"Воскресное чтиво" на Day.Az: "Пенсия"
В рамках рубрики "Воскресное чтиво" Day.Az представляет рассказ "Пенсия" нашего постоянного читателя Джафила.

 

Мы призываем наших читателей продолжать посылать на электронный адрес office@day.az различные публикации, касающиеся искусства, истории, культуры, этнографии, традиций Азербайджана, и многих других областей жизни нашей страны, а также свои рассказы, ранее не печатавшиеся в прессе.


 

Никто не знал, откуда он появился в деревне. Высокий худой молодой человек, на вид ему было не больше тридцати. Он остановился у скамейки, на которой сидел пятилетний мальчик с грустным лицом.

Сначала пришелец погладил малыша по голове, потом почему-то уложил его на живот. Затем он провел рукой по позвоночнику ребенка, задерживаясь с легким нажимом в некоторых точках. Опять усадив малыша на скамейке, он еще раз погладил его по голове и что-то шепнул на ухо. Расставшись, молодой человек помахал мальчику рукой. Ребенок тоже взмахнул в ответ и улыбнулся.

Все это наблюдала из окна соседская девочка-подросток. Она сразу побежала в дом напротив и рассказала об увиденном матери мальчика. Удивленная женщина тут же выскочила во двор, но вдруг замерла от неожиданности, а потом и вовсе упала без чувств. Ее сын стоял возле скамейки и улыбался. Он не делал раньше ни того, ни другого.

Слух о странном молодом человеке охватил горную деревню почти незамедлительно. Путника тащили то в один дом, то в другой, и везде повторялась схожая картина - поглаживания, похлопывания, нашептывания. Больному становилось легче, он неожиданно начинал верить, что обязательно поправится.

Денег странный лекарь не брал, и это тоже сразу стало известно всем жителям деревни. В знак благодарности люди предлагали ему поесть, и парень старался не огорчать хозяев. Напомнив, что ничего не может взять с собой, он тепло прощался со всеми. У кого-то болела спина, других беспокоили проблемы с желудком, кому-то было тяжело от болей в области сердца. Расставаясь, лекарь просил молиться за всех больных и благодарить Бога за выздоровление.

Так, от дома к дому, он почти дошел до конца деревни, когда молодого человека остановила старушка. Высказав стандартный набор благодарностей за всех, кому он сегодня помог, женщина попросила взглянуть на дочь ее соседки. Парень привычно кивнул и в сопровождении старушки направился к указанному дому.

В скромно обставленной комнате царили удивительный порядок и чистота. Печальная хозяйка дома была необычайно красива, а ее дочь также необычайно на маму похожа. Вот только волосы у дочери были немного светлее. От матери, кроме возраста конечно, девушка отличалась еще и крайне болезненным видом.

Едва взглянув на дочь, юноша понял, что это та самая его половина, которую он ждал столько лет, и что продолжить свой путь сегодня ему не удастся. Лекарь осмотрел девушку внимательнее и немного помрачнел.

- А кто лечил ее? - спросил молодой человек, повернувшись к женщинам.

Мать и старушка переглянулись, вздохнули, но ничего не ответили. Парень подошел к девушке поближе, но та явно смутилась и покраснела. Смутились и юноша, и мать девушки. Тогда старушка сделала всем троим знак, означающий, что для беспокойства нет причин и что парень может продолжить.

Путник сказал, что зовут его Сабир, и попросил девушку лечь на диван лицом кверху. Он участливо посмотрел на дочь хозяйки, потом попросил закрыть глаза и рассказать немного о себе. Пока Зарифа говорила, Сабир вначале положил обе ладони ей на виски, потом на живот, потом на грудь, а потом - опять на виски. Зарифа тем временем рассказывала, как окончила школу, как два года пыталась поступить на медицинский факультет, как отец всегда успокаивал ее, и как ей теперь трудно без него. Сабир попросил Аллаха дать им терпения, и наполнить светом могилу внезапно скончавшегося полтора года назад отца Зарифы. В свою очередь, трое женщин хором попросили Аллаха смилостивиться над всеми усопшими родственниками Сабира.

