Кярки оказался сильнее дашнаков: как Варданян проиграла спор с картой - АКТУАЛЬНО от Эльчина Алыоглу
Автор: Эльчин Алыоглу, директор Baku Network, специально для Day.Az
Кристине Варданян - депутат Национального собрания Армении девятого созыва, член оппозиционной фракции "Армения" и представитель АРФ "Дашнакцутюн". То есть перед нами не случайная комментаторша из соцсетей, не возбужденный посетитель ток-шоу и не районный краевед с картой, нарисованной фломастером. Перед нами профессиональный политик, выпускница факультета международных отношений Ереванского государственного университета, которая решила публично спросить Никола Пашиняна: "На каком основании вы называете армянские населенные пункты азербайджанскими названиями?" Вопрос был произнесен с таким достоинством, будто вместе с депутатским мандатом Варданян получила право переписывать кадастр Южного Кавказа. Получился не удар по Пашиняну, а великолепный сеанс парламентского саморазоблачения.
Начнем с того, что Варданян подсовывает слушателю фальшивую посылку уже в первых словах. Она сначала объявляет спорные населенные пункты "армянскими", а затем требует объяснить, почему их называют азербайджанскими именами. Прием нехитрый - вывод заранее запихивается внутрь вопроса, после чего оппоненту предлагают оправдываться. Если назвать Кярки "армянским Тигранашеном" достаточно много раз, Кярки, видимо, обязан застесняться собственного названия, сдать архивные документы и добровольно перерегистрироваться в Ереване. Великая школа государственного строительства. Табличку поменяли - историю закрыли.
Сухие документы портят этот спектакль почти неприлично быстро. Кярки, Бархударлы, Софулу и Юхары Аскипара не появились в азербайджанской политической риторике после 2020 года. Поселения фиксируются в дореволюционных статистических материалах, а их мусульманское, то есть в тогдашней российской классификации татарское население, документировано еще в XIX веке. Причем признает это не бакинская пропагандистская брошюра, которую Варданян могла бы презрительно отложить в сторону, а армянское исследование проблемы анклавов: Софулу, Бархударлы, Юхары Аскипара и Кярки существовали как минимум со второй половины XIX века. По данным 1886 года, в Софулу было 103 жителя, в Бархударлы - 69, в Юхары Аскипара - 202, причем население этих сел было мусульманским. Архив, к сожалению для госпожи депутата, членского билета "Дашнакцутюн" не имеет.
Особенно умиляет попытка политика с дипломом международника превратить современное административное управление в машину времени. Мол, если территория сегодня включена армянскими властями в свою административную систему, если там работают органы власти и проходят выборы, значит она была армянской всегда. Роскошная доктрина. Тогда оккупация, фактический контроль, внутренний административный акт и международно признанная принадлежность - одно и то же. Можно занять чужую квартиру, прописать там родственников, провести семейный референдум и после подсчета голосов объявить прежнего хозяина иностранным провокатором. Осталось пригласить нотариуса и торжественно вручить ему избирательный бюллетень.
Кярки ломает эту политическую ахинею особенно эффектно. Советская административная география относила его к Азербайджанской ССР, позднее поселение оказалось под армянским контролем и стало именоваться Тигранашеном. Смысл доступен даже человеку, не окончившему факультет международных отношений: новое название не отменяет прежней административной принадлежности. Переименование вообще не является территориальным титулом. Если Национальное собрание Армении завтра переименует Арарат в "Собственность парламента", гора не войдет в баланс законодательного органа.
География, зараза, устроена несколько сложнее партийного пресс-релиза.
Юхары Аскипара, Бархударлы и Софулу доставляют той же риторике не меньше неприятностей. Исследования раннесоветского размежевания указывают, что уже материалы 1922 года относили Юхары Аскипара, Софулуи Бархударлы к Азербайджану, хотя отдельные линии и хозяйственные участки еще уточнялись в ходе земельных споров. Советские карты позднейшего периода также фиксировали азербайджанские анклавы внутри Армянской ССР, включая Кярки, Бархударлы, Софулу и Юхары Аскипара. Даже армянские фактчекинговые публикации прямо называют их азербайджанскими анклавами Армянской ССР. Никакой таинственный бакинский картограф ночью их туда не дорисовывал. Достаточно открыть карту.
Самое слабое место этой конструкции - ссылка на выборы и закон Армении об административно-территориальном делении. Внутренний закон государства регулирует внутреннее управление территории, которую это государство включает в свою административную систему. Он не способен задним числом переписать межреспубликанскую границу СССР, отменить документы распада Союза или превратить фактический контроль в историческое право. Иначе любой территориальный спор на планете решался бы за пятнадцать минут: парламент принимает закон, комиссия ставит урну, несколько человек бросают бюллетени - после обеда спорная земля уже "исконная". Международное право можно закрывать за ненадобностью. Госпожа Варданян справилась быстрее нескольких поколений юристов.
