Большая советская провокация

Только что рассекреченные одновременно в Москве и Хельсинки документы из спецхранов рисуют картину неудачной войны огромного СССР с маленькой Финляндией, которая закончилась более 70 лет назад и которую в Кремле решили "считать победоносной".

Секретный протокол к пакту, подписанному 23 августа 1939 года в Москве министрами иностранных дел СССР и Германии Вячеславом Молотовым и Иоахимом фон Риббентропом, относил Финляндию, как и Прибалтику, к сфере "советских интересов". После введения советских военных гарнизонов в Литву, Латвию и Эстонию финны поняли, что им предъявят такие же требования. На какие-то уступки были готовы - предоставить морские базы и аэродромы на финских островах в Балтике. Но требования оказались куда большими.

Переговоры с финнами шли почти целый месяц, с 12 октября по 9 ноября 1939 года. Сталин требовал от Финляндии подписать такой же договор, какой был подписан с прибалтийскими странами и предусматривал создание на их территории советских военных баз. От финнов требовали уступить часть территории, чтобы отодвинуть границу подальше от Ленинграда, обезопасить город от финской угрозы.

Финны не понимали объяснения. О какой угрозе может идти речь, если сам Молотов на сессии Верховного Совета издевательски заметил, что в Ленинграде столько же населения, сколько во всей Финляндии? Неужели кто-то верит, что маленькая Финляндия может напасть на СССР?

13 октября 1939 года нарком внутренних дел Берия доложил Сталину:

"Начальник разведотдела финского военного министерства ездил в Берлин, где пытался выяснить, какую позицию займёт Германия в случае военного столкновения между Советским Союзом и Финляндией. Он возвратился оттуда очень разочарованным".

Немцы посоветовали финнам удовлетворить советские требования и предупредили, что Советский Союз может начать войну, а Германия не придёт на помощь Финляндии. И всё же финны - в отличие от латышей, эстонцев и литовцев - не хотели без сопротивления отказываться от своей независимости.

Молотов сказал полпреду в Швеции Александре Коллонтай:

- Нам ничего другого не остаётся, как заставить их понять свою ошибку и принять наши предложения, которые они упрямо, безрассудно отвергают на мирных переговорах. Наши войска через три дня будут в Хельсинки, и там упрямые финны вынуждены будут подписать договор, который они отвергают в Москве...

Загадочная перестрелка

План удара по Финляндии представил Сталину командующий Ленинградским военным округом командарм 2-го ранга Кирилл Мерецков. Сталин отличал Мерецкова и поручил ему руководить финской кампанией. В штабе округа исходили из того, что финны не окажут серьёзного сопротивления, а финские рабочие вообще будут приветствовать наступление Красной армии. Продолжительность операции - десять-пятнадцать дней.

Осторожный начальник Генерального штаба Борис Шапошников предложил отложить начало военных действий на несколько месяцев, чтобы подготовиться получше и перебросить к границе дополнительные соединения и тяжёлое оружие. Сталин удивился:

- Вы требуете столь значительных сил и средств для разрешения дела с такой страной, как Финляндия? Нет необходимости в таком количестве.

Для войны нужен был повод

ТАСС сообщил, что 26 ноября 1939 года в 15 часов 45 минут финская артиллерия обстреляла советскую пограничную заставу на Карельском перешейке у деревни Майнила, четыре красноармейца убиты, девять ранены. Нигде и никогда не были названы имена этих "убитых" и "раненых". Они таинственным образом исчезли, их будто и не существовало.

За семь десятилетий, прошедших с того дня, не нашлось ни одного факта, который бы подтвердил, что финны стреляли первыми. Да и с какой стати финны открыли бы огонь? Они пытались избежать войны с Советским Союзом. Финские пограничники зафиксировали выстрелы с советской территории. Так оно, видимо, и было. Судя по некоторым свидетельствам, перестрелку на границе устроил начальник управления НКВД по Ленинградской области комиссар госбезопасности 2-го ранга Сергей Арсеньевич Гоглидзе. После финской войны, в апреле 1940 года, он получил орден Красного Знамени. В 1953 году Гоглидзе расстреляли вместе с Берией.

Вопрос о том, кто же всё-таки начал войну, снял сам Сталин. Выступая в апреле 1940 года на секретном совещании в ЦК партии, он говорил: "Правильно ли поступили правительство и партия, что объявили войну Финляндии? Нельзя ли было обойтись без войны? Мне кажется, что нельзя было. Второй вопрос, а не поторопилось ли наше правительство, наша партия, что объявили войну именно в конце ноября - начале декабря. Нельзя ли было отложить этот вопрос, подготовиться и потом ударить? Нет. Всё это зависело не только от нас, а от международной обстановки. Там, на Западе, три самых больших державы вцепились друг другу в горло. Когда же решать вопрос о Ленинграде, если не в таких условиях, когда их руки заняты и нам предоставляется благоприятная обстановка для того, чтобы в этот момент ударить".

