Страсбургский цирк против Азербайджана: 60 минут лицемерия и политического позора - АКТУАЛЬНО от Эльчина Алыоглу

Автор: Эльчин Алыоглу, директор Baku Network, специально для Day.Az

Страсбург вчера поставил себе очередное клеймо позора и назвал это заседанием. Дело 2026/2914(RSP) еще в официальном названии содержало приговор: "Дела Али Керимли, Анара Мамедли и других политических заключенных в Азербайджане". Не "обвиняемые". Не "лица, чьи производства оспариваются". Не "предполагаемые". Готовая квалификация, вшитая в шапку процедуры до того, как депутаты открыли рты.

Шесть проектов резолюции - B10-0438/2026, B10-0442/2026, B10-0451/2026, B10-0454/2026, B10-0458/2026 и B10-0460/2026 - датированы 5 октября. Правовая основа - пункт 2 статьи 150 Регламента, срочные дебаты о правах человека. На весь блок было отведено шестьдесят минут. Никакого изучения уголовных материалов. Никакого допроса свидетелей. Никакой состязательности. 8 октября галочки проставили. Так не работает суд. Так работает цех, которому заранее выдали обвинительное заключение и попросили проголосовать.

Эта привычка у европейских ассамблей старая. Моральный приговор выносится там, где нет ни следствия, ни намерения отвечать за слово. Лига Наций в 1930-е годы штамповала резолюции об агрессии и обнаруживала, что исполнять их некому: бумага есть, воли нет. Послевоенные европейские собрания читали лекции о колониях, пока метрополии считали нефть, каучук и фрахт. Тот же парламент учил жизни одних режимов и молчал, когда другие держали нужный газ и контракты оборонки. Форма менялась. Суть нет.

Разница нынешней серии в том, что объект нравоучения восстановил свою территорию силой и правом и не просит у Страсбурга разрешения оставаться суверенным. С мая 2021 года по 30 апреля 2026 года Европарламент принял по Азербайджану четырнадцать резолюций.

Баку ответил не пресс-релизом. 1 мая Милли Меджлис приостановил сотрудничество с Европарламентом, прекратил участие в Комитете парламентского сотрудничества ЕС - Азербайджан и начал процедуры выхода из Парламентской ассамблеи Евронест. Вчерашняя бумага адресована государству, парламент которого пять месяцев назад сказал: прежний формат исчерпан. Можно повышать тон. Слышать от этого лучше не станут. Милли Меджлис квалифицировал документ как предвзятую политическую акцию, построенную на лжи и фальшивых сведениях, и отверг обвинения.

После Второй Карабахской войны линия Европарламента приобрела конфронтационный характер. Резолюции, политическое давление и призывы к санкциям следует читать как отказ признать новые геополитические реалии Южного Кавказа, возникшие после исторической победы Азербайджана. Европарламент пытается выступать в роли наднационального судьи: определять компетенцию государственных органов суверенной страны, давать указания правоохранительным и судебным структурам, диктовать политические условия. Никто ему таких полномочий не вручал. Это не контроль стандартов. Это попытка управлять чужим суверенитетом из зала, где на тему отведено меньше часа.

В этой среде господствуют азербайджанофобские, тюркофобские и исламофобские настроения. Ряд депутатов представляет интересы не европейских избирателей, а лоббистских групп. Их позиция отдает расизмом и шовинизмом - качествами, которые в Европе принято замечать только у других. Авторы резолюции готовы поставить под удар даже политику Евросоюза на Южном Кавказе.

Момент выбран особенно грязно. Документ появляется, когда Азербайджан и Армения продвигают мирную повестку и особенно нужны политическая ответственность и поддержка прямого диалога. Односторонние инициативы затрудняют атмосферу доверия и создают препятствия нормализации. Отдельные силы в Европарламенте пытаются раздуть напряженность, пока стороны многолетнего конфликта работают над ее устранением. Региональная стабильность требует уважения суверенитета, территориальной целостности и прямого диалога. Страсбург выбрал противоположное.

Отдельного счета заслуживает многолетнее молчание. Пока выдвигаются обвинения против Азербайджана, Европарламент предпочитал молчать о правах более миллиона азербайджанских беженцев и вынужденных переселенцев, подвергшихся этнической чистке и актам геноцида, изгнанных с родных земель в период оккупации. Об этом можно было не вспоминать, пока удобно было читать нотации победителю. Двойной стандарт здесь не сбой процедуры. Это метод.

