Политолог Юрий Сигов: «Американцы относятся к Азербайджану как к одной из важных стран для себя в зоне Каспия»
- Министры обороны Азербайджана и России на днях совершили ознакомительный визит на Габалинскую РЛС, что вновь реанимировало обсуждения в СМИ российской идеи о совместной с американцами эксплуатации этой станции как решение глобальной проблемы ПРО. Как Вы считаете, отнесется ли президент Обама к этой идее благосклонней, нежели его предшественник Буш-младший?

- Я думаю, для американцев совместное использование РЛС в Габале вообще не является приоритетом. Проблема состоит в том, что американцы, как и китайцы, не стремятся что-либо с кем-то делать совместно. У американцев есть конкретная организация - НАТО, где они играют главенствующую роль и могут практически все основные вопросы проконтролировать. Я бы сказал, это вопрос не взаимопонимания, а взаимозависимости, на основе которой решаются все проблемы.

- Считаете, что и в вопросе Габалы США и Россия не доверяют друг другу?

- С Россией элемент доверия отсутствует изначально как таковой. То есть нет такого, чтобы то, что делают российские представители, воспринималось бы американцами как действия союзника. Американцы все время ищут подвох. То же самое отношение и с российской стороны. Поэтому предложение американцам использовать что-то совместно обречено. Да, они могут сказать, что "мы это обсудим", но они на это никогда не пойдут.

Если им действительно нужна какая-то станция или пункт слежения, им проще заплатить деньги тому же Азербайджану, построить там то, что они хотят, посадить туда своих людей, и следить за чем угодно. Они никогда ничего не будут делать совместно. Здесь, повторяю, абсолютная аналогия с Китаем. Эти страны самодостаточны, поэтому им нет просто смысла использовать что-то совместно.

Другой вопрос в том, что касается Ирана, для США и России это действительно непредсказуемая страна. При этом нет разницы, что у США связи с Ираном вообще отсутствуют, а у России они достаточно тесные. Россия также ничего не может просчитать с иранцами, как и американцы, не имеющие контакта. Поэтому в данном случае между США и Россией должен быть разумный контакт на той основе, что речь идет об общении с непредсказуемой страной, от чего могут пострадать все.

США больше всего боятся непосредственной угрозы со стороны Ирана. Хотя в США по самым скромным подсчетам проживает 2,5 млн. иранцев, причем эти люди находятся в очень приличном статусе - политическом, экономическом. Я бы не стал называть их пятой колонной, но это люди, которые живут у них стране достаточно долгое время и хорошо Америку знают. Россия имеет в этой ситуации более уязвимую позицию, потому что Иран достаточно близко находится к ней. Иран - большая страна с большим населением, она влияет на многие вопросы, в том числе на Каспий, куда выходит и Россия.

И непредсказуемость политики Тегерана должна больше волновать Россию, чем Америку. Но тут между Москвой и Вашингтоном по Ирану взаимопонимания быть не может. Потому что у России сейчас огромные экономические интересы в Иране, Москва получает деньги за оружие, строительство АЭС, планирует еще получить заказы на иранские объекты. А у американцев нет в Иране никаких экономических интересов. Как только у Москвы будут попорчены отношения с Ираном, иссякнет этот долларовый поток. У американцев же с Ираном отношения хуже, чем сейчас, быть не могут.

Короче говоря, взаимная обеспокоенность у Вашингтона и Москвы касательно Тегерана есть, но как они смогут сладить, я просто не вижу вариантов.

- Значит, на Ваш взгляд, ожидаемой "перезагрузки" американо-российских отношений не будет?

- Я думаю, перезагружать отношения можно тогда, когда они существуют. На самом деле отношения очень специфические. Они вроде бы есть, и в то же время, к сожалению, их нет. Прежде всего, как я уже отметил, нет взаимного доверия, оно полностью отсутствует как на самом верхнем уровне, так и на уровне отдельных взаимодействующих структур. Речь идет о политических контактах, военном взаимодействии и практически мизерная взаимная торговля.

