От С5 к С6: как Азербайджан переписывает географию Евразии - ОБЗОР от Эльчина Алыоглу
Автор: Эльчин Алыоглу, директор Baku Network, специально для Day.Az
Новая конфигурация региональной политики на евразийском пространстве сегодня выходит далеко за рамки сугубо географического или дипломатического измерения. Речь идет о формировании устойчивой архитектуры связности, где транспорт, логистика и политическая надежность становятся ключевыми активами. Именно в этом контексте центральноазиатско-азербайджанский союз и трансформация формата С5 в С6 приобретают стратегическое значение не только для региона, но и для глобальных игроков.
Как подчеркнул 5 января в интервью местным телеканалам Президент Азербайджана Ильхам Алиев, Азербайджан сегодня выступает единственной надежной страной, способной географически и политически связать Центральную Азию с Западом:
"Сегодня центральноазиатско-азербайджанский союз и трансформация С5 в С6 имеют огромное значение не только для нашего региона, но и для всего мира. Потому что связность, транспорт, логистика сегодня имеют большое значение для многих ведущих международных акторов, и здесь единственной надежной страной, которая может географически связать Центральную Азию с Западом, является Азербайджан".
Глава государства отдельно акцентировал внимание на том, что альтернативы существуют лишь формально, но не стратегически:
"Разумеется, с географической точки зрения могут использоваться и другие маршруты. Но с учетом существующей геополитической ситуации можем с полной уверенностью сказать, что для Запада альтернативные маршруты не могут считаться приемлемыми. Поэтому наша роль, то есть роль живого моста и надежного партнера, страны, способной уже реализовывать крупные проекты, естественно, будет возрастать, и мы видим это в практической жизни".
Действительно, наша страна перестает быть просто транзитной территорией и окончательно закрепляется в роли системообразующего узла новой евразийской логистики, где политическое доверие ценится не меньше, чем километры дорог и пропускная способность коридоров.
Центральноазиатско-азербайджанский союз, о котором еще десять лет назад говорили как о гипотезе, сегодня превращается в самостоятельную геополитическую реальность. Речь идет уже не о наборе двусторонних соглашении или ситуативных экономических проектах, а о системной трансформации регионального формата С5 в расширенную конфигурацию С6, где Азербайджан выступает не внешним партнером, а структурообразующим элементом. Это изменение имеет не декоративный, а онтологический характер: меняется сама логика пространственной связности Евразии.
Центральная Азия долгое время оставалась регионом с парадоксальным статусом. Обладая колоссальными природными ресурсами, демографическим потенциалом и стратегическим положением, она была обречена на транзитную зависимость. В советский период эта зависимость была институционализирована через Москву. В постсоветский - воспроизводилась через инерцию инфраструктуры и геополитическую фрагментацию. Даже в 2010-е годы более 80 процентов внешней торговли Казахстана, Узбекистана и Туркменистана в физическом объеме шло по маршрутам, контролируемым Россией или Китаем. Альтернативы существовали на бумаге, но не в реальности.
Именно поэтому формула С5 изначально была неполной. Пять центральноазиатских государств - Казахстан, Узбекистан, Туркменистан, Кыргызстан и Таджикистан - могли координировать позиции, но не могли выйти за пределы замкнутого географического контура. Без выхода к морю, без независимого коридора к западным рынкам, без устойчивой энергетической и транспортной диверсификации любой региональный союз оставался уязвимым.
.jpg)
Азербайджан в этой конструкции появляется не как внешний посредник, а как недостающий географический и политический элемент. Его роль определяется не только картой, но и тем, что в политической философии международных отношении называют институциональной надежностью. Речь идет о государстве, которое за последние двадцать лет доказало способность реализовывать мегапроекты в условиях давления, конфликтов и санкционных режимов.
Заявление Президента Азербайджана Ильхам Алиев 5 января стало не политической декларацией, а фиксацией уже сложившегося факта. Когда глава государства говорит о роли живого моста, он апеллирует не к метафоре, а к практической реальности, подтверждаемой цифрами, контрактами и маршрутами.
Особо важно, что эта трансформация происходит на фоне резкого ухудшения геополитической проходимости альтернативных направлений. Северный маршрут через Россию де-факто утратил статус нейтрального транзита. Южный маршрут через Иран остается политически и санкционно весьма токсичным для западных акторов. Восточное направление замыкает Центральную Азию на Китай, усиливая асимметричную зависимость. В этих условиях Средний коридор через Каспий, Азербайджан, Южный Кавказ и Турцию становится не альтернативой, а единственной реалистичной опцией.
Именно здесь формула С6 приобретает свое содержание. Азербайджан не просто добавляется к пятерке. Он меняет географию всего пространства. Центральная Азия перестает быть тупиком и превращается в узловую зону трансконтинентальных потоков. В философском смысле это переход от периферийности к субъектности.
Показательно, что за последние три года товарооборот Азербайджана с государствами Центральной Азии вырос более чем в два раза. С Казахстаном он превысил 1 миллиард долларов, с Узбекистаном приблизился к 300 миллионам, с Туркменистаном демонстрирует устойчивый рост в энергетике и транспорте. Но еще важнее не абсолютные цифры, а структура: растет доля логистики, машиностроения, агропрома, совместных инвестиционных проектов.
Формируется то, что Антонио Грамши называл органической гегемонией - лидерство не через принуждение, а через создание условий, в которых сотрудничество становится рациональным выбором для всех сторон. Азербайджан здесь не навязывает себя, а оказывается незаменимым.