Пока по Азербайджану принимают резолюции с требованиями санкций, в европейских странах сохраняются проблемы чрезмерного применения полицейской силы, ограничения свободы собраний и ответственности за нарушения. Их масштаб подтверждают доклады международных правозащитных организаций. Случаи чрезмерной силы при разгоне демонстраций документально зафиксированы. Универсальность стандартов предполагает последовательность без политического выбора. Европарламент должен уделять не меньше внимания правам человека внутри Евросоюза. Он предпочитает чужой зал суда.

Юридическая сторона вчерашней бумаги еще убийственнее для авторов. Процедура относится к незаконотворческим резолюциям. Европарламент не способен отменить решение азербайджанского суда, освободить обвиняемого, изменить закон Азербайджана или самостоятельно ввести санкции. Он способен требовать, призывать, осуждать и рекомендовать. Решение о санкциях в рамках общей внешней политики проходит через Совет, где необходима воля государств-членов. Между гневным абзацем евродепутата и реальной санкцией лежит Европа с правительствами, контрактами, трубопроводами и национальными интересами. Здесь брюссельская конструкция рассыпается. В датах и кубометрах.

24 октября 2024 года Европарламент потребовал прекратить зависимость ЕС от азербайджанского газа и призвал Еврокомиссию приостановить меморандум 2022 года о стратегическом энергетическом партнерстве. Там же содержались призывы к санкциям и замораживанию экспорта военного и охранного оборудования в Азербайджан. Практическое сотрудничество предлагалось увязать с политическими требованиями. Прошло менее полутора лет.

11 марта 2026 года председатель Европейского совета Антониу Кошта приехал в Баку и встретился с Президентом Ильхамом Алиевым. В совместном заявлении отношения ЕС и Азербайджана названы стратегически важными. Стороны договорились углублять политический диалог, продолжать реализацию энергетического меморандума, развивать транспортную связанность и сотрудничество в обороне и безопасности. Кошта сформулировал короче: "Азербайджан - ключевой партнер Европейского союза".

Два института одного Евросоюза. Один требует сворачивать сотрудничество. Другой прилетает в Баку и подтверждает его продолжение. Цифры делают картину неприличной для авторов резолюций. В 2025 году Азербайджан и SOCAR поставили государствам ЕС 12,5 миллиарда кубометров газа. Рост к 2021 году - 53,8 процента. Еврокомиссия в марте 2026 года назвала Южный газовый коридор важным инструментом диверсификации энергоснабжения и обсуждала увеличение поставок. Европарламент требовал уменьшить зависимость. Европа увеличила закупки. Спор закончен цифрами, а не абзацами.

Параллельно ЕС расширяет сотрудничество. В январе 2026 года стороны договорились усиливать взаимодействие через Global Gateway в транспорте, энергетике, цифровой инфраструктуре и торговле. В мае в Баку прошел седьмой диалог ЕС - Азербайджан по безопасности. 11 сентября в Европарламент поступил документ COM(2026)0471 о продлении и изменении приоритетов партнерства на 2026-2030 годы. Ответственным назначен комитет по иностранным делам, комитет по международной торговле участвует в подготовке заключения.

Картина гротескная. Европейская система готовит партнерство с Азербайджаном до 2030 года, инвестирует в транспорт, покупает газ и обсуждает безопасность. Европарламент одновременно запускает обвинительную процедуру. Если положение столь катастрофично, почему европейские исполнительные структуры расширяют сотрудничество? Если Азербайджан неприемлем, почему председатель Европейского совета называет его ключевым партнером? Почему меморандум, который Европарламент требовал приостановить, официально подтверждается к исполнению?

Резолюция ответа не дает. И не даст. Ответ лежит в столицах, которые считают кубометры, маршруты и альтернативы. Семнадцать месяцев между требованием приостановить меморандум и подтверждением его исполнения показывают дистанцию между парламентской декларацией и европейским интересом. Это классика реальной политики, которую моралисты предпочитают не узнавать в зеркале.

