Тандем Рамиз Мехтиев-Али Керимли:

Автор: Эльчин Алыоглу, директор Baku Network, специально для Day.Az

Сегодня в доме блогера, а также зиц-председателя Партии народного фронта Азербайджана Али Керимли прошел обыск. Следственные мероприятия проводились также в его партийных офисах и ряде связанных с ним помещений. По данным, поступившим из правоохранительных структур, действия следователей связаны с расследованием, ведущимся в рамках уголовных дел против бывшего главы Администрации президента Азербайджана Рамиза Мехтиева.

Бывший руководитель администрации обвиняется по трём тяжким статьям Уголовного кодекса - 278.1 (действия, направленные на захват государственной власти), 274 (государственная измена) и 193-1.3.2 (легализация имущества, приобретенного преступным путем в крупном размере). В настоящее время он находится под домашним арестом.

Али Керимли задержан. По сути, речь идет уже не просто о политическом инциденте - это начало крупного расследования, которое может вскрыть целую систему старых связей и скрытых союзов, долгое время определявших закулисье радикальной оппозиции.

Ситуация выглядит как точка пересечения двух эпох - старой аппаратной закулисы и вечного уличного протеста.

Но здесь нет случайностей. Между Мехтиевым и Керимли давно существовала невидимая нить - информационная, идеологическая, кадровая. И сегодня следствие просто вытащило эту нить из-под ковра.

Чтобы понять масштаб происходящего, нужно вернуться к сути обоих персонажей. Рамиз Мехтиев  систему неформального контроля - кадровую пирамиду, где каждый обязан был лично. Серый кардинал, который умел держать в руках и силовые ведомства, и интеллектуальную элиту, и медиа.

Али Керимли - антипод, но зеркальный. Политик, который не строил, а рушил. С самого начала его карьера была чередой конфликтов, скандалов, расколов и постоянного противостояния. Он никогда не выигрывал выборов, но всегда оставался в центре внимания. Его сила - не в поддержке, а в шуме. Не в народе, а в информационной волне. Не в идее, а в раздражении.

Эти двое, казалось бы, должны ненавидеть друг друга. Но нет. История показала: они нашли общий язык - язык реванша. Оба потеряли власть. Один - административную, другой - политическую. Оба оказались на обочине современной Азербайджанской политики, где решают уже другие - прагматики, технократы, реформаторы.

Мехтиев, утративший влияние, был вычеркнут из новой политической реальности. Керимли, утративший аудиторию, стал символом вечного протеста без адреса. И в какой-то момент их интересы пересеклись. Мехтиев нуждался в медиарупоре, в канале, через который можно бросать сигналы, распространять сомнения, создавать иллюзию хаоса и общественного недовольства. Керимли нуждался в деньгах. В итоге - слияние. Тихое, без деклараций, без подписи, но очевидное.

Их объединяет не цель - власть. Их объединяет чувство - обида. Оба - обиженные историей. Оба - уверены, что без них страна идет "не туда". Оба - уверены, что имеют право на реванш.

Мехтиев всегда умел строить системы контроля. Даже после ухода с поста руководителя Администрации президента он не потерял влияние. Через сеть бывших чиновников, академических структур, лояльных журналистов и экспертов он до сих пор пытается сохранять невидимый контур.

Он использует старую советскую школу: управлять не напрямую, а через посредников, через идейные цитаты, через вбросы в медиаполе, через точечные атаки на людей, которых считал "чужими" новой системе.

Керимли же стал тем, кто озвучивает то, что старые аппаратчики не могут произнести вслух. Каждый раз, когда власть делает шаг к реформам, обновлению, суверенному позиционированию, из лагеря Керимли звучит риторика, совпадающая с тезисами старого идеологического круга. Но разве это новые слова? Нет. Это цитаты из старых докладов, которые когда-то писались в кабинетах Мехтиева.

Психологически - это идеальное совпадение. Один писал сценарий, другой его озвучивал. Один действовал в тени, другой жил как хомяк у себя в комнате перед камерой. И оба получали выгоду: Мехтиев затевал истерики, Керимли - деньги.

И когда началась война России и Украины, влияние Мехтиева на пророссийские медиа в регионе усилилось. И в тот момент, когда Москва пыталась вернуть свои позиции на Кавказе, Керимли внезапно усилил риторику против "прозападного уклона" Азербайджана и против турецкого вектора.

Совпадение? Или отражение старой связи?

Нет ни малейшего сомнения, что после завершения войны с Украиной, Россия попытается восстановить свою утраченную зону влияния на Кавказе. Имперский инстинкт не лечится: там, где Москва теряет фронт, она сразу ищет новый. И сегодня ее взгляд снова обращен на Азербайджан, на нас - страну, которая вырвалась из старой колониальной орбиты и доказала, что может быть самостоятельной, сильной и свободной.

Но Кремль не привык проигрывать. Он привык возвращаться через заднюю дверь - чужими руками, чужими голосами, через старые кадры, у которых совесть осталась в прошлом. Потому никто не должен удивляться, если в ближайшее время Россия попытается использовать те самые силы, которые когда-то служили не Азербайджану, а аппаратным интригам - людей, связанных с Рамизом Мехтиевым.

Мехтиев - символ уходящей эпохи. Эпохи, где наука превращалась в пропаганду, где "интеллектуалы" занимались не просвещением, а идеологическим обслуживанием власти. Он выстроил целую сеть послушных учеников, медийных пропагандистов и псевдоаналитиков, игравших роль проводников чужого влияния. Эти люди не способны жить без подчинения - им нужен хозяин, и если вчера им казалось, что им управляет история, то сегодня они готовы подчиняться Москве.

