Армянское лобби диктует Парижу политику на Кавказе - АНАЛИТИКА от Эльчина Алыоглу
Автор: Эльчин Алыоглу, директор Baku Network, специально для Day.Az
Скандальное видео с участием главы французского региона Овернь - Рона - Альпы Лорана Воцье вызвало бурю возмущения в дипломатических кругах. Французский политик, известный своими крайне правыми взглядами и антимигрантской риторикой о "национальном достоинстве", превратил свой тесный кабинет в площадку для открытой политической агитации против Азербайджана. Когда молодая журналистка спросила его, почему в его рабочем кабинете висит армянский флаг, Воцье даже не попытался скрыть истинный смысл этого символа. "Пойдемте, я вам все объясню. На самом деле армянский флаг в моем кабинете потому, что сегодня мы боремся за принятие в Национальном собрании резолюции в защиту Армении", - заявил он, демонстративно указывая на трехцветное полотнище, словно на боевой штандарт.
Воцье говорил с пафосом проповедника, для которого политическая демагогия стала формой мессианства: "Потому что сегодня Армению бросили, вокруг царит полное молчание. Знаете ли вы, что в тот момент, когда я с вами говорю, сто тысяч армян были изгнаны со своих земель? Есть части суверенной территории Армении, которые оккупированы Азербайджаном. В тюрьмах Азербайджана находятся политические заключенные, которых никто не защищает".
Лицемерие французского политика поражает своей избирательной слепотой. Человек, называющий себя защитником справедливости, бездоказательно повторяет армянскую пропаганду, игнорируя международное право и элементарные факты. Именно такие высказывания превращают французскую политику в филиал армянского лобби, а не в институт ответственности. "Мы правы, что сражаемся за Украину. Мы правы, что сражаемся за Гренландию. Но это ненормально - оставлять армянский народ и Армению в тишине и этом лицемерии. Вот почему у меня армянский флаг. Вот почему я борюсь за то, чтобы о них говорили. Вот почему я иду в зал заседаний, чтобы мы проголосовали за эту резолюцию", - продолжал он, не замечая, как превращает парламентскую трибуну в сцену политического спектакля.
А затем, уже в стенах Национального собрания, он произнес: "Дорогие коллеги, когда мы защищаем Армению, мы защищаем не только Армению..." Именно в этой фразе заключена вся суть происходящего: под лозунгом "защиты Армении" французские политики вроде Воцье фактически прикрывают провал внешней политики Франции, пытаясь вернуть утраченные позиции на Кавказе.
Армянский флаг в кабинете Лорана Воцье - не символ солидарности, а флаг политической торговли, за которым скрывается все та же старая колониальная логика Парижа: вмешиваться, навязывать, делить, поучать. И еще - есть тексты, которые пытаются описывать реальность, а есть тексты, которые саму реальность конструируют. Французский дискурс вокруг Кавказа сегодня относится именно ко второму типу. Он не просто фиксирует происходящее - он навязывает рамку интерпретации, определяет роли, распределяет моральный капитал и заранее назначает виновных и правых. Кавказ здесь перестает быть географией. Он превращается в сцену - в театр стратегической морали, где Франция вновь примеряет на себя роль цивилизационного арбитра.
Формула "Кавказ в центре восстановления Евразии" не является метафорой. Это политический тезис. Более того, это проект. И в этом проекте Армения выдвигается не просто как союзник или партнер, а как опорный узел, "центр управления", "перекресток цивилизаций", "идеологическая граница". Риторика знакомая - она отсылает и к холодной войне, и к постколониальным нарративам, и к миссионерскому либерализму конца XX века. Но сегодня она возвращается в обновленной, куда более агрессивной форме.
Важнейшим элементом этого механизма выступает армянская диаспора Франции - одна из наиболее структурированных, политически активных и институционально встроенных диаспор в Европе. Ее роль давно вышла за рамки культурного лоббизма. Сегодня это полноценный политический актор, способный формировать повестку, инициировать парламентские решения и оказывать давление на внешнеполитические институты.
