"Воскресное чтиво" на Day.Az: "Шурик"
В рамках рубрики "Воскресное чтиво" Day.Az представляет эссе "Шурик" нашей постоянной читательницы Матанат Тагиевой.

 

Мы призываем наших читателей продолжать посылать на электронный адрес office@day.az различные публикации, касающиеся искусства, истории, культуры, этнографии, традиций Азербайджана, и многих других областей жизни нашей страны, а также свои рассказы, ранее не печатавшиеся в прессе.

 

Покинутая судьбой, бросившая любимого, Айтекин направилась к метро. Шла она медленно, как бы прощаясь с улицами, по которым ей больше не предстояло ходить.

Уже у турникетов ее обдало приятным теплом, иссушившим всю ее печаль. Плавно высаженная эскалатором, она направилась к платформе. Первый состав приехал набитый до отказа, что девушка не смогла протиснуться через толпу спешивших из вагонов и обратно людей.

На удивление следующий поезд был почти пуст. Она вошла без проблем и устроилась поудобнее. Пересаживаться на следующей станции, как следовало ожидать, девушка не собиралась. Вытащив сим-карту из телефона, она согнула ее пополам. Тихий хруст растворился в шуме колес. Поезд то набирал, то замедлял ход, то опять ускорял движение. Совсем, как двадцатая соната Бетховена.

Что за соната? Кто ее пел? Нет, это не песня. Это же та мелодия, которую Мудавим играл у тети. Она отогнала мысль о сонате и ее исполнителе, от которого бежала прочь, рвалась вперед, чтобы никогда не выйти из подземки. Такого не бывает. По крайней мере, она искала средство спасения от любви.

- Шурик! Шурик! Шурик! - подпевала она в такт поезду. Шурик, ты мое спасение. К тебе лечу! К тебе лечу!

Айка вышла из поезда примерно через двадцать минут. Интересно, здесь ли Шурик. На платформе показалась знакомая дежурная! Значит, Шурик тоже здесь.

Шуджаят была двоюродной сестрой Айтекин, старше ее лет на пятнадцать.

- Добрый вечер, - пыталась она вспомнить имя дежурной.

- Галина Алексеевна, - сказала женщина. - Здравствуй, Айтекин.

- Айкуша! - схватила ее Шуджаят. - Какими судьбами?

Айтекин сообщила о смерти хозяйки.

- Галюша, у тебя есть на примете кто-то?

Галина пожала плечами.

- Секундочку, сама обмозгую, к кому пришить тебя.

- Я не хочу работу у богачей, - пролепетала Айтекин. - Хочу забыть все деньги на свете, просто хочу быть самой собой.

Шуджаят слышала краем уха о любви кузины к молодому певцу. Оглядев ее с головы до ног, она захохотала:

- Ты что, офигела? В метро хочешь работать? Твой певунчик так высоко взлетел, что в метро не ездит?

- Наверху одно место освободилось, - заметила Галина Алексеевна.

- Я хочу как можно глубже, на рельсы, как она, - указала девушка на кузину.

- Ну это работа не для соплячек, - выпалила Шуджаят. - Дежурной не хочешь?

- Сойдет для начала, - согласилась Айтекин.

Галина Алексеевна взяла бразды правления в руки:

- Детка, метро тебе не шутка. Тут не проходят папины знакомства, дядины связи, дедушкины звонки. Главное здесь - профессионализм, знание дела. Ты должна вооружиться терпением и хладнокровием.

- И хваткой, как у ястреба, - перебила кузина.

- Шура права, - продолжила было дежурная.

- Шурик, - поправила Шуджаят.

Это была бестактная женщина. После развода она устроилась в метро, меняя провода, выходившие из строя от высокого напряжения. На работу она добиралась из "Вишневки". Вообще-то, к своим обязанностям она приступала после закрытия входных дверей. Но надо было явиться немного раньше, чтобы получить "порцию" медных проводов. Поскольку Шурик ездила издалека, чтобы не опоздать, она приходила намного раньше.

- Всё, хватит лекций. Приступим к делу.

Подруги подвели Айку к позиции кабины машиниста. В этот момент медленно приближался поезд. Шурик сняла туфли и держала в руках, как бы демонстрируя, что сядет в вагон босиком. Айтекин, не понимая, что происходит, покатилась со смеху.

Двери закрывались, и плутовка подбросила туфли, одну за другой в проем между поездом и платформой.

- Привет, Шурик, - высунул голову из кабины машинист. - Военные учения?

- Тебе то что?

- Барышня не справится, - ехидно ухмыльнулся он.

- А ну, вали отсюда! - пригрозила Шурик пальцем, будто машинист и вправду намеревался стоять и смотреть.

Зато Галина Алексеевна вздохнула с облегчением:

- Как хорошо ты его отвлекла. А то он вечно орет в микрофон: "Отпустите двери! Не задерживайте поезд", даже ночью, когда пассажиров мало.

- Галюш, живее! Палку сюда. Айкуша, смотри!

Шурик в мгновение ока достала брошенную туфлю.

Айтекин надела резиновую перчатку, взяв у Галины трость с похожим на подкову крюком, не хуже кузины подняла вторую туфлю.

- Моя школа! - воскликнула та и запрыгнула от радости. - Кати на хату! Я тапшану тебя.

- Воодушевленная, Айтекин заявила:

- Здесь тапши и знакомства не проходят. Главное - сноровка и любовь к делу.