"Аршин мал алан" но-новому: смелый эксперимент Театра оперы и балета удался - ФОТО

17 марта 2017 12:14

Современное культурное пространство характеризуется не только взаимосвязью видов искусства, но и синтезом различных направлений в пределах одного вида искусства, в частности, театрального. Каждый театр в столь непростое время коммерциализации культурной жизни по-своему выходит в новые времена, "вливая новое вино в старые мехи", пытаясь поддерживать своего рода "баланс" между запросами публики и лучшими музыкально-театральными традициями. Уже никого не удивляет присутствие драматического актёра в оперном спектакле или наличие вокалиста в балетной постановке. Ну, а если в хрестоматийной и всеми любимой постановке музыкальной комедии принимает участие известный комедийный актёр, то такие спектакли, безусловно, вызывают определённый интерес у публики.

Театр оперы и балета всегда идёт на смелые эксперименты, привлекая к участию в спектакле популярных исполнителей и тем самым заинтересовывая даже зрителей, далёких от академического музыкально-театрального искусства, к своим спектаклям. Вот и на сей раз, накануне новрузовских праздничных дней, Театр оперы и балета преподнёс зрителям оригинальный подарок - участие известного актёра Ильхама Намик Кямала в партии солидного Солтан бека в бессмертной комедии Узеира Гаджибейли "Аршин мал алан". Артистическая индивидуальность известного актёра совместно с великолепным исполнительским мастерством его коллег по оперной сцене помогли зажечь фейерверк юмора и жизнелюбия в столь знакомой постановке. И долгие овации, выкрики "браво!", как после исполнения отдельных номеров, так и на финальном поклоне всем участникам спектакля - яркое тому подтверждение.

А теперь поподробнее...

В репертуаре Театра оперы и балета представлены все музыкально-сценические произведения великого Узеир бека, которые дошли до наших дней, в том числе и его великолепные музыкальные комедии - "Аршин мал алан" и "Не та, так эта". С "лёгкой руки" известных кинофильмов, комедии стали настолько хрестоматийными в постановочном плане, что каждую постановку на сцене невольно рассматриваешь сквозь призму знакомых с детства кадров. Вот и спектакль "Аршин мал алан" не назовешь новым словом в интерпретации знаменитой Уз.Гаджибейли. Такую цель руководство театра и режиссёр-постановщик Хафиз Гулиев и не ставили. Основная задача нового спектакля - это максимально приблизить сценографию этой классической "комедии положений" (где комический эффект вызывают положения, ситуации, в которые попадают персонажи, и неожиданный поворот сюжета) к оригиналу, к тому замыслу, которым исходил, прежде всего, сам Узеир бек. Каждый герой - определённый узнаваемый типаж, а в роли ворчливого, хорохорящегося отца семейства Солтан бека, на попечении которого две красавицы на выданье, впервые на академической сцене Театра оперы и балета выступил Ильхам Намик Кямал (Ильхам Ахмедов).

Не потерявший с годами ни толику своего обаяния, элегантный Ильхам Намик Кямал на генеральную репетицию пришёл раньше всех исполнителей. В общении со своими коллегами по оперной сцене актёр оказался настолько непосредственным (по ходу импровизировав от души, апробируя перед спектаклем шутливые реплики), что громовые раскаты смеха и добрая улыбка не покидала его коллег по сцене в течение всей репетиции. Даже оркестранты провожали актёра с репетиции, ударяя смычками о пюпитр, выражая свою симпатию и уважению к мэтру.

В партии Солтан бека превалируют разговорные диалоги и из музыкального материала - лишь знаменитые комические куплеты "Sən dul, mən duI. Gəl mənə bənd oll". По-стариковски дребезжащим голосом и под деликатнейший аккомпанемент оркестра театра, Солтан бек - Ильхам Намик Кямал не без удовольствие флиртовал, делая предложение всё такой же обаятельной и привлекательной Гюлюстан Алиевой в партии тётушки Джахан и настолько гротесково-возмущённо выкрикивал "Мал алан?!" на абсурдно-комичных звуках subito forte (внезапно громко) в сцене признания Гюльчохры, при этом выхватывая в порыве гнева свой кинжал, который никак не хотел покидать свои ножны, что смех в зрительном зале раздавался после каждой громоподобной реплики Солтан бека.

