"Воскресное чтиво" на Day.Az: "Возвращение из Средиземноморского круиза" В рамках рубрики "Воскресное чтиво" Day.Az представляет эссе "Возвращение из Средиземноморского круиза" нашей постоянной читательницы Севды Алекперовой.

 

Мы призываем наших читателей продолжать посылать на электронный адрес office@day.az различные публикации, касающиеся искусства, истории, культуры, этнографии, традиций Азербайджана, и многих других областей жизни нашей страны, а также свои рассказы, ранее не печатавшиеся в прессе.

 

Ноябрьские сумерки наступают рано. Вечерний промозглый воздух был наполнен запахами моря и шумом пришвартованных у Одесского причала судов. Круизный теплоход "Леонид Собинов" возвратил на родную землю советских туристов, которым посчастливилось повидать столицы и крупные порты Средиземноморских стран. Здесь были представлены группы почти со всех республик и многих крупных городов СССР. Директор круиза, он же крупный партийный чиновник из Москвы, собрав руководителей групп, давал им наставления по организованному проходу групп через таможенный контроль.

Отдельно от туристов, небольшой и молчаливой группой, стояли в ожидании таможенного контроля переводчики, получившие служебные командировки на работу на этом празднике жизни.

Не слышно было обычного гвалта и шума множества голосов, что уже стало привычным при высадке туристов в других городах и морских портах. Несколько сотен человек тихонько переговаривались, с нетерпением вглядываясь в начало очереди. У многих было двоякое чувство: с одной стороны, всегда радостно возвращаться домой, а с другой стороны все понимали, что праздник круизных впечатлений кончился, и вряд ли будет второй такой шанс выехать из страны и посмотреть мир.

Вечерняя Одесса осени конца 80-х была слабо освещенной, слякотной и оживлена была только длинными людскими очередями в продуктовые магазины. Рабочий день закончился, и жители города выстаивали утомительные очереди под моросящим дождем для прохода внутрь полупустых гастрономов, в надежде успеть закупить продукты до того, как на сегодня закончатся куры, колбасы, консервы и т.д.

Автобусы с вернувшимися из Средиземноморского круиза советскими туристами медленно двигались вдоль центральных улиц Одессы в сторону гостиницы "Красная". Вглядываясь в окна на темные, скудно освещенные улицы, на бесконечные людские очереди у магазинов, на хмурые и недобрые лица пешеходов, многие вдруг как-то сразу замолкли на полуслове, и каждый вдруг подумал об одном и том же: "Как же убого мы живем".

Такие мысли жгли всех; вернувшихся в советскую действительность после месяца проведенного в посещениях европейских столиц и крупных портовых городов Средиземноморья. Открытость и раскрепощенность жителей этих городов, богатство и обилие товаров и продуктов, обустроенность и качество дорог, и многое другое, с чем поневоле сравнивали советские туристы увиденное в Риме, Ницце или Афинах - все это, и этот темный и промозглый вечер встретившей их Одессы, поневоле навевал тоску, даже заглушающую первую радость от чувства возвращения на родную землю. И каждый понимал, что завтра, когда все разъедутся по своим республикам и городам, точно такую же картину они увидят у себя дома, и точно так же будут выстаивать очереди у магазинов в надежде "достать" кур, колбас, консервов и т.д. Но мысли эти вслух никто не высказал: все прекрасно понимали, что "турист в штатском", имеющийся в каждой туристической группе, тут же доложит о крамольных высказываниях, и тогда прощай хрупкая надежда еще когда-либо выехать туристом в капиталистическую страну!

Переводчики в своем автобусе тоже ехали молча. Многие из них неоднократно посещали различные страны и континенты, сопровождая туристов, и это чувство какой-то ущербности советских реалий, особенно по приезде из благополучных западных стран, им тоже было хорошо знакомо, но оно не было внове, а потому не подавляло и не ошеломляло их так, как других "круизников".

Это месяц с небольшим, когда всем приходилось быть не только переводчиками на экскурсиях, но и административными работниками по организации и размещению в гостиницах, по сопровождению (читай - контролю) туристов в их свободное время на прогулках и шопингах, в обеспечении и проверке всех служб - транспорт, доставка багажа и т.д., так сплотил и привязал всех переводчиков друг к другу, что они без преувеличения чувствовали себя одной единой командой. Хотя многие были знакомы между собой и до поездки, так как уже многие годы работали на одну большую систему иностранного туризма, этот месяц всех объединил и сблизил.

