Токаев предлагает Германии доступ к ресурсам Казахстана - без Азербайджана не обойтись
Автор: Али Гасымов, заместитель главного редактора Day.Az
В эти дни президент Казахстана Касым-Жомарт Токаев находится с визитом в Германии. Накануне в Handelsblatt вышла его статья, в которой он предлагает Берлину сырьевое партнерство. Казахстан, по его словам, производит 21 из 34 видов сырья, которые Европа считает стратегически важными: литий, кремний, кобальт, ниобий, вольфрам, медь. Астана предлагает Германии не просто поставки, а "совместное создание полных производственных цепочек: от геологоразведки и добычи до переработки, выпуска компонентов и повторного использования материалов".
Для Германии, которая ищет поставщиков металлов для промышленности и энергетического перехода, это интересное предложение. Но любое сырье нужно сначала довезти. Токаев и сам об этом говорит: дальнейшее укрепление связей, по его словам, требует "надежных транспортных маршрутов, соединяющих Восток и Запад". А про энергоресурсы он пишет, что Казахстан продолжит поставки "в рамках существующих транспортных возможностей".
Эта оговорка объясняет главную проблему. Казахстан готов поставлять, Германия готова покупать, а с дорогой все сложнее.
Казахстан поставляет нефть в Германию по нескольким маршрутам, одним из которых является трубопровод "Дружба" через территорию России, Беларуси и Польши. При этом в статье Токаев пишет, что в 2025 году Казахстан поставил в Германию более 10 млн тонн нефти. Отдельно по данным о поставках по "Дружбе" речь идет о 2,146 млн тонн казахстанской нефти в 2025 году. Но с 1 мая 2026 года Россия остановила транзит казахстанской нефти в Германию, сославшись на технические причины. Казахстан подтвердил, что поставки прекращены, а в Минэнерго Казахстана предупредили, что возобновления до ноября ждать не стоит. Нефть, которая предназначалась Германии, пришлось перенаправить на другие маршруты, в том числе в порт Усть-Луга и на терминал КТК.
Получилось неудобно для обеих сторон. Германия потеряла один из источников поставок, а Казахстан снова столкнулся с важностью диверсификации маршрутов. Поэтому разговор о том, как доставлять казахстанские ресурсы в Европу, сейчас особенно актуален.
Именно здесь на первый план выходит альтернативный маршрут через Каспий - уже действующая связка Казахстана, Азербайджана, Грузии и Турции, которая позволяет доставлять казахстанскую нефть в Европу без российского транзита. Нефть из казахстанского порта Актау танкерами идет через Каспий в Баку, а оттуда по нефтепроводу Баку-Тбилиси-Джейхан (БТД) через Грузию в турецкий порт Джейхан на Средиземном море. Оттуда ее можно отправлять в европейские страны.
Сотрудничество на этом направлении строилось постепенно. В 2022 году "КазМунайГаз" и азербайджанская SOCAR подписали общее соглашение о транзите казахстанской нефти. В марте 2023 года ушла первая пробная партия, всего 7 тысяч тонн с месторождения Кашаган. В 2024 году договорились постепенно довести объемы до 2,2 млн тонн в год. Сегодня это уже регулярный маршрут. Цифры растут. В 2025 году по БТД отправили около 1,2 млн тонн казахстанской нефти. На 2026 год планировали от 1,5 до 2,2 млн тонн, а за январь-август компания "КазТрансОйл" перевалила в этом направлении 1,034 млн тонн, на 12% больше, чем годом ранее. Министр энергетики Ерлан Аккенженов говорил, что по итогам года объем может дойти до 2,5-3 млн тонн.
Важен и запас пропускной способности БТД. Трубопровод рассчитан на 50 млн тонн в год, а используется примерно 30 млн. То есть для казахстанской нефти в трубе есть место. Пока цифры остаются скромными по сравнению с общим экспортом Казахстана. Основное ограничение находится не в трубе, а на воде: на Каспии не хватает танкеров, а порт Актау нужно расширять. Кроме того, казахстанскую нефть приходится согласовывать по качеству со смесью, которая идет по БТД. Именно поэтому объемы колеблются от месяца к месяцу.
