Экспорт золота Азербайджана: почему одной цифры недостаточно для выводов о реэкспорте
Автор: Эмин Алиев,
Главный редактор АМИ Trend
Утверждение о том, что Азербайджан используется для поставок российского золота на западные рынки, основанное лишь на сопоставлении объемов добычи и экспорта золота, не учитывает структуру государственных резервов страны и требует дополнительных доказательств.
Российский политический обозреватель Вячеслав Ширяев в интервью Deutsche Welle заявил, что на фоне санкций российское золото поступает на западные рынки через страны-посредники и что в последнее время для этих целей якобы используется Азербайджан.
В качестве основного аргумента Ширяев привел разницу между объемами добычи и экспорта золота Азербайджана. По его словам, страна ежегодно добывает около 3 тонн золота, тогда как за полгода экспортировала около 24 тонн.
Однако само по себе превышение экспорта над объемом текущей добычи не свидетельствует о реэкспорте российского золота. Такой вывод требует анализа происхождения экспортируемого металла, структуры запасов и операций с золотыми активами.
В случае Азербайджана одним из ключевых факторов является Государственный нефтяной фонд Азербайджана (SOFAZ), который на протяжении многих лет формировал золотой портфель в рамках своей инвестиционной стратегии. По состоянию на 30 сентября 2025 года золотой субпортфель SOFAZ составлял около 184,8 тонны. Следовательно, объем золота, находящегося в распоряжении государственных структур, значительно превышает объем его ежегодной внутренней добычи.
Это принципиально важно при оценке статистики экспорта. Золото, экспортируемое страной в определенный период, не обязательно должно быть добыто в том же году. Оно может представлять собой ранее приобретенный инвестиционный актив. Продажа части таких резервов также является обычной операцией управления активами. Государственные фонды и центральные банки во всем мире покупают золото в периоды относительно низких цен и могут продавать часть накопленных запасов, когда рыночная стоимость актива существенно возрастает.
Азербайджан публично обозначал такую стратегию. Президент Ильхам Алиев в начале 2025 года заявил о принятом стратегическом решении наращивать золотые резервы страны. "В прошлом году мы также приняли стратегическое решение увеличить золотые резервы страны. Мы ясно видели геополитическое развитие событий, и я был абсолютно уверен, что цена на золото будет расти. И она взлетела до небес", - заявил глава государства 5 января в интервью местным телеканалам.
Подчеркнув, что это решение принесло Азербайджану значительный доход, он отметил: "Благодаря увеличению наших золотых резервов, наш Государственный нефтяной фонд заработал более 10 миллиардов долларов США только за счет этого. Но если цена упадет, конечно, наши резервы уменьшатся. Поэтому сейчас наши резервы меняются каждый день. Сегодня, вероятно, они составляют 84 или 83 миллиарда долларов. Завтра будет 85 миллиардов. Но тем не менее это одни из самых высоких резервов на душу населения в мире".
SOFAZ ранее приобретал золото на международном рынке, в том числе в Лондоне, когда цены были существенно ниже нынешних уровней. При дальнейшем росте котировок реализация части накопленного портфеля является одним из инструментов управления государственными активами.
Подобная практика не является уникальной для Азербайджана. Государственные фонды и центральные банки различных стран регулярно корректируют объем золотых резервов в зависимости от инвестиционной стратегии, состояния рынка и потребностей управления резервами. В последние годы операции с золотом, включая продажи накопленных запасов, проводили, в частности, Казахстан, Узбекистан, Филиппины и Сингапур. При этом международная статистика World Gold Council показывает, что движение золота в резервах этих стран может существенно меняться от года к году: центральные банки могут быть как крупными покупателями, так и продавцами в зависимости от рыночной ситуации.
Особенно показателен опыт Казахстана и Узбекистана, которые одновременно являются крупными производителями золота и активно управляют официальными золотыми резервами. Поэтому сопоставление объема внутренней добычи с экспортом без учета операций центральных банков и государственных фондов также не позволяет автоматически сделать вывод о происхождении экспортируемого металла. В этой связи аналогичный подход должен применяться и к Азербайджану.
Отдельный вопрос вызывает выборочный подход к оценке подобных торговых потоков. После 2022 года товарооборот Армении с Россией превысил $10 млрд, а экспорт драгоценных металлов из Армении, который до 2022 года находился на минимальных уровнях, резко вырос. По данным международной торговой статистики, экспорт драгоценных и недрагоценных металлов из Армении в отдельные периоды 2023-2024 годов действительно демонстрировал многократный рост. В начале 2024 года месячный показатель экспорта драгоценных металлов превышал 1,1 млрд долларов США. Столь резкая динамика стала частью более широкого роста торговли Армении с Россией после 2022 года и неоднократно рассматривалась международными аналитиками в контексте изменения торговых потоков.
На этом фоне заявления о якобы использовании Азербайджана для реэкспорта российского золота требуют особенно тщательной проверки. Если речь идет о конкретной схеме, должны быть представлены данные о происхождении металла, его поставщиках, маршрутах, конечных покупателях и соответствующих таможенных операциях.
Одной разницы между добычей и экспортом для такого вывода недостаточно. Профессиональный анализ международной торговли золотом должен учитывать не только производство, но и накопленные резервы, операции государственных фондов, импорт и экспорт, изменение стоимости запасов и структуру покупателей.
В случае Азербайджана наличие значительного золотого портфеля SOFAZ является публично известным обстоятельством. Поэтому объем экспорта, превышающий объем текущей добычи, сам по себе не является доказательством использования страны в качестве посредника.
Бывший посол Ирана в Азербайджане Мохсен Пакаин ранее отмечал в интервью Trend необходимость учитывать экономические и торговые связи стран региона в более широком контексте, однако подобные связи должны оцениваться на основе проверяемых данных.
Для Азербайджана вопрос имеет и более широкий экономический контекст. Государственная стратегия управления резервами предусматривает диверсификацию активов, а золото на протяжении последних лет остается одним из инструментов такой диверсификации. Резкий рост мировых цен на золото повысил стоимость накопленных государством активов. Поэтому операции с золотым портфелем могут отражать нормальное управление инвестициями и не требуют объяснения через наличие неустановленных посреднических схем.
В этой связи Вячеславу Ширяеву и Deutsche Welle следует разъяснить, на каких конкретно данных основано утверждение об использовании Азербайджана для вывода российского золота на западные рынки. В частности, представляет интерес, имеются ли у автора данные о происхождении экспортированного Азербайджаном золота, его поставщиках и конечных получателях, а также учитывались ли при подготовке материала операции SOFAZ с золотым портфелем.
До получения таких разъяснений утверждение о том, что Азербайджан используется в качестве канала для реэкспорта российского золота, остается предположением, а не установленным фактом. В условиях изменения глобальных торговых потоков и роста роли золота как резервного актива особенно важно отделять статистически подтвержденные факты от интерпретаций. В случае Азербайджана имеющиеся публичные данные указывают на наличие значительного государственного золотого портфеля и долгосрочной инвестиционной стратегии, которые необходимо учитывать при анализе экспортных показателей.
Заметили ошибку в тексте? Выберите текст и сообщите нам, нажав Ctrl + Enter на клавиатуре