30 ноября 1939 года советская авиация бомбила Хельсинки. Части Ленинградского округа перешли границу. Советские войска получили приказ разгромить финские войска, освободить финский народ от гнёта помещиков и капиталистов и выйти на границу со Швецией и Норвегией.

Правительство Куусинена

Советские газеты сообщили о создании "народного правительства" Финляндии во главе с одним из руководителей финской компартии Отто Вильгельмовичем Куусиненом, который с 1921 года работал в Москве в аппарате Коминтерна.

1 декабря правительство никогда не существовавшей Финляндской Демократической Республики привезли в финский приграничный посёлок Териоки, только что занятый советскими войсками (ныне город Зеленогорск). Финские коммунисты провели заседание, которое стенографировал сын Куусинена по-русски, и призвали финский народ встретить Красную армию как освободительницу.

2 декабря Куусинен вернулся в Москву. Его принял Сталин. Молотов подписал с Куусиненом договор о взаимопомощи и дружбе: Советскому Союзу передавались острова, прикрывающие вход в Финский залив. Полуостров Ханко передавался в аренду на тридцать лет. В обмен Советский Союз обещал Финляндии территорию Советской Карелии вместе с населением, которое никто не собирался спрашивать, желает ли оно оказаться в составе другой страны. Землю отдавали вместе с крепостными...

Соединённые Штаты и Швеция предложили Москве и Хельсинки посредничество, чтобы поскорее закончить войну. Молотов ответил: "Советский Союз не признаёт так называемого финляндского правительства, которое находилось в Хельсинки... Советское правительство признаёт только правительство демократической Финляндии, во главе которого находится Куусинен".

Превосходство Красной армии над финнами в живой силе и особенно в технике было многократным. В Москве думали, что финская кампания будет такой же лёгкой прогулкой, как вторжение в Польшу в сентябре 1939 года. А пришлось вести тяжёлые, кровопролитные бои. Отчаянное сопротивление финской армии опрокинуло все планы Сталина. Выяснилось, что Красная армия не готова к современной войне.

Глубина и надёжность финской обороны оказались неожиданностью. Советские танки подрывались на минах. Артиллерия не пробивала бетонные стены финских дотов. Советские части по вине неумелых командиров попадали в окружение, несли большие потери. Особый отдел 18-й стрелковой дивизии докладывал своему

начальству:

"Все полки уничтожены полностью, нас беспрерывно днём и ночью забрасывают снарядами. Продержимся немного, умрём, не сдадимся. Торопите с помощью, иначе будет поздно. Дни наши сочтены, выручайте".

Позиция Гитлера

Сталин был вне себя: весь мир видел, что огромный Советский Союз не может совладать с маленькой Финляндией. Только в Берлине после некоторых колебаний всё-таки однозначно встали на сторону Сталина: "Основой нашей политики в северном вопросе является наша дружба с Советской Россией". Гитлер публично поддержал Советский Союз в войне с Финляндией, сказав, что Сталин всего лишь хотел получить

выход к незамерзающему морю. Немецкие суда снабжали советские подлодки в Балтике продовольствием и горючим. Немцы блокировали Ботнический залив, чтобы Запад не смог помочь Финляндии.

Зато остальной мир возмутился. 2 декабря 1939 года советский полпред Яков Суриц сообщал из Парижа: "В связи с финскими делами очередной взрыв негодования. Больше всего ярости вызвало появление на сцене правительства Куусинена... даже больше, чем сами военные действия... Мы сейчас зачислены в число прямых врагов".

Англия и Франция готовы вмешаться

Франция и Англия заявили протест. Премьер-министр Даладье предложил исключить Советский Союз как "наглого агрессора" из Лиги Наций. 14 декабря это было сделано. Европейцы поставили знак равенства между Гитлером и Сталиным.

Даладье отозвал французского посла из Москвы и сказал финскому посланнику, что готов разорвать отношения с Москвой, но это надо сделать синхронно с Англией. Реакция Лондона была более осторожной. Англичане исходили из того, что война в Финляндии мешает Сталину снабжать Гитлера сырьём и продовольствием.