БТД не единственный вариант. Есть еще нефтепровод Баку-Супса, который ведет к грузинскому порту на Черном море. В 2024 году Азербайджан и Казахстан обсуждали возможность прокачки по нему до 5 млн тонн казахстанской нефти в год. Пока такие объемы не достигнуты. При этом в июне 2026 года SOCAR взяла на себя эксплуатацию этого трубопровода и терминала Супса у BP. Пропускная способность самого нефтепровода составляет около 7,5 млн тонн в год.
Еще один вариант связан с грузинским портом Кулеви. Терминал принадлежит SOCAR и может принимать до 10 млн тонн грузов в год. Рядом работает нефтеперерабатывающий завод мощностью 1,2 млн тонн. Нефть до Кулеви можно доставлять по железной дороге через Азербайджан. А здесь уже можно говорить даже о поставках в Европу не только сырой нефти, но и нефтепродуктов. Собственные заводы Казахстана в основном обслуживают внутренний рынок, поэтому в ближайшее время речь идет о переработке за границей. Для Германии это еще одна возможность получать топливо, произведенное из казахстанской нефти, без российского транзита.
Токаев пишет, что Казахстан обеспечивает около 13% импорта нефти в ЕС и 20% импорта урана. И тут Азербайджане выходит на первый план. Уран тоже давно идет через Баку. "Казатомпром" с 2018 года использует для этого Транскаспийский международный транспортный маршрут (ТМТМ или Средний коридор): железная дорога до Актау, паром через Каспий, порт Алят в Азербайджане, потом железная дорога через Грузию до порта Поти. По оценке Fitch, в 2025 году по этому пути ушло 48% поставок западным покупателям. Маршрут не проходит через Россию, что позволяет Казахстану диверсифицировать направления поставок.
Средний коридор соединяет Китай и Европу через Казахстан, Каспий, Азербайджан, Грузию и Турцию. Токаев в статье отмечает, что за восемь месяцев 2026 года перевозки по этому маршруту выросли на 22%, а транзит по направлению Восток-Запад вырос на 55%. Он также напоминает, что через Казахстан идет около 85% сухопутного транзита грузов из Китая в Европу. Для критических минералов, которые Астана предлагает Германии, Средний коридор станет важнейшей дорогой. Каждая тонна лития, вольфрама или меди, если она идет в Европу по этому маршруту, проходит через Каспий и азербайджанскую территорию. Чем больше будет спрос, тем важнее станут порты, паромы, склады и железная дорога.
Сотрудничество Казахстана и Азербайджана давно вышло за рамки нефти. Две страны и Грузия создали компанию Middle Corridor Multimodal, которая работает как единое окно для клиентов коридора. Идет прокладка подводного оптоволоконного кабеля Актау-Сумгайыт, который свяжет цифровые сети двух стран. Казахстан, Узбекистан и Азербайджан работают над Каспийским зеленым энергетическим коридором: подводной линией, по которой электроэнергию из возобновляемых источников Центральной Азии в будущем смогут передавать через Азербайджан на европейский рынок. Политические договоренности были оформлены в 2024 году на климатической конференции COP29 в Баку.
Для Германии, которая делает ставку на "зеленую" энергетику, последний проект может оказаться интересным. Токаев сам пишет, что перспективы открываются в возобновляемой энергетике, модернизации электросетей и повышении энергоэффективности. Именно это и есть тот самый "зеленый" маршрут, который может связать Центральную Азию и Европу.