По приезде в гостиницу не хотелось расходиться, и тогда решили напоследок собраться и отметить окончание работы.

Гостиничный номер в "Красной" был роскошный и вместительный, гостиница строилась еще до революции и повидала многое и многих.

Как водится, разговор крутился о событиях во время круиза, о людях и экипаже лайнера, но все старательно избегали самой щепетильной темы: во время стоянки теплохода в Марселе некий турист попросил политического убежища у местных властей. Все понимали, что за этот инцидент не поздоровится многим, а переводчику нужно будет писать подробнейший отчет. Впрочем, отчет писать необходимо будет всем: о чем говорили туристы, как реагировали на блага западной жизни, как себя вели среди своих и с другими. Но это потом, а сейчас можно весело поболтать, вспомнить курьезные случаи, да и просто отдохнуть.

- Вот возьмем, к примеру, твою азербайджанскую группу, - обратилась Лена из Новосибирска к коллеге из Баку, - сразу видно, что это важные птицы, все задаваки, разговаривают сквозь зубы, а жены - так на торжественном ужине всех поразили своими нарядами и бриллиантами. Я же видела, что тебе с ними не легко. Уж очень капризны, - она помолчала. - То ли дело мои сибиряки. Простые ребята, работяги. Мои и после экскурсий гуляли и фотографировали увиденное, а твои могли позволить себе проводить свободное время во всех кафе, и даже в Каннах я видела, что за бутылку колы заплатили 15 долларов. А ведь зарплаты у нас в Сибири выше, чем по стране. Как же так? Вы что, в другом государстве живете, или как?

- Да брось ты, Ленка, из себя невинность строить, - старший переводчик из Московского Отделения Татьяна раздраженно отреагировала, - в нашем обществе равных возможностей одни живут как люди, а другие - как работяги.

Переводчики, привыкшие к тому, что каждое слово может им потом "аукнуться", затихли. Все понимали, что и стены в гостиницах имеют "уши".

"Знали бы вы, как мои друзья из Баку мечтали попасть в Сикстинскую Капеллу, но нет у них ни денег, ни связей. Друзья просили рассказать им о Пьете, постоять поближе к алтарю в Соборе Святого Петра, а из моих 30 нынешних туристов, партийных боссов и их жен, в Ватикан пошли только семеро. Остальные предпочли прогулки и шопинг в Риме", - подумала Наргиз, но промолчала. Лучше поменять тему:

- Завтра все разъедемся по домам, давайте просто порадуемся сегодняшнему дню! Что уже скоро будем дома и...

- Да чему радоваться-то! - перебила ее Лена, - Тому, что опять будем стоять часами в очередях после рабочего дня, чтобы купить масла или молока? Вот у меня рядом с домом большой универмаг, так я туда каждый день после работы захожу - а вдруг какой дефицит выкинут. Моя дочь-подросток просит у меня модные джинсы, так я должна два месяца не есть - не пить, чтобы позволить себе такую покупку!

Невысокий паренек, переводчик Киевской группы, добавил:

- Девчата, да пройдет все это настроение, как только домой приедем, забудется. А вообще такая обида гложет всех после поездок за кордон, - он усмехнулся - Видимо потому у нас многих и не выпускают из страны.

Неожиданно Лена расплакалась.

- Да поймите же, мне обидно и за то, что и к нам относятся как к второсортным. Ну как, скажем, к нищим. А ведь мы и по образованию, и по кругозору выше многих. А живем как нищие.

Все понимали, что вечер получился грустным. Каждый из присутствующих прекрасно понимал и даже разделял ее обиду, но продолжать эту тему остерегались. Как говорилось среди переводчиков, "товарищи с Лубянки" не дремлют.

Спать в ожидании утра не хотелось. Наргиз вглядывалась в темноту ночи, прокручивая в голове события последнего месяца. В Порт-Саиде лавочник закрыл двери перед советскими туристами, ругаясь, что они не покупают, а только создают беспорядок. В Стамбуле один из туристов на ее глазах стянул с прилавка детский костюмчик. Никто не заметил, но у нее замерло сердце в ожидании скандала, и потом долго не могла успокоиться.

Говорят, самые темные часы ночи бывают перед рассветом.

Над морем поднимались первые проблески рассвета...