Даладье был готов отправить в Финляндию англо-французский экспедиционный корпус и одновременно нанести бомбовый удар по нефтепромыслам в Баку. Он хотел не столько помочь финнам, сколько помешать поставкам советского горючего нацистской Германии. Англичане и французы не пошли на это потому, что главным противником всё-таки был Гитлер, боялись, что Гитлер перебросит на Кавказ немецкую авиацию на помощь советской противовоздушной обороне. А если немцы помогут Сталину на Кавказе, Сталин в ответ пошлёт свои танки против французов...

В конце декабря 1939 года Ставка Главного командования приостановила боевые действия, чтобы подготовиться посерьёзнее. Войну начали, сосредоточив на финском фронте двадцать одну дивизию, а потом пришлось наращивать силы и довели их число до пятидесяти восьми. Таким образом добились тройного превосходства в силах. На финский фронт перебросили дополнительное вооружение, прежде всего артиллерию большой мощности и авиацию. 11 февраля после мощной артиллерийской подготовки советские

войска начали новое наступление, теперь уже более успешное.

Видя, что творится в мире, Сталин поспешил закончить неудачную войну. В ночь с 12 на 13 марта 1940 года в Москве был подписан мирный договор с Финляндией. Финны сохранили свою независимость, но им пришлось отдать всё, что от них требовал Сталин. Советский Союз получил все территории, которые хотел, а сверх того - в аренду весь полуостров Ханко, где должна была появиться советская военно-морская база. Граница СССР на Карельском перешейке отодвинулась на 150 километров. Финляндия потеряла целую провинцию, её жителям пришлось бросить свои дома. Отнятые у Финляндии территории включили в состав образованной 31 марта Карело-Финской Советской Социалистической республики. Её возглавил Куусинен.

Танки - груда металла

Рассекреченные только что документы особых отделов Красной армии, пишет директор Института российской истории член-корреспондент РАН Андрей Сахаров, "показывают катастрофические недостатки в состоянии советских вооружённых сил: слабый профессионализм командных кадров - выдвиженцев времён Гражданской войны, дремучий уровень рабоче-крестьянских бойцов, коррупцию, воровство и пьянство в армейских частях, нарастающую враждебность красноармейцев к бессмысленно жестоким армейским порядкам, слабую техническую подготовленность сухопутных и авиачастей".

А ведь многое было известно и тогда.

14-17 апреля 1940 года в ЦК проходило совещание начальствующего состава армии, посвящённое итогам войны с Финляндией. Стенограмма рассекречена. Многие высказывались очень откровенно - наболело.

Плохо работали штабы, терялись в боевой обстановке, не зная ситуации на фронтах. Командование Ленинградского округа делало ставку на массированное применение танков, артиллерии и авиации. Но незамерзающие болота, леса, снег, отсутствие дорог помешали использованию танков. Без нужды отдавали приказ перебросить танки с одного фланга на другой, но не обеспечивали горючим. В результате шестьсот танков, оставшись без горючего, стояли без движения, превратились в груду металла.

Авиации у Красной армии было больше, чем у финнов, но выяснилось, что лётчики обучены летать только в хорошую погоду, да и аэродромы не готовы к зимним полётам.

Комдив Михаил Кирпонос сказал:

- В восемнадцать часов наши истребители летят ужинать или чай пить, а в это время противник летит нас бомбить.

- Противник знает, когда наши лётчики чай пьют? - заинтересовался Сталин.

- Конечно, - подтвердил Кирпонос.

Брошены и забыты

Финские солдаты защищали родину. Красноармейцы не очень хорошо понимали, во имя чего они воюют. Многие думали, что война не нужна. В 1940 году заявили, что потери Красной Армии в войне с Финляндией составили сорок восемь тысяч человек. Сегодняшние подсчёты дали другую цифру: сто тридцать тысяч убитых. Финская армия потеряла двадцать три тысячи, в шесть раз меньше.

Выяснилось, что нет точных данных не только о противнике, но о количестве собственных бойцов и командиров. Армии и дивизии не могли сообщить, сколько у них в строю, сколько убито и ранено, сколько попало в плен...

К финской кампании не подготовились интендантские службы. Солдаты получали промёрзшие буханки хлеба, которые пилили или рубили топором. Кусочек мёрзлого хлеба клали в рот, он таял, тогда его можно было разжевать... армия голодала. Сухари стали спешно сушить уже во время войны. Красная армия вступила в

войну в летнем обмундировании, в ботинках - это зимой-то! Солдаты мёрзли, а валенок не было.

- 163-я дивизия пришла на фронт босая, - сказал Мерецков.

Курдюмов, начальник управления боевой подготовки Красной армии, признал:

- На финском театре в первый период войны было много обмороженных, потому что люди прибывали в холодной обуви, в ботинках даже, а не в сапогах. Причём часть ботинок была рваной. Я здесь докладываю с полной ответственностью, что воевать при сорокаградусном морозе в ботинках, даже не в рваных, и в хороших сапогах нельзя, потому что через несколько дней будет пятьдесят процентов обмороженных...