Если мы посмотрим на отношения Китая и США (более разных стран, вроде бы, трудно себе представить), то они развиваются за счет очень мощной экономической базы и полного взаимодействия в торгово-экономической и финансовой сфере. А на уровне России этого нет, потому что нет базы для этого и, как я уже сказал, нет сотрудничества в области доверия.

Сам по себе факт визита президента Обамы в Москву очень важен, потому что лучше хотя бы один раз встречаться, чем не встречаться вообще. То, что есть какое-то понимание необходимости взаимодействия, это отрадный факт. То, что это взаимодействие по-прежнему не функционирует - это отрицательное явление. Поэтому, конечно, с точки зрения какой-то перезагрузки, мне кажется, это большая политическая дымовая завеса, за которой на самом деле мало что существует.

- Насколько серьезны, на Ваш взгляд, американо-российские противоречия по Грузии?

- Я думаю, у них по Грузии вообще полностью нестыкуемые позиции. Как на уровне большой политики, так и на уровне видения всего постсоветского пространства, которое Россия по-прежнему рассматривает как зону своего влияния, причем это не зависит от того, с какой страной у нее хорошие отношения, а с какой плохие. Зоной повышенного внимания и влияния являются и Украина, и Казахстан, и Молдова, и Азербайджан. Вопрос в том, что для американцев Азербайджан или Казахстан - это сегодня такие же независимые страны, как Лаос, Кампучия или ЮАР. А для России это не совсем независимые страны, а зона особых интересов.

В этом причина полной нестыковки и понимания двух сторон, и, как следствие этого, - и действий. Если американцы относятся, скажем, к Азербайджану как к одной из важных стран для себя в зоне Каспия, то Россия относится к нему как к своему ближайшему соседу, где подавляющее большинство населения говорит на русском языке, где президент учился в московском вузе и так далее. Это совершенно другой подход. Поэтому общее философское понятие отношений на постсоветском пространстве полностью различно.

То же самое касается Грузии. Там, где Россия видит угрозу своим интересам, американцы считают, что Грузия - независимое государство, которому никто не должен выбирать путь развития.

Проблема еще состоит в том, что вина за потерю для России Грузии - а это, на мой взгляд, потеря на достаточно длительное время - лежит вовсе не на грузинском президенте. Не секрет, что прежние руководители Грузии тоже не отличались лояльным отношением к Москве. Проблема состоит в том, что в 1991 году именно Россия, а не Грузия развалила СССР. Собирать земли, а не раздавать их, надо было в 1991 году.

На сегодняшний день серьезнейшая проблема в том, что в России абсолютно нет концепции относительно того, что и как делать с этим постсоветским пространством, которое уже состоялось. И Грузия в том числе. Плохое там государство, плохой там президент - это уже не имеет значения. Он такой, который устраивает живущее в этой стране население, и с этим либо надо смиряться, либо его надо свергать, одно из двух.

Если люди там живут так, как они хотят, значит, с этим надо считаться и сотрудничать с этими людьми, а не рассматривать эту территорию как упущенную в 1991 году. Еще раз напоминаю, что Союз развалился, подталкиваемый к этому Москвой, а не кем-то другим.

В Кремле этого понимания нет, и когда другие постсоветские республики не понимают, в чем состоит российская позиция, они тоже, в свою очередь, начинают проводить свою, на российский взгляд, "странную политику".

С Грузией, на мой взгляд, отношения минимум, на одно поколение, испорчены, и даже при наличии какой-то торговли, каких-то контактов, при достаточно тесном культурном родстве России и Грузии, на государственном уровне проблемы будут сохраняться, кто бы не пришел дальше к власти в Тбилиси.

Заур
Day.Az

Новости по теме:

Расим Мусабеков: "Россия заинтересована платить Азербайджану не живыми деньгами, а военными поставками"

Сафар Абиев: "Если карабахский конфликт не будет разрешен мирным путем, военного противостояния не удастся избежать"

Президент Азербайджана принял министра обороны России - ОБНОВЛЕНО