Впрочем, все исполнители этого увлекательного светлого спектакля комиковали от души, погружая публику в динамику калейдоскопично сменяемого сценического действия, создавая стройный и очень гармоничный художественный ансамбль, как в плане вокальной составляющей, так и в плане актёрского исполнения.

Заметно постройневший ведущий тенор оперной труппы театра Фарид Алиев демонстрировал вокальную щедрость и очаровывал магией своего голоса не только главную героиню, но и весь зрительный зал. По-балетному хрупкая очаровательная Инара Бабаева (кажется, что её сценический возлюбленный Ф.Алиев мог спокойно обхватить её талию в кольце своих рук большими и указательными пальцами) своим кристально чистым вокалом трепетно признавалась в любви и страдала в "Плаче Гюльчохры".

Верный своей дружбе Сулейман - Турал Агасиев, всё в том же знакомом облике азербайджанского дэнди начала ХХ века, не без интереса посматривал на эффектную красавицу Асю-Фидан Гаджиеву, которая не без кокетства "упрекала" то свою кузину, то новоявленного возлюбленного в песне "Gözəlim, yar gözəlim".

Весьма колоритно смотрелся Алекпер Алиев с богатой мимикой в партии Вели, которому лукаво подыгрывала Гюльяз Мамедова-Телли дефилируя по сцене, нарочито-соблазнительно покачивая бёдрами перед столь "денежным" потенциальным женихом (голос у Г.Мамедовой приятного, комфортного для слуха тембра, но на фоне столько ярких вокалов, её камерный голос несколько утопал в недрах оркестрового звучания). Нельзя не отметить Лалезер Халил-заде в роли озабоченной клиентки. Роль эпизодичная, но сыграно выразительно ярко, экспрессивно.

Автору этих строк всегда интересно присутствовать на репетициях, наблюдая за исполнителями, когда на них не надеты соответствующие "маски" для публики и не охватывает мандраж пред- и постпостановочного волнения. Именно в своей непосредственной среде более полно раскрываются и мастерство всех исполнителей, и личные качества, в том числе и оркестрантов. При появлении на репетиции Эйюба Гулиева оркестр сыграл туш, приветствуя вручение маэстро звания заслуженного артиста республики. В свою очередь, Эйюб Гулиев тепло поблагодарил всех своих коллег по цеху и представил Ильхама Намик Кямала (ритуал пусть и формальный, но всегда приятно наблюдать за ним со стороны). И весьма было приятно смаковать чистые оркестровые тембры (было заметно, что музыканты музицировали от души), да и сам маэстро даже чисто визуально явно получал удовольствие от гениальной музыки великого Узеир бека.

Душевную щедрость демонстрировала и публика - на финальном поклоне всем участникам спектакля. Женская половина смущённо приседала в элегантных реверансах и поклонах, а Ильхам Намик Кямал и Эйюб Гулиев, следуя театральной традиции, бросали в оркестровую яму свои букеты, отдавая должное оркестрантам и компенсируя их отсутствие на сцене.

И, глядя на столь яркую россыпь эмоций этого предпраздничного вечера в стенах Театра оперы и балета, невольно подумалось о феномене классических спектаклей, которые всегда актуальны и каждая фраза, словно бриллиант в короне гаджибековских афоризмов. К примеру, насколько актуальны слова Солтан бека: "Зятем своей девочки предпочитаю купца (читай, бизнесмена). А то эти инженеры-минженеры, дохтор-мохтор, адвокат-модвокат, учитель-мучитель... Форса много, а толку мало". Всё же прав был Оскар Уальд, утверждая, что "искусство - это зеркало, отражающее того, кто в него смотрится". А заглянуть в зеркало времени порой бывает весьма полезно.

Улькяр Алиева,
доктор искусствоведения, профессор