Пианист Мурад Гусейнов: "Я встал в центре комнаты и без стеснения…" - ОПРОС
То, что представители Азербайджанской культуры с каждым годом все больше и больше завоевывают Европу, уже ни у кого не вызывает удивления. Триумфальная победа на "Евровидении" заставила всех заговорить об Азербайджане. Ну что поделать, богата наша земля талантами.

 

Есть еще один представитель азербайджанского музыкального искусства, которому многие европейские и мировые любители классической музыки аплодируют стоя. Это - талантливый пианист, который любит искусство в себе и каждым своим выступлением не перестает нас восхищать, заслуженный артист Азербайджана Мурад Гусейнов.

Ф.А: Когда ты впервые начал стучать по клавишам фортепьяно?

М.Г: Дело в том, что мне с раннего детства нравилась музыка. У нас дома было пианино, постоянно звучала различная музыка, преимущественно симфоническая и оперная, и меня родители часто брали на концерты. В то время Баку был одним из городов Советского Союза, куда приезжали такие именитые музыканты, как Рихтер, Петров, Вирсаладзе. И я, будучи еще ребенком, попадал под чары их виртуозного исполнения и долго находился под впечатлением от потрясающей, профессиональной музыки.

И один раз, когда к нам пришли родственники в гости, я встал в центре комнаты и, совершенно не стесняясь, напел симфонию Моцарта, точнее, исполнил небольшую ее часть. Родственники пришли в восторг и просто потребовали, чтобы родители отдать меня на занятия музыкой. Мне было лет 5-6. И мое первое выступление состоялось на телепередаче "Домик волшебных звуков". А потом я уже стал ходить на практику в школу-студию при консерватории.

Ф.А: Как прошли годы учебы?

М.Г: Я любил музыку и занятие ею. Первые лет восемь для музыканта - это период становления, но многим детям ежедневные, многочасовые занятия не нравиться. И мне, конечно, тоже не особо нравилось столько сидеть за фортепьяно, мне нравился и футбол, и баскетбол. Ребята постоянно звали после школы поиграть во дворе. Я рвался на улицу, чтобы порезвиться с остальными ребятами, но мне надо было хотя бы пару часов позаниматься музыкой. Приходилось часто лишать себя удовольствия погонять мяч во дворе, но как оказалось впоследствии, я не зря проводил по много часов в день за игрой на фортепьяно. Это как у спортсменов, постоянно приходится тренироваться, чтобы стать лучше в своем деле. Но меня не заставляли, я сам с удовольствием ходил на занятия и понимал, как это необходимо для будущего.

Ф.А: А когда ты впервые сыграл на сцене с оркестром?
 

М.Г: Первый раз я сыграл с камерным оркестром, когда учился еще в восьмом классе. Был конкурс на право сыграть с камерным оркестром, конкуренция с учениками из других классов, даже старших, но я его выиграл. Играли мы тогда концерт Баха, а дирижером был Теймур Гегчаев.

Ф.А: Как произошла первая встреча с Фархадом Бадалбейли?

М.Г: Я помню, как после этого концерта с камерным оркестром меня повели к двум профессорам. Это были Эльмира ханым Назирова, и Фархад Шамсиевич. Они мне очень помогли в период становления. Через год, в мае 1989 года, я уже играл с симфоническим оркестром Рауфа Абдуллаева. Профессора, педагоги в школе и великие музыканты прошлого и настоящего позволили мне стать успешным музыкантом.

Ф.А: Встреча с твоей супругой тоже связана с музыкой?

М.Г: Моя супруга тоже музыкант, она - пианистка и окончила школу Бюль-Бюля. После окончания аспирантуры в Париже, я вернулся в Баку и пришел в родную консерваторию, чтобы продолжить свою педагогическую деятельность. Там мы и познакомились. Моя супруга тоже из музыкальной семьи. Ее отец - замечательный тарист, заслуженный артист Фикрет Вердиев. Ее дедушка - один из корифеев народного мугамного творчества Хан Шушинский.

Ф.А: Твоя творческая жизнь проходит довольно гладко. Тебе рукоплещет Япония, Германия, другие европейские страны. Тяжело было добиваться такого успеха и признания?

М.Г: Если есть фанатизм, любовь к искусству, то можно добиться высот на этом поприще. Конечно, не все дается так просто и так быстро. Для достижения результатов приходится много работать над собой. Думаю, вам это довольно хорошо знакомо. В любом случае жизнь музыканта подвержена трудностям, это и физически тяжело. Все время проводишь на гастролях, учишь новые программы. Такой ритм жизни иногда утомляет, но насколько такая жизнь непроста, настолько и интересна. И мне никогда не надоест снова и снова садиться за фортепьяно и играть для ценителей красивой музыки.

Ф.А: Многие яркие представители мировой классической музыки довольно богатые люди. А как у тебя с финансами?

М.Г: По правде говоря, самое главное для меня - это быть богатым нравственно. Все остальное у меня есть, я всем доволен. У меня есть любимая семья и мое творчество. Мне нравится жить богатой творческой жизнью.

Ф.А: Есть еще такие страны, которые ты пока не покорял?

М.Г: Недавно я играл в Англии, мне посчастливилось там выступать. А до этого, уже второй раз я был в Будапеште, и это потрясающий город. Там, как и в Париже, каждый дом - застывшая музыка. Но осталось много мест, где я бы с удовольствием сыграл. Конечно, мечтой остается сыграть в Карнеги-холл в Нью-Йорке. Многие музыканты почтут за честь выступить в этом замечательном храме музыки. Иногда хочется поехать в новые страны, а иногда - вернуться в туда, где тебя любят и ждут.