Пашинян в данном случае сказал неприятную для армянской оппозиции вещь, но неприятность факта не является его опровержением. После принятия сторонами принципа территориальной целостности бывших союзных республик невозможно бесконечно притворяться, что советская административная граница обязательна только там, где она удобна Еревану. Если советская карта становится основанием для армянских требований, та же самая карта неизбежно появляется на столе возле азербайджанских анклавов. Правило либо работает в обе стороны, либо превращается в ресторанное меню армянского национализма: это нам принесите, это уберите, это исторически не нравится, а здесь вообще закройте страницу.
Проверить серьезность позиции Варданян можно одним движением. Возьмем Арцвашен, который армянская сторона считает своим анклавом, хотя с 1992 года он находится под азербайджанским контролем. Армянская аргументация совершенно справедливо не принимает формулу "кто контролирует, того и территория". Тогда с какого перепугу ровно эта формула должна работать для Кярки, Юхары Аскипара, Бархударлы и Софулу? Если фактический контроль Азербайджана над Арцвашеном не уничтожает его прежнюю армянскую административную принадлежность, фактический контроль Армении над азербайджанскими анклавами не превращает их в исторически армянские населенные пункты. Симметрия здесь беспощадна. Именно поэтому политические фокусники так не любят зеркала.
Попытка спрятаться за топонимикой выглядит еще смешнее. На Южном Кавказе столетиями менялись империи, административные системы, языки официального делопроизводства и названия населенных пунктов. Сам по себе топоним не создает государственную границу, зато историческая фиксация топонима легко разбивает сказку о том, что название было придумано вчера. В случае этих сел азербайджанская сторона располагает дореволюционной фиксацией мусульманского населения, советской административной принадлежностью и картографическим материалом. Варданян противопоставляет этому действующий армянский административный закон и грозное "на каком основании". Масштаб интеллектуального поединка впечатляет - архивы, карты и статистика с одной стороны, депутатское возмущение с другой.
Слово "армянские" в ее вопросе поэтому выполняет не описательную, а почти шаманскую функцию. Сначала депутат произносит его, затем ожидает, что реальность дисциплинированно подтянется следом. Не подтягивается. Карта 1970-х не краснеет от стыда, статистика XIX века не переписывает себя, а азербайджанский анклав не становится частью исторической Армении только потому, что в 2026 году депутату неприятно слышать его азербайджанское название. Политическая воля способна менять будущее. Прошлое она меняет лишь в плохих учебниках и очень самоуверенных парламентских речах.
Грубая правда состоит еще и в том, что азербайджанской позиции совершенно не требуется сочинять легенду о внезапно обнаруженной древности. История Южного Кавказа многослойна, а попытка приватизировать каждый средневековый камень по современной этнической ведомости была бы такой же интеллектуальной халтурой, какую сейчас демонстрирует Варданян. Достаточно доказуемого: эти конкретные населенные пункты имели зафиксированное мусульманское население еще до советизации, позднее административно относились к Азербайджанской ССР и фигурировали в советской картографии как азербайджанские анклавы. Вот каркас, который надо опровергать. Крик возле парламентского микрофона к доказательствам пока не относится.
Причина этой нервозности тоже не требует психоаналитика. Признать Кярки означает признать, что армянский контроль не был волшебной печатью, превращающей контролируемое в армянское. Признать Юхары Аскипара азербайджанским названием означает вернуть в публичную речь ту часть истории, которую удобнее было держать за дверью. Для оппозиционной риторики, привыкшей продавать аудитории абсолютные формулы, такая элементарная география почти невыносима. Карта ведет себя возмутительно - не голосует, не кричит, не обижается и не вступает в "Дашнакцутюн".
Депутату, впрочем, будет чем утешиться. Приложение на ее собственном смартфоне, судя по всему, до сих пор показывает то же название, из-за которого три месяца назад разразился первый скандал. Открыть Google Maps и возмутиться снова - секундное дело. Остается только гадать, наберется ли у Варданян смелости подать в отставку с должности пользователя этого приложения, или под подозрение в антигосударственном заговоре попадет уже не премьер, а сама картография. Пока депутат выбирает между двумя вариантами, Кярки остается на своем месте - там же, где было всегда, и под тем именем, под которым его когда-то нанесли на карту.
Кристине Варданян хотела выставить Пашиняна человеком, который якобы раздает армянские земли уже самим употреблением азербайджанских названий. Получилось намного смешнее. Депутат Национального собрания Армении, член фракции "Армения", представитель АРФ "Дашнакцутюн" и дипломированный специалист по международным отношениям публично продемонстрировала веру в то, что территория меняет собственное прошлое вслед за сегодняшним армянским законом, а историческое название обязано исчезнуть после возмущенного вопроса из парламентского кресла. Редкая концентрация политического пафоса при столь скромной доказательной базе. Кярки пережил Российскую империю, Советский Союз, войну, оккупацию, переименование и десятилетия чужого контроля. Переживет он, надо полагать, и великий географический переворот депутата Варданян - тот самый, где для изменения границ оказалось достаточно микрофона, недовольного лица и очень большой уверенности в себе.
Заметили ошибку в тексте? Выберите текст и сообщите нам, нажав Ctrl + Enter на клавиатуре