Чтобы слова о партнерстве превратились в тонны и контракты, начинать логично с нефти. Казахстанская нефть через Баку и Джейхан уже идет в Европу, и этот путь не зависит от российского транзита. Для Германии этот маршрут может стать одним из вариантов замещения выпавших поставок по северной ветке "Дружбы". Шведт связан нефтепроводом с портом Росток, поэтому сырье из Джейхана может рассматриваться для дальнейшей доставки на европейские рынки. Потребуются долгосрочные контракты, согласование качества казахстанской нефти со смесью БТД и понятная ценовая формула. Такие договоренности дали бы Казахстану более предсказуемый рынок, а Германии - дополнительный источник сырья.
Но главное ограничение маршрута сегодня находится не в трубе, а на Каспии. Танкеров и погрузочных мощностей в Актау пока не хватает, и пока это так, свободные мощности БТД остаются недоиспользованными. Здесь открывается пространство для совместных решений: расширение флота, модернизация порта, новые терминалы. Немецкий капитал мог бы участвовать в таких проектах, а Азербайджан как оператор ряда ключевых объектов маршрута мог бы координировать их развитие.
Маршрут через Джейхан может быть дополнен еще одним направлением к европейским рынкам. Нефтепровод Баку-Супса теперь находится в операционном управлении SOCAR, а терминал Кулеви с рядом стоящим НПЗ уже принимал казахстанскую нефть. Этот путь ведет к Черному морю и дает еще один вариант выхода на европейские рынки. Кулеви к тому же открывает возможность поставлять в Европу не только сырую нефть, но и нефтепродукты, что особенно интересно для ЕС.
Предсказуемость маршрута определяется не только инфраструктурой, но и согласованностью правил. Путь проходит через несколько стран, и чем прозрачнее для всех участников тарифы, сроки и условия транзита, тем стабильнее он работает. Казахстан, Азербайджан, Грузия и Турция уже взаимодействуют в рамках Среднего коридора, и подключение Германии могло бы придать этому формату европейское измерение.
Наконец, нефтью все не ограничивается. Токаев говорит о критических минералах, уране и "зеленой" энергетике, и все это может использовать те же коридоры. Уран уже идет через Азербайджан и Грузию, металлы для немецкой промышленности можно отправлять тем же путем, а Каспийский зеленый коридор и кабель Актау-Сумгайыт добавляют к грузам электроэнергию и данные. Чем больше видов товаров использует маршрут, тем больше оснований для дальнейших вложений в порты, флот и железные дороги, и тем меньше его развитие зависит от одной отрасли или одного контракта.
В этом и заключается более широкое значение предложения Токаева Германии. Казахстан предлагает европейской промышленности доступ к своим ресурсам и участие в их переработке, но для такой модели нужны маршруты, способные связать Центральную Азию с европейским рынком.
И здесь роль Азербайджана выходит за рамки отдельного транзита казахстанской нефти. Через Каспий и азербайджанскую территорию уже проходят энергоресурсы и грузы из Казахстана, развивается Средний коридор, строится цифровая связь, обсуждаются энергетические проекты. Чем больше будет таких потоков, тем важнее становится сама инфраструктурная связка между Центральной Азией, Кавказом и Европой.
Северный маршрут оказался уязвимым из-за решений, принимаемых за пределами Казахстана и Германии. Для Астаны это возможность диверсифицировать экспортные направления. Для Германии - возможность диверсифицировать поставки нефти, урана и критических минералов и сократить зависимость от отдельных маршрутов. Для Азербайджана - возможность укрепить роль связующего звена между Центральной Азией и европейским рынком.
В таком случае предложение Токаева становится вопросом не только сырьевого партнерства Казахстана и Германии. Его реализация будет зависеть и от того, насколько эффективно Центральная Азия сможет соединиться с Европой через Каспий и Южный Кавказ. Азербайджан уже является частью этой системы, а дальнейшее развитие инфраструктуры может сделать его роль в ней еще более значимой.
Заметили ошибку в тексте? Выберите текст и сообщите нам, нажав Ctrl + Enter на клавиатуре