Наши части, отступая, бросали тяжелораненых. Люди, которых могли спасти, умирали. Один из участников совещания горько сказал:

- Такой момент надо учесть - своевременно увозить погибших и раненых в бою. Это имеет большое моральное значение на войне для участников боя. Это нужно учесть. Враги-финны старались подбирать

своих убитых...

Рассекреченные документы особых отделов рисуют ещё более страшные картины: после боя находили останки красноармейцев, которых ещё живыми поедали животные.

"Особый колорит общему облику Красной армии, - пишет директор Института российской истории Сахаров, - придают многократно упомянутые в материалах спецслужб случаи мародёрства на захваченной финской территории. Тащили из домов, покинутых жителями, или даже в их присутствии буквально всё, что можно - велосипеды и швейные машинки, патефоны, шёлковые женские платья, одежду, обувь, всякую утварь. С наивным восторгом советские бойцы - обитатели деревенских лачуг, пригородных бараков, "коммуналок" входили в благоустроенные, чистые, ухоженные, полные неведомого им быта дома финских городских обывателей, сельских, хуторских жителей и забирали всё, что попадало под руку..."

Сталин со злой иронией высказался о частях, попавших в окружение:

- Окружена была всего лишь одна дивизия, а сюда телеграммы шлёте - партии Ленина-Сталина: герои сидят, окружены, требуют хлеба... Сидели, кормили дармоедов... Каждый попавший в окружение считается героем...

Слова вождя запомнили. Попавшие в окружение воспринимались как плохие солдаты, а то и как предатели. Финны вернули советским властям 5572 пленных красноармейца. 180 человек отказались вернуться в СССР, они уцелели. Из числа возвращённых военные трибуналы 350 приговорили к расстрелу. 4354 бывших пленных отправили в лагеря на срок от четырёх до восьми лет.

Финские солдаты действовали умело и инициативно. Финны противопоставили превосходящим силам Красной армии действия хорошо подготовленных мелких подразделений и одиночных бойцов. Стала ясна разница между плохо обученным призывником и военным профессионалом.

Началось дезертирство, красноармейцы, попав под огонь, впадали в панику, бежали с поля боя, бросая оружие. Армейский комиссар 2-го ранга Запорожец, член военного совета 13-й армии, подтвердил плохое моральное состояние вооружённых сил:

- Много было самострелов и дезертиров.

- К себе в деревню уходили или в тылу сидели? - уточнил Сталин.

- Было две категории. Одна бежала в деревню, потом оттуда письма писала. Вторая бежала не дальше обоза, землянок, до кухни. В одном полку было сто пять человек самострелов.

Финские части, уступавшие в численности, были подготовлены к ближнему бою и несравненно лучше вооружены - в первую очередь автоматами и миномётами, что позволяло им косить наступавшую пехоту. Финны оснастили свою армию пистолетами-пулемётами "суоми", удобными в бою. Красноармейцы имели только винтовки. Треть красноармейцев оказалась вовсе не обученной. Бойцы не

умели даже стрелять из винтовки.

Ответ на все очевидные беды и недостатки вооружённых сил был один.

"Следовали кары - аресты, предание военному трибуналу, расстрелы, создание контрольно-заградительных отрядов для борьбы с дезертирами, - пишет Сахаров. - Так, в январе 1940 года за упущения и военные неудачи был расстрелян весь штаб 44-й стрелковой дивизии. Однако это, видимо, мало помогало, потому что вплоть до конца боевых действий сводки спецслужб и донесения руководства НКВД "наверх" по-прежнему изобиловали все теми же обвинениями, что и прежде".

Финская кампания показала, что советские вооружённые силы не готовы к серьёзному военному конфликту. До столкновения с Германией оставался год с лишним. Если бы уроки были извлечены, многое удалось бы исправить. Но Сталин повелел считать финскую кампанию победоносной:

- Финнов победить - не Бог весть какая победа. Мы победили ещё их европейских учителей - немецкую оборонительную технику победили, английскую оборонительную технику победили, французскую оборонительную технику победили. Не только финнов, но и технику передовых государств Европы. Не только технику, мы победили их тактику, их стратегию. В этом основная наша победа!

А раз победили, то зачем что-то менять? Маршал бронетанковых войск Павел Рыбалко вспоминал: "В Финляндии мы опозорились на весь мир. Армией командуют неграмотные люди - командиры эскадронов, вахмистры без образования и опыта". В июне сорок первого Красной армией командовали всё те же командиры.