"Консолидация" на скамье подсудимых:

Автор: Акпер Гасанов

Откровенно забавное заявление российско-армянского олигарха, лидера блока "Сильная Армения" Самвела Карапетяна о начале процесса "консолидации оппозиционных сил в стране" уже активно комментируется экспертами и СМИ соседнего государства. Совершенно очевидно, что в сложившейся политической реальности Армении подобные инициативы выглядят откровенно запоздалыми и, мягко говоря, лишенными стратегической глубины.

Карапетян признает, что оппозиция допустила ошибку перед выборами, не сумев договориться и переоценив собственные возможности. Однако подобное признание, сделанное постфактум, не является признаком политической зрелости - это констатация очевидного провала, который уже был оценен избирателями.

Именно результаты парламентских выборов стали ключевым индикатором настроений в обществе. Правящая партия "Гражданский договор" сохранила уверенное большинство, получив 64 мандата, тогда как оппозиционные силы оказались фрагментированными и политически ослабленными. Блок "Сильная Армения" получил 29 мест, а блок "Армения" - всего 12.

Очевидно, что проблема армянской "реваншистской" оппозиции гораздо глубже, чем отсутствие координации. Она носит системный характер и связана с потерей доверия со стороны общества. Собственно, об этом предельно откровенно заявил премьер-министр Армении Никол Пашинян во время правительственного часа в Национальном собрании 17 июня. По его словам, выборы были, по сути, референдумом по вопросу ответственности прежних элит.

"Нам было трудно объяснить обществу, почему Роберт Кочарян не в тюрьме, почему награбленное Царукяном не возвращено, как получилось, что калужский олигарх после революции на протяжении 8 лет продолжал воровать электричество из детских садов и как это вообще стало возможным", - подчеркнул Никол Воваевич.

Эти слова отражают суть общественного запроса: речь идет не о политических программах, а о справедливости и ответственности. В этом контексте попытка Карапетяна инициировать "консолидацию" выглядит, мягко говоря, неубедительно. Более того, она приобретает откровенно комичный оттенок, если вспомнить поведение ключевых фигур оппозиционного лагеря сразу после объявления итогов выборов.

Сразу после окончания парламентских выборов Армению пытались в срочном порядке покинуть Гагик Царукян, Нарек Карапетян и Роберт Кочарян. Этот факт сам по себе говорит гораздо больше, чем любые политические заявления. Да и сам Самвел Карапетян никуда не уехал лишь потому, что находится под домашним арестом. Иными словами, его "политическая активность" носит вынужденный характер и ограничена объективными обстоятельствами.

В результате мы наблюдаем парадоксальную ситуацию: люди, которые еще вчера ассоциировались с политическим и экономическим влиянием, сегодня демонстрируют признаки явной неуверенности и страха. Именно страх, а не политическая стратегия, становится главным мотивом их действий.

Дополнительную ясность в эту картину вносит еще одно заявление Пашиняна, который прямо обвинил оппозиционные силы в использовании незаконных методов во время выборов. По его словам, значительная часть голосов, полученных оппозиционными партиями, была обеспечена за счет подкупа избирателей.

"Даже на глаз видно, что 70% голосов, полученных этими трехглавыми партиями, - это голоса, купленные за деньги", - утверждает армянский премьер. Если принять эту оценку, становится очевидно, что речь идет о планах власти по расследованию всех этих махинаций "реваншистов", которым "консолидироваться" придется, возможно, на скамье подсудимых.

Кстати, бывший президент Армении Серж Саргсян фактически самоустранился от участия в выборах. Его партия даже не выдвигалась, что свидетельствует о понимании им глубины кризиса старой политической системы. Однако этот шаг вряд ли может рассматриваться как спасительный. Скорее, это была попытка минимизировать репутационные потери и выиграть время.

В целом же ситуация в армянской оппозиции сегодня характеризуется полной дезориентацией. Отсутствие единой стратегии, внутренние противоречия и, главное, утрата доверия со стороны общества делают любые разговоры о "консолидации" политически бессодержательными и даже анекдотичными.