"Воскресное чтиво" на Day.Az: "Последний полет" В рамках рубрики "Воскресное чтиво" Day.Az представляет рассказ "Последний полет" нашего постоянного читателя Ильи Малышева.

 

Мы призываем наших читателей продолжать посылать на электронный адрес office@day.az различные публикации, касающиеся искусства, истории, культуры, этнографии, традиций Азербайджана, и многих других областей жизни нашей страны, а также свои рассказы, ранее не печатавшиеся в прессе.

Летняя пора скидок подходила к концу, и мне повезло, что успел приобрести авиабилет по низкой цене. Недельная командировка по работе вынуждала оставить любимую жену и славную дочурку. Они у меня замечательные. Десять лет брака и почти ни одной серьезной ссоры. Девятилетний ангел - моя дочка, не хотела меня отпускать, говоря, что чувствует тревогу. Признаться, ее беспокойство передалось и ко мне, когда я за день до вылета заглянул на пляж попрощаться с морем.

Тогда мне показалось это немного странным - был мертвый штиль, я стоял на пустынном берегу и смотрел вдаль на линию горизонта. И в ту минуту почему-то возникла мысль, что я больше не увижу моря, этих мирных волн, которые тихо накатывались на берег, а затем отступали, чтобы накатиться вновь. Но отказаться от командировки я уже не мог. Как часто складывающиеся жизненные обстоятельства заглушают возникающее душевное беспокойство, в нас словно включается подсознательная сигнализация, бьющая тревогу, но мы не обращаем на это должного внимания.

Щемящее чувство расставания постепенно переросло в безумную радость от предстоящего путешествия. Я раньше часто летал на самолетах и самый пик удовольствия получал, когда самолет, разгоняясь по взлетно-посадочной полосе, отрывался сначала передней стойкой шасси, а потом, проехав еще пару метров, и задними шасси. И вот в эту самую секунду, когда происходил отрыв от земли, возникало чувство неописуемого восторга от взлета, сердце от восхищения готово было выскочить из груди, а внутренний голос дико кричал - "мы летим, мы летим!".

Конечно, в следующие секунды происходил перепад давления, уши слегка закладывало, и неведомая сила прижимала к сидению, но потом, когда самолет набирал нужную высоту и выравнивался, радость пропадала. И если бы не шум от работающих реактивных турбин самолета и непреодолимое желание посмотреть в окошко иллюминатора, за которым можно было увидеть белоснежную равнину облаков, то могло показаться, что ты едешь и слегка покачиваешься в общественном транспорте.

Кто бы мог подумать, что это было мое последнее путешествие и испытанное чувство восторга переросло в жуткий страх за свою жизнь. Но в самолете, ровным счетом, как и в любом другом пассажирском транспортном средстве, созданным человеком, невозможно самому отвечать за управление и приходится полагаться на профессионализм тех, кто ими управляет. Это означает, что нас вынуждают смириться с так называемым понятием - "человеческий фактор", а оно может проявить себя в любой момент.

В ту минуту, когда самолет оторвался от взлетно-посадочной полосы и начал набирать нужную высоту, сработала аварийная сигнализация ССОС (системы предупреждения об опасном сближении с землей). Этот тревожный звук проник глубоко в душу и пробудил инстинкт самосохранения, но возникшее чувство беспомощности в сложившейся ситуации попыталось подавить его. Однако когда самолет задрожал и сильно накренился налево, выпали кислородные маски, я инстинктивно понял, что надо лечь на кресла и пристегнуть себя оставшимися от свободных сидений ремнями безопасности и надеть кислородную маску (два кресла около меня были пусты).

Под оглушающие крики паникующих пассажиров я глубоко вдыхал кислород, а в голове крутилась только одна мысль - "только бы выжить... только бы выжить...".

Однако, приобретая посадочный талон на авиарейс, кто-нибудь из нас требует у оператора авиакомпании в аэропорту возможность выбрать те места, где мы хотели бы сидеть? Вот и я не попросил, чтобы меня посадили в хвост самолета. А ведь существуют теории, что при крушении выживали те, кто находились в хвостовой части самолета. Но разве нужны эти теории обычным людям? Гораздо интересней сидеть напротив крыла, чтобы смотреть вниз на Землю, но это небезопасно, ведь общеизвестно, что топливные баки находятся непосредственно в крылья, и у тех, кто сидит рядом с ними, очень мало шансов выжить. Так случилось и со мной. Поскольку самолет не набрал высоты, он накренился и левым крылом чиркнул о землю - последние мои ощущения были - оглушивший взрыв, красная вспышка и нестерпимый жар, который проник сквозь меня...

Смерть... Что это? В детстве я потерял близкого человека. Это был несчастный случай - на детской площадке электромонтеры забыли заизолировать оголенный силовой кабель от уличного фонаря - я бежал впереди и проскочил опасность, но друг... Тогда я осознал смерть - понятие, которое несет в себе определенный смысл. Означает, что мы уже никогда не увидим и не услышим в реальном времени того, кто ушел из нашего Мира. Позже, повзрослев, читая сводки новостей и наталкиваясь на статьи о жертвах чрезвычайных происшествий, я не испытывал никакого сочувствия к ним (одна смерть - трагедия, миллион смертей - статистика), считая, что они сами виновны в том, что с ними произошло. Как же я ошибался. Виноваты не беспомощные жертвы, а те, кто совершает ошибки, уносящие столь огромное количество людей.

...Я знал, что у меня после того, как погиб, всего три дня, чтобы в последний раз попрощаться с теми местами, которые были дороги мне при жизни. Я отправился к своей семье, но, увидев их, я не чувствовал скорби и жалости, что они остались без меня. Мой ангел, дочка, сидела за столом и дорисовывала акварельными красками свою картину. Мужчина держал на руках девочку, а его обнимала женщина. (Это была моя семья). Мне никто не говорил, но я понимал, что мой путь на Земле должен был быть окончен именно так - на роду было написано. Я выполнил свое предназначение и теперь уходил в небытие...