И не исключено, что на передовую этой операции Кремль выставит самых шумных, самых радикальных - тех, кто под вывеской "оппозиции" годами шел против интересов азербайджанского государства. Речь, конечно, о партии AXCP, которая давно превратилась в политическую декорацию, инструмент внешних игроков. Их лозунги о демократии давно выдохлись - осталась лишь злоба, обида и желание мстить собственной стране за то, что она идёт вперед без них.

Россия будет пытаться действовать руками таких фигур - руками тех, кто в нужный момент выкрикнет нужные слова, устроит нужный скандал, создаст картинку "внутреннего протеста". Но эти старые технологии больше не работают. Азербайджан сегодня - зрелое, самостоятельное государство, которое не поведётся на дешёвые спектакли ни Мехтиева, ни его московских кукловодов.

Империя всегда пытается воскреснуть через своих мертвецов. Но Кавказ уже живёт по другим законам. И когда Кремль снова потянется к своим "спящим агентам", он поймёт: история изменилась. Возвращение невозможно.

В любом случае, такая синхронность не могла не насторожить спецслужбы. Мехтиев был идеологом старой зависимости от Москвы. Керимли стал рупором критики новой независимости от нее. И именно это сделало их связь не просто политической, а стратегически опасной.

Сегодняшние события - не просто следствие расследования. Это момент истины. Когда следствие берет два имени - Рамиз Мехтиев и Али Керимли - и ставит их рядом, это не совпадение. Это итог тридцати лет политического паразитирования - одного на государстве, другого на обществе.

Один упивался самим собой. Другой изображал протест, который на самом деле был истошными криками кучки троллей и политических мужланов. Оба жили не ради идей, а ради самоутверждения. И оба, в итоге, пришли к одному - к разложению, к собственной бесполезности, к политическому банкротству.

Мехтиев привык к власти, и когда его система рухнула, похоронив "Серого кардинала" под собой, он воспринял это не как естественный конец эпохи, а как личное унижение. Али Керимли - зеркальная проекция этого комплекса. Он тоже живет реваншем. Десятилетия неудач, поражений, насмешек, бессилия сделали его не лидером, а хроническим обвинителем, болтуном и профаном. Он стал заложником собственной злобы. Его риторика давно не про демократию - она про ненависть. Он не предлагает выхода, он требует возмездия.

Вот где их психология срослась: два человека, которых история выкинула на обочину, нашли утешение в одной идее - мести. Один мечтал мстить государству, другой - народу. И оба делают это под одинаковыми лозунгами - "за справедливость", "за истину", "за мораль".

Никакой романтики в этом нет. Это не идеологический союз - это обмен остатками влияния. Мехтиев дал Керимли старые связи, остатки аналитической инфраструктуры, сеть людей, умеющих писать, собирать данные, делать вбросы. Керимли дал Мехтиевскому кругу кучку троллей, имбецилов от социальных сетей, крикунов и лишенцев. Один шептал в тени - другой кричал на площади. Один строил клоаку из обид - другой превращал ее в лозунг.

Именно поэтому их взаимодействие столь опасно. Оно не про власть. Оно про разрушение. Ни один из них не способен создать - только дестабилизировать. Они не строят, не договариваются, не модернизируют - они заражают. Они сеют недоверие, используя язык свободы как инструмент раскола.

С годами Али Керимли превратился в политический анахронизм. Точнее, в говорящий политический труп. Его партия - не организация, а фантом. Она существует только тогда, когда против нее что-то происходит. Без давления - она исчезает. Без арестов - ее не замечают. Без скандалов - она теряет смысл. Он сам стал зависим от образа "жертвы". Он не лидер - он рефлекс. Система раздражения, работающая только в ответ на внешние импульсы.

Поэтому и Керимли, и Мехтиев - это две стороны одной болезни: неспособности уйти.

Важно понимать: этот тандем не внутренний. Он встроен в контекст. Рамиз Мехтиев всегда рассматривался как человек, близкий к старым московским кругам. Его политическое мышление формировалось в атмосфере постсоветского имперского сознания - где независимость трактуется как временная ошибка, а суверенитет - как излишняя гордость. Керимли, в свою очередь, давно встроен в западную систему грантов и псевдо-правозащитных структур. Два противоположных вектора, но один результат - давление на Азербайджан. Один - изнутри, другой - снаружи. Один - под предлогом традиции, другой - под предлогом демократии.

Именно поэтому их фигуры стали опасными не как политики, а как психологические механизмы. И с этим государство обязано бороться жестко, системно, не словами, а действиями.

Задержание Али Керимли и следствие по делу Рамиза Мехтиева - это не точка, это санитарный разрез. Государство отсекло от себя два источника токсина - административный и оппозиционный. Два вируса, которые десятилетиями питали друг друга. Их связь - не предательство в юридическом смысле, а в экзистенциальном. Они предали идею государства, которую сами же когда-то создавали и провозглашали. Один - через манипуляцию элитой, другой - через манипуляцию улицей.

И потому их падение - не просто логично, оно необходимо. Это естественный акт самоочищения страны, которая выросла из их игр.

Их общий приговор уже вынесен - не судом, а временем. Они останутся в истории не как борцы, а как предупреждение, как ошибка, как "баг". Керимли и Мехтиев - это не союз людей, это союз функций. Старый архитектор хаоса и политический клоун-истерик нашли друг друга в момент взаимного упадка. Они не заговорщики - они симптом. Симптом эпохи, когда личные обиды подменяли идеи, а реванш - политику.

Азербайджан вычеркнет из своей биографии две тени, чтобы сделать шаг в будущее без них.

И это - не жесткость.

Это - очищение.

Только и всего.