Затем все уселись за стол пить чай с вареньем. Матери было приятно видеть легкий румянец на щеках дочери и улыбку на ее лице, когда Зарифа рассказывала Сабиру об ухищрениях абитуриентов на вступительных экзаменах.

Молодой человек рассказал, что родился и вырос в столице, и так получилось, что никогда не бывал на родине своего деда по отцу. Сабир с детства мечтал навестить ее и почему-то обязательно пойти туда пешком. Он находился в дороге уже три дня и надеялся прибыть к цели завтра. С ночевкой проблем не возникало, за небольшую плату всегда можно найти ночлег.

- Мне надо посмотреть Зарифу еще раз завтра утром. Бабушка Сакина, где я мог бы переночевать?

Старушка замахала руками, поясняя, что вопрос уже решен. В каждом доме, по обычаю, есть комната, всегда готовая к приему гостей. Была такая комната и у одинокой Сакины. Ее единственный сын жил далеко за пределами своей родины и не гостил у матери уже почти двенадцать лет.

Но утром к этому дому подъехала машина с участковым и Сабира отвезли в отделение полиции. Там его ждал громадных размеров грозный полковник. Офицер с интересом смотрел на щуплого парня. До пенсии полицейскому оставалось совсем немного, поэтому он знал, что ошибок допустить не может.

- Сюда очень легко попасть, а выйти отсюда трудно, - сурово начал полковник.

- У меня нет денег, и я не сделал ничего плохого, - не поднимая голову, тихо отозвался Сабир.

- Здесь я решаю, что хорошо, а что плохо, - строго глядя в глаза парню, перебил его полицейский.

Неужели из-за этого никчемного человека он должен был бросить все дела и с утра проехать свыше двадцати километров? И это в нерабочий день. Ясно же, вряд ли этот юноша способен на преступление. Но и игнорировать звонок из столицы полковник никак не мог, ведь он отвечал за порядок во всем районе.

- Что молчишь? Давай, говори кто такой, что здесь делаешь, откуда пришел, - страж закона недовольно сжал свои огромные кулаки.

Сабир коротко ответил на все прозвучавшие вопросы.

- А теперь, - офицер подошел вплотную и больно схватил своими тяжелыми руками плечи Сабира. - теперь подробно расскажи про весь вчерашний день.

Сабир выполнил и эту просьбу полицейского.

- Ты что, экстрасенс? - удивился полковник, когда Сабир замолчал.

- Нет, я сам не знаю, как это получается. Просто представлял, что передо мной беспомощный ребенок, младенец. Там где под рукой не так тепло, надо слегка нажать и погладить. Вот и все.

Полицейский задумался. Ему приходилось общаться с разного рода людьми. С теми, кто намеренно нарушал закон, ибо не дорос до понимания вреда беззакония, его разговор был коротким. Такие на всю жизнь запоминали вес его кулака. Тем, кто оступился случайно, в порыве эмоций, предлагалось ознакомиться с размерами кулака с минимально возможного расстояния. О весе кулака, к счастью, они должны были догадаться сами. Для всяких плутов, мошенников и прочих любителей выходить сухими из воды за чужой счет, вполне достаточно было лишь грозного взгляда. Результат такого общения получался неизменно одинаковым, представители всех трех групп предпочитали никогда больше с полицейским не встречаться. Для всех остальных полковник оставался милейшим и образованным человеком с широким кругозором и смелыми взглядами на жизнь.

В этот момент зазвенел мобильный телефон. Прижав его к уху, полковник стал хмуриться и сжимать губы.

- Хорошо, - наконец сказал офицер и отложил телефон в сторону. - Ты не был со мной до конца откровенен. Почему ты не сказал, что девушку лечили до тебя?

Полковник с недовольным видом нажал на кнопку, и вошедший участковый увел парня в другую комнату.

