Значение Хартии США-Азербайджан выходит за рамки двусторонних отношений

Подписанная между Азербайджаном и США Хартия о стратегическом партнерстве фиксирует стремление сторон перевести отношения в более институционализированную и предсказуемую плоскость. Подобные документы важны тем, что закрепляют принципы взаимодействия, определяют сферы координации и создают механизм регулярных консультаций. Для Баку это шаг к закреплению статуса значимого регионального актора, обладающего собственной стратегической повесткой и способного вести диалог с глобальными центрами силы на равноправной основе.

Об этом сказала в беседе с Day.Az американский юрист, аналитик и правозащитник Ирина Цукерман.

В двустороннем измерении Хартия формирует более устойчивый каркас отношений. Ранее сотрудничество между Баку и Вашингтоном часто зависело от конкретных задач и внешнеполитической конъюнктуры. Институционализация взаимодействия позволяет снизить зависимость от ситуативных факторов и закрепить направления сотрудничества в области безопасности, энергетики, цифровой инфраструктуры, транспортных коридоров и экономической модернизации. Это создает условия для долгосрочных проектов, которые требуют политической устойчивости и взаимного доверия.

Для Азербайджана документ расширяет возможности стратегического маневра. Южный Кавказ остается регионом пересечения интересов Турции, России, Ирана, Европейского Союза и США. Формализованное партнерство с Вашингтоном укрепляет позиции Баку в многоуровневой дипломатии, позволяя диверсифицировать внешние связи без резкого изменения базовых приоритетов. Это соответствует традиционной линии Азербайджана на проведение многовекторной политики, в которой ключевым принципом остается сохранение суверенного контроля над решениями в сфере безопасности и экономики.

Для США Хартия открывает дополнительный канал влияния в регионе, который имеет значение для энергетической безопасности Европы, развития Транскаспийских маршрутов и стабильности южного фланга постсоветского пространства. Азербайджан играет роль транзитного узла для энергоресурсов, соединяющих Каспийский бассейн с европейскими рынками, а также является элементом более широкой логистической архитектуры, связывающей Центральную Азию, Кавказ и Турцию. Расширение диалога по этим направлениям усиливает возможности Вашингтона участвовать в формировании инфраструктурной повестки.

В контексте формирования нового миропорядка значение Хартии выходит за рамки двусторонних отношений. Глобальная система переживает перераспределение влияния, рост региональных центров силы и усиление роли средних держав. Азербайджан демонстрирует стремление закрепиться в категории государств, которые не являются объектами внешней политики крупных игроков, а формируют собственные коалиции и инициативы. Подписание документа с США отражает тенденцию к более гибкой, сетевой архитектуре международных отношений, где партнерства строятся по тематическим направлениям, а не по жесткой блоковой логике.

Особое значение имеет положение о расширении оборонного сотрудничества. Оно может включать в себя обмен опытом, подготовку кадров, развитие стандартов управления, модернизацию систем связи, взаимодействие в сфере морской безопасности на Каспии, кибербезопасность и борьбу с транснациональными угрозами. Подобные форматы не обязательно предполагают создание военных баз или союзнические обязательства, однако они повышают уровень совместимости и расширяют каналы профессионального взаимодействия между военными структурами.

Вопрос о 907-й поправке к Акту в поддержку свободы остается политически чувствительным. Эта поправка ограничивает прямую государственную помощь Азербайджану со стороны США, за исключением случаев ежегодного президентского освобождения от ее действия. На протяжении многих лет администрация США применяла механизм временной приостановки действия поправки, аргументируя это интересами национальной безопасности. Расширение оборонного сотрудничества в рамках Хартии может свидетельствовать о намерении продолжать использовать этот механизм, однако само по себе оно не означает автоматической отмены поправки на законодательном уровне.

Полное снятие 907-й поправки требует решения Конгресса, что связано с внутренними политическими факторами и балансом интересов различных групп влияния. Даже при наличии стратегического интереса к углублению партнерства исполнительная власть ограничена рамками законодательной процедуры. В практическом плане стороны могут расширять сотрудничество через программы, которые подпадают под действующие исключения, а также через многосторонние инициативы и коммерческие контракты в сфере оборонной промышленности.

Таким образом, судьба 907-й поправки не предопределена автоматически подписанием Хартии. Документ создает политическую рамку для углубления взаимодействия, но юридическая трансформация требует отдельного процесса. Более вероятным представляется продолжение практики временных освобождений при одновременном наращивании фактического сотрудничества по конкретным направлениям.

В более широком стратегическом контексте Хартия отражает стремление США укрепить связи с государствами, обладающими растущей самостоятельностью и региональным влиянием. Азербайджан, в свою очередь, закрепляет позицию страны, способной вести диалог одновременно с несколькими центрами силы и интегрироваться в различные экономические и инфраструктурные форматы. Это соответствует текущей конфигурации международной системы, в которой устойчивость достигается через сеть партнерств, а не через единый доминирующий порядок.

Реальная роль документа будет зависеть от того, насколько последовательно стороны наполнят его конкретными инициативами. В энергетике это может означать расширение инвестиций в возобновляемые источники и развитие газовой инфраструктуры. В сфере безопасности это предполагает профессионализацию взаимодействия и повышение прозрачности процедур. В экономике и технологиях речь может идти о привлечении американских компаний к модернизации инфраструктуры, цифровизации и развитию человеческого капитала. Именно практическая реализация определит, станет ли Хартия поворотным моментом или останется декларативным этапом эволюции отношений.

Лейла Таривердиева