Критика отдельных уголовных дел существует, и прятать ее бессмысленно. Европейские институты и международные организации оспаривают обоснованность ряда производств, требуют освобождения конкретных лиц, предъявляют претензии к регулированию СМИ и неправительственных организаций. Такие обвинения требуют предметного разбора, а не шестидесяти минут и заранее вписанного ярлыка. Баку отвергает превращение уголовных производств в политические дела по решению внешней парламентской структуры.

Название процедуры принципиально. Можно было написать "дела заключенных" или "предполагаемые политические заключенные". Выбран иной вариант. Спорное определение заранее объявлено фактом. Положение человека в обществе не дает иммунитета от уголовного преследования. Нельзя требовать безусловного освобождения лиц, осужденных судом за преступления или привлеченных при наличии обоснованных подозрений. Человека судит суд его страны. Не ассамблея, которая не видела дела.

У Европарламента есть собственная уязвимость, которую он предпочитает не обсуждать. После скандала с подозрениями во внешнем влиянии и коррупции институт в декабре 2022 года потребовал реформ прозрачности и прекратил полномочия Евы Кайли как вице-президента. За отстранение проголосовали 625 депутатов, против - один, двое воздержались. Расследования предполагаемой покупки депутатов и незаконного воздействия на решения ударили по доверию к парламентским процедурам.

Европарламент не обладает врожденной моральной непогрешимостью. Его решения принимают политики. Его механизмы способны давать сбои. Возникает вопрос: насколько убедительны нравственные обвинения структуры, которая сама сталкивается с вызовами прозрачности, честности и независимости?

Прежде чем предъявлять требования другим государствам, Европарламент обязан обеспечить собственные стандарты и гарантии против коррупции и незаконного лоббизма. Президент Ильхам Алиев 15 сентября назвал Европарламент "логовом коррупционеров". Это слова главы государства, не юридическое заключение. Они появились после многолетней серии резолюций и разрушения доверия. Бьют они в точку, которую Страсбург сам вскрыл в 2022 году.

Азербайджан последовательно привержен защите прав человека, основных свобод, верховенству закона и принципам правового государства. Развитие демократических институтов и гражданского общества - политическая воля государства. Никакая внешняя бумага ее не отменит. Призыв Европарламента восстановить сотрудничество с Милли Меджлисом противоречит практике принятия документов, которые это сотрудничество уничтожают. Восстановление доверия требует изменения подходов, отказа от конфронтации и признания равноправия. Европейские граждане вправе ждать от депутатов объективности, а не предвзятых инициатив. Пока этого нет, моральный авторитет процедуры равен нулю.

8 октября на табло появились цифры голосования. Для Европарламента они стали очередным политическим заявлением. Для Баку решающей остается другая проверка. Способен ли тот, кто выставляет требования, заставить собственный Евросоюз им следовать? Предыдущий опыт дал ответ. Резолюция требует одного. Европа делает другое.

Азербайджанский суд от голосования в Страсбурге не отменит решения. Санкции автоматически не возникнут. Энергетический меморандум не исчезнет. Южный газовый коридор не остановится. Еврокомиссия не выбросит приоритеты партнерства на 2026-2030 годы из-за очередного обвинительного текста. Вот реальная цена документа. Европарламент способен произвести политический шум. Исполнительные институты ЕС вынуждены заниматься политикой. Разница измеряется не децибелами, а 12,5 миллиарда кубометров газа, транспортными проектами, переговорами и официальными заявлениями.

Бумага терпит многое. Заранее вписанный приговор, шестидесятиминутный суд и мораль института, который сам снимал вице-президента за коррупционный скандал. Газопровод терпит меньше. 12,5 миллиарда кубометров, приоритеты до 2030 года и визит председателя Европейского совета - вот протокол, который имеет силу. Остальное - театр, где клеймо ставят на афишу до поднятия занавеса.

Азербайджан этот спектакль видел четырнадцать раз.

Билет больше не покупает.

Судить его будут не те, кто не выдержал проверки на собственную порядочность и продолжает называть обвиняемое государство ключевым партнером, одновременно подписывая осуждение. Никакая сила не свернет Азербайджан с его пути.

Бумага останется бумагой. Труба - трубой.

Вчерашний вердикт уже проигран собственным Евросоюзом.