Когда минут через пятнадцать лекаря вернули в помещение, он успел заметить выходящего оттуда приветливого мужчину, который почти закрыв глаза, тут же привычно расплылся в широкой улыбке. Казалось, он чрезвычайно рад видеть Сабира, пусть они и не знакомы. На секунду Сабир испытал чувство необъяснимой симпатии к незнакомцу.

Начальник полиции района сидел за столом и задумчиво смотрел на свои руки. Он не привык тянуть с принятием решения, предпочитая всю свою энергию расходовать на действия, а не на раздумья. Но тут был другой случай. Человек, вышедший из кабинета, не подпадал ни под одну из описанных категорий людей. Это был представитель немногочисленной, слава Богу, группы, которую полковник называл "серыми кардиналами". Боясь ответственности, они чаще скрываются за спинами тех, которых незаметно толкают к пропасти. Свой крайний эгоизм индивидуумы этой группы прикрывают чрезмерный слащавостью, а безликость - лицемерием.

"Такие люди или тяжело больны, либо тайно ненавидят окружающих", вспомнил полковник цитату из своего любимого произведения. Подобных субъектов непросто схватить за руку, ибо у них всегда наготове куча бумаг и фальшивых свидетелей, подтверждающих, что именно в тот момент они были похищены, скажем, инопланетянами, или находились, к примеру, на Луне.

Каждому жителю описываемой нами деревни земляки для удобства придумывали кличку. Обижаться на эти нередко смешные прозвища, было не принято. Человека, пожелавшего встретиться ранним утром с полковником, почему-то все звали Кафир. В деревне гораздо труднее скрыть от людей свои намерения, тут каждый на виду. Но лишь единицы знали, что Кафир давно положил глаз на мать Зарифы. Полковник был в числе знающих.

Загадочная болезнь девушки с неправильным лечением, внезапная смерть ее отца, раздраженный звонок высокого столичного чина воскресным утром и, наконец, визит Кафира - профессионально выстраивались в мозгу полковника в ясную и трудно доказуемую цепочку. "А до пенсии всего два месяца", - подумал офицер и тяжело вздохнул.

- Слушай меня внимательно, - полковник строго смотрел на Сабира. - Тебя сейчас отвезут обратно в город, и ты будешь там тихо сидеть у себя дома.

Полицейский замолк на несколько секунд, наблюдая за реакцией собеседника.

- Я передам твой телефон Зарифе, - добавил он усмехнувшись.

- Мне так и не сказали, кто ее лечил, - пожал плечами Сабир. - Какая разница, он все равно пожнет, что посеял - с моей помощью или без нее. Мне надо обязательно посмотреть Зарифу еще раз сегодня.

Полковник нахмурился и угрожающе приподнялся со своего стула.

- Давно у вас там боли? - как ни в чем ни бывало, спросил юноша.

Служитель закона растерянно замер, не понимая о чем речь. Когда до него, наконец, дошел смысл сказанного, полицейский смутился и молча кивнул.

Сабир подошел к полковнику, сделал несколько пассов руками, затем секунд на десять приложил свои ладони к его пояснице. Офицер испытал странные ощущения и выскочил в коридор.

- Не болело, - минуты через две радостно сообщил он, вытирая мокрые руки.

- Пусть идет куда хочет, я возвращаюсь, - выйдя в соседнюю комнату, бросил полковник удивленному участковому, и демонстративно отключил свой мобильный телефон.

"Ничего они мне не сделают, все равно скоро на пенсию", с улыбкой подумал офицер.

У дома его ждал встревоженный заместитель:

- Вас из министерства разыскивают, не могут дозвониться. Просили срочно поехать на место происшествия. Водитель не справился с управлением, в столб врезался. Травма тяжелая, если выживет, останется парализованным. Имя какое-то странное у него - Кафир. Пассажиров не было.

- Мне скоро на пенсию, - задумчиво произнес полковник. - Ты езжай.