Рамиз Новруз: В Азербайджане зрители смотрят сердцем - ФОТО

Интервью Day.Az с народным артистом Азербайджана, актером Азербайджанского государственного национального драматического театра Рамизом Новрузом.

Наше государство уделяет должное внимание всем видам искусства, в том числе и театру. Например, недавно в Баку прошла Международная театральная конференция, которая проводится в соответствии с реализацией Госпрограммы "Азербайджанский театр в 2009-2019 годах". На этот раз конференция носила название "Мультикультурализм и театр", и в ее организации участвовали министерство культуры и туризма, Союз театральных деятелей, Национальная академия наук Азербайджана и Бакинский международный центр мультикультурализма. В этой конференции принимали участие представители из 38 стран, ведь театр, как и любое искусство, не имеет разделительных барьеров. Можно, не зная языка, смотреть спектакль и прочувствовать его. А пантомима? В ней даже языкового барьера нет. Театр, как и любое другое искусство, сближает людей.

Любовь к сцене у меня с самого детства. Я был не очень хорошим учеником, но был нужным (смеется), так как часто выступал в школе на спектаклях. По телевидению часто показывали постановки, которые мне были очень интересны. Я начал работать над собой уже тогда. Помню, каждое воскресенье по центральному телевидению шли спектакли МХАТа, Таганки и других театров. Последней каплей стал спектакль "Уничтоженные дневники", в котором играли мои ровесники, что меня сильно тронуло и увлекло. Понимаете, живущему в деревне парню кажется, что стать актером нереально, но в этом спектакле я увидел таких же, как я, ребят, и это придало мне уверенности.

В школе мы часто писали сочинения на тему "кем я стану, когда вырасту", и я всегда писал неправду. Только после просмотра этого спектакля я написал искренне, что стану актером. И после этого преподаватели точных наук отстали от меня, так как поняли, что я буду развиваться в этом направлении.

Есть те, кто попал в эту профессию случайно. Таким людям я не доверяю как профессионалам. Это те, кто не стремился стать актером, а просто подал документы в вуз и его приняли. Мне кажется, что те, кто лелеял любовь к театру с детства, добиваются больших успехов в этой сфере, чем случайно забредшие сюда люди. Лишь когда детская любовь сочетается со взрослым желанием, это получается. Есть, конечно же, и исключения...

Профессия актера во всем мире ценится очень высоко, даже в консервативном Иране. Эта профессия очень интересная, так как ты можешь стать, кем хочешь. В других профессиях это невозможно, а здесь я могу стать врачом, учителем, министром или героем любимого произведения. Я свою профессию очень люблю и не думаю, что мог бы заниматься чем-то еще в этой жизни.

Я всегда волнуюсь перед выходом на сцену. Думаю, кто не волнуется, тот уже давно не актер, просто еще не знает об этом. У тебя не должно быть комплексов, нервозности, но волнение должно быть обязательно. Так как ты создаешь нового человека, и этот человек предстанет перед людьми, которые, может быть, отдали свои последние деньги на билет. Это большая ответственность.

Говорят, что сердце актера - это кладбище несыгранных ролей. Он всегда чувствует голод к хорошим ролям, хорошим произведениям, хорошей режиссуре, театральной атмосфере. Я почти 40 лет на сцене. Мне бы очень хотелось сыграть короля Лира. Когда он ставился, я не подходил по возрасту, а теперь я подхожу для этой роли, но этот спектакль не ставят. Хотел бы сыграть Иблиса из одноименной драмы Гусейна Джавида. Роль дяди Мамедгасана из произведения Джалила Мамедкулизаде "События в селении Данабаш". Мне всегда хотелось сыграть Ихменева из "Униженных и оскорбленных" Достоевского, или же Тита Андроника из ранней трагедии Шекспира. В классической литературе очень много персонажей, в которых мне хотелось бы перевоплотиться на сцене театра.

Нет таких ролей, от которых я бы отказался, но есть режиссеры, с которыми я не хотел бы работать. Потому что спектакль - это видение произведения глазами режиссера, это другое прочтение. Ведь режиссер может поменять все, кроме характера героев и функции пьесы, может показать этих же героев в других выдуманных режиссером ситуациях, может подвести сюжет к нашей современности. Спектакль должен сказать что-то современному человеку. Интерпретация пьесы должна быть интересной. Режиссер должен сам прочесть оригинал произведения и даже больше, например, мемуары автора. Ведь спектакль или кино - это пересказ режиссера, его трактовка, поэтому у зрителя и читателя всегда разные ощущения. И если режиссер слабый, то играть в его спектакле будет пустой тратой времени.

Спектакль "Цилиндр" по одноименной пьесе Эдуардо де Филиппо был моей первой режиссерской работой. Правда, ставился этот спектакль второпях, и не все свои задумки я смог воплотить на сцене, но работа режиссера мне понравилась. Я пишу пьесы и в дальнейшем хочу сам ставить свои произведения. Написанные актерами пьесы немного отличаются, так как игравший на сцене человек уже в тексте просчитывает каждый шаг и каждую интерпретацию. Уже во время написания пьесы я становлюсь режиссером.

Нет ничего сильнее интуиции зрителя. Он чувствует ложь сразу. Думаю, что игра в театре держит актера в форме, здесь есть сиюминутность, нет повторных дублей, здесь задействовано все тело и вся душа актера.

Сегодня в театре нет проблем со зрителями. Кстати, сегодняшний зритель нравится мне больше, чем тот, что был лет 20 назад. Если раньше зрители спешили домой сразу по окончании спектакля, то сегодня они активно аплодируют, и на поклон мы выходим несколько раз. Только те, кто не бывает в театре, говорят, что туда никто не ходит. У нас всегда много зрителей, и зритель сегодня по своей информированности может сравниться с театральным критиком. Поэтому для меня очень важно зрительское мнение. Если они долго аплодируют, значит, им понравился спектакль, если нет - значит актерская или режиссерская работы были слабы.

У современного зрителя есть больше источников, чтобы сравнивать игру в разных театрах мира. Поэтому если они смотрят два часа спектакль, а потом не торопятся уходить и устраивают овации, то для меня это очень  ценно. Я стал замечать, что сегодня реакция на спектакль школьника и пожилого человека одинаковые, молодежь стала очень чуткой. Наши зрители смотрят сердцем. Если зрители в других странах за слабую игру актера могут освистать, то наши зрители очень гуманны, они могут простить актеру одну плохую игру, учтя его прежние удачные роли.

Но никогда нельзя идти на поводу у зрителя. Есть театры, которые так делают, это естественно, но театр должен формировать вкус зрителя, а не идти у него на поводу. Говорят, что зрители хотят комедий, но мы видим, что и трагедии собирают полный зал. Есть еще один вариант - это метод Райкина. Он говорил, что на его спектакли ходят, потому что то, о чем люди шепчутся, он кричит со сцены (это было советское время). Театр, кино и телевидение должны формировать вкус у зрителя. Они должны быть на высоком уровне, режиссерская работа должна создать искусство, и в спектакле режиссер должен сказать свое слово. 

Франгиз Агаларова