поддержкой сепаратизма, в другом объявляется вмешательством в борьбу за права.
МИД в комментарии 14 октября призвал положить конец необоснованным претензиям и соблюдать принципы взаимного уважения, суверенного равенства и невмешательства. Практически оно означает, что Париж должен либо предъявить конкретные доказательства финансирования, логистики или прямого руководства протестами со стороны государственных структур Азербайджана, либо перестать использовать тему в качестве риторического инструмента. Пока таких доказательств в открытых источниках нет. Есть меморандумы. Есть визиты. Есть заявления групп. Есть флаги на митингах. Есть также история французских резолюций по Карабаху и прием сепаратистских представителей в Париже.
Дальше ситуация будет развиваться по уже знакомой схеме. В 2027 году во Франции пройдут президентские выборы. Тема заморских территорий и внешних вмешательств останется удобным сюжетом для правого и левого флангов. Новая Каледония продолжит обсуждать статус после истечения переходных периодов Нумейского соглашения. Бакинская инициативная группа будет выпускать доклады о демографии и правах канаков. Французские министры будут реагировать на форумах. Каждый такой цикл укрепляет внутренний консенсус в Париже, что проблемы колониального наследия можно объяснять деятельностью третьих стран, и одновременно фиксирует в Баку представление о французской политике как о политике двойных стандартов.
Короткое отступление. По данным переписей, постоянное население Новой Каледонии снизилось с 271 407 человек в 2019 году до 264 596 в 2025-м. Снижение составило около 2,5 процента за шесть лет. На фоне этого оттока французская сторона продолжает настаивать на расширении избирательного корпуса за счет переселенцев. Канаки видят в этом угрозу своему политическому представительству. Париж видит внешнее влияние. Цифры фиксируют местную демографическую динамику. Обвинения фиксируют политическую потребность.
Пока Париж продолжает подменять факты дешевой риторикой, а международные трибуны - внутренней предвыборной сценой, разрыв между позициями только углубляется.
Выступление Барро 13 октября ничего не изменило и не могло изменить. Оно лишь в очередной раз продемонстрировало, что французская дипломатия по-прежнему использует внешние площадки для решения собственных внутренних проблем - от Новой Каледонии до предвыборных настроений. Азербайджан ответил в тот же день, жестко и по существу. Дальнейшее зависит от одного простого выбора: появятся ли у Парижа конкретные документы, доказательства и факты, или останется привычная пустая риторика. Пока побеждает второе.
Президент Ильхам Алиев уже предельно ясно обозначил позицию: поддержка права народов на самоопределение не является вмешательством во внутренние дела. Париж упорно настаивает на обратном - потому что ему удобно обвинять других в том, от чего сам десятилетиями не может избавиться. Этот разрыв остается открытым не потому, что Баку "не идет на диалог", а потому что одна сторона говорит о принципах, а другая - о своих колониальных комплексах и электоральных страхах.
Пока в Париже не появятся факты вместо лозунгов, любые новые заявления будут звучать как признание собственной несостоятельности.
Риторика без доказательств - это не дипломатия.
Это шум.
И этот шум Баку уже не слушает.
Заметили ошибку в тексте? Выберите текст и сообщите нам, нажав Ctrl + Enter на клавиатуре