Трансформация С5 в С6 имеет и более глубокое измерение, выходящее за рамки транспорта и логистики. Речь идет о смене парадигмы регионального мышления. Центральная Азия исторически рассматривалась либо как объект внешнего управления, либо как пространство конкуренции великих держав. Формат С6 впервые создает ситуацию, при которой регион начинает мыслить себя как единый макрорегион, связанный с внешним миром не через посредников, а через собственную архитектуру решений.
Азербайджан в этой конфигурации играет роль системного интегратора. Его отличие от других транзитных государств заключается в том, что он одновременно является энергетическим экспортером, логистическим узлом, политическим актором и военным субъектом, доказавшим способность защищать собственный суверенитет. После 2020 года это стало не теоретическим утверждением, а эмпирическим фактом, внимательно изучаемым в Астане, Ташкенте и Ашхабаде.
Особое значение имеет Каспийский фактор. За последние пять лет грузопоток по Каспию вырос более чем на 60 процентов. Только в 2024 году через каспийское направление прошло свыше 4 миллионов тонн транзитных грузов, значительная часть которых пришлась на контейнерные перевозки из Китая и Центральной Азии в Европу. Азербайджан при этом выступает не просто одной из сторон, а координатором процессов стандартизации, цифровизации и синхронизации портовой инфраструктуры.
Здесь важно подчеркнуть еще один момент: Азербайджан сумел встроить свою транзитную роль в западную систему нормативного доверия. Для Евросоюза принципиально не только расстояние и скорость, но и предсказуемость, юридическая прозрачность, безопасность инвестиций. Именно поэтому европейские финансовые институты продолжают участвовать в модернизации азербайджанской транспортной инфраструктуры даже в условиях глобальной турбулентности.
С философской точки зрения мы наблюдаем редкий пример совпадения географии и политики.
Хэлфорд Маккиндер в начале XX века утверждал, что контроль над евразийским хартлендом определяет судьбу мира. Сегодня это утверждение требует уточнения: контроль над связностью хартленда становится важнее контроля над его ресурсами. Центральная Азия богата сырьем, но без Азербайджана она остается логистически уязвимой. Азербайджан же, не обладая масштабами континентальной державы, превращается в ключ к управлению потоками.
Центральноазиатские элиты это прекрасно понимают. За последние два года Азербайджан стал постоянным участником энергетических, транспортных и инвестиционных форумов региона. Подписываются соглашения о совместных логистических операторах, о синхронизации тарифной политики, о создании мультимодальных хабов. Это кропотливая, технократическая работа, лишенная громких лозунгов, но именно она формирует реальную геополитику.
Отдельного внимания заслуживает фактор Турции, но здесь важно избежать упрощений. Турция - это продолжение коридора, а не его источник. Без Азербайджана выход Центральной Азии к Средиземноморью невозможен. Именно Баку обеспечивает переход от каспийского пространства к анатолийскому. Это принципиальный момент, который часто игнорируется в поверхностных анализах.
Таким образом, С6 - это не формальное расширение клуба. Это новая конфигурация евразийского пространства, в которой Азербайджан выполняет функцию опорной балки. Убери ее - и вся конструкция теряет устойчивость.
В этом смысле слова о том, что Азербайджан является единственной надежной страной, способной географически связать Центральную Азию с Западом, звучат не как политическая самореклама, а как холодный геополитический диагноз. Мир вступает в эпоху, где выигрывают не те, кто громче всех говорит о многополярности, а те, кто способен обеспечить движение - товаров, энергии, данных, капиталов.
В конечном счете, разговор о центральноазиатско-азербайджанском союзе и трансформации С5 в С6 - это разговор не о форматах и не о дипломатических аббревиатурах. Это разговор о будущем Евразии как связного пространства. История XX века научила, что изоляция и разорванность порождают зависимость, стагнацию и конфликт. История XXIвека показывает иное: выигрывают те, кто контролирует маршруты, а не территории, узлы, а не лозунги.
Азербайджан в этом контексте выступает как редкий пример государства, которое сумело превратить географию из проклятия в ресурс, а историю - из бремени в аргумент. Его роль в формирующемся С6 не навязана и не сконструирована искусственно. Она вытекает из совокупности факторов: политической стабильности, инфраструктурной готовности, стратегической автономии и способности действовать рационально в условиях глобальной неопределенности.
Центральная Азия сегодня стоит перед выбором, который по своей значимости сопоставим с моментом распада СССР. Либо она останется пространством между чужими интересами, либо станет самостоятельным макрорегионом с выходом к мировым рынкам на собственных условиях. Без Азербайджана второй сценарий невозможен. Это не вопрос симпатии или политической риторики. Это вопрос математики расстояний, экономики времени и логики безопасности.
С6 - это не союз против кого-то. Это союз за связность, за предсказуемость, за суверенное развитие. Именно поэтому он вызывает интерес у Запада, осторожное внимание у Востока и нервозность у тех, кто привык к транзитным монополиям. Азербайджан здесь оказывается в уникальной позиции: он не декларирует лидерство, но объективно становится его носителем.
Можно сколько угодно говорить о многополярном мире, но реальность такова: полюсами становятся не те, у кого больше заявлений, а те, через кого проходят маршруты. И в этом новом мире Азербайджан перестает быть просто страной Южного Кавказа. Он становится евразийским узлом, точкой сборки интересов, живым мостом между Центральной Азией и Западом.
Именно поэтому сегодняшние слова о трансформации С5 в С6 - это не прогноз и не пожелание. Это констатация уже начавшегося процесса. Процесса, в котором Азербайджан играет не вспомогательную, а определяющую роль.
И чем дальше будет углубляться глобальный кризис старых маршрутов, тем очевиднее станет простая истина: без Баку связной Евразии не существует.
Заметили ошибку в тексте? Выберите текст и сообщите нам, нажав Ctrl + Enter на клавиатуре