Показательна фигура Жака Раффи Папазяна - главы так называемого Армянского движения Франции. Его имя все чаще появляется в заголовках - не только как активиста, но и как архитектора целой идеологической сети, которая стремится превратить французскую политику в инструмент армянской диаспоры. Его публичные обращения к Ватикану, громкие заявления о "войне против христианства", атаки на академические конференции, обвинения азербайджанских и турецких ученых в "переписывании истории" - все это не просто эмоциональные всплески. Это стратегия.
Папазян строит свой дискурс на сплаве памяти, религии и страха. Он не обсуждает - он клеймит. Каждый, кто осмеливается предложить альтернативную точку зрения на историю Кавказа, автоматически объявляется врагом, "отрицающим геноцид" или "работающим на Азербайджан". Так религия и идентичность превращаются в геополитическое оружие. Когда Папазян обвиняет международные конференции в "искажении христианского наследия в пользу Баку", он не защищает веру - он контролирует поле смыслов. Он обозначает границу дозволенного: шаг в сторону от канона - и ты уже объект травли. Это не защита культуры, это система идеологического надзора.
И если открыть его тексты, то перед нами не исследователь, а пропагандист, маскирующийся под интеллектуала. Его статья "Кавказ в центре восстановления Евразии: стратегическое видение Франции и центральная роль Армении" - образец того, как армянская диаспора во Франции формирует для Парижа готовые идеологические схемы. Там нет анализа, там - религиозно-цивилизационная риторика в чистом виде.
Он утверждает, что Франция "переосмысливает будущее Кавказа" и что Армения должна стать "глобальным центром управления" регионом. Звучит громко, почти мессиански. Но за этими фразами - старый лоббистский прием: внушить французскому обществу мысль, будто Армения - не просто маленькая страна с демографическим и экономическим кризисом, а некий "моральный якорь Европы на Востоке".
Он прямо пишет: дороги и коридоры - это не про нефть и газ, а про "передвижение идей и ценностей". Что это значит на практике? Что любые экономические проекты, не согласованные с диаспорной идеологией, можно объявить "угрозой демократии". Что свобода передвижения становится не транспортной, а идеологической категорией. Не согласен с Парижем - значит, ты "авторитарен". Не поддерживаешь "возвращение армян" - значит, ты против "человеческого достоинства".
Так создается ловушка: гуманитарная риторика превращается в инструмент политического давления. А за всей этой возвышенной фразеологией - конкретная цель: закрепить Армению как единственного "партнера Европы" на Южном Кавказе.
Но главная манипуляция в другом. Папазян утверждает, будто Армения призвана стать "глобальным центром управления Кавказом". Кто ее уполномочил на это? Какими ресурсами она располагает? Где у нее институты, инфраструктура, экономика, армия, дипломатия, чтобы координировать регион? Нет ничего, кроме риторики и диаспорных связей. Армения не субъект этой игры - она ее витрина.
А настоящие дирижеры - во Франции. Это сеть диаспорных структур, работающих с парламентом, мэриями, университетами, СМИ. Именно они пишут тексты, которые потом зачитывают депутаты. Именно они готовят речи для "друзей Армении" в Сенате и обеспечивают нужную картинку для французских телеканалов.
Жак Раффи Папазян - не просто активист. Он - симптом. Симптом того, как национальная память превращается в инструмент давления, как религия становится аргументом, а культура - щитом для политического шантажа. Его тексты - это не анализ, а сценарий. Сценарий, в котором Кавказ снова должен стать ареной для чужих экспериментов.
И если кто-то во Франции еще верит, что это "борьба за ценности", то в Баку прекрасно понимают: под красивыми словами скрывается холодный расчет - сохранить идеологическое влияние на Кавказ, даже не имея на это ни права, ни ресурсов.
Французские институты - от муниципалитетов до Национального собрания - эту логику не просто принимают, они ее институционализируют. Резолюции французского парламента, включая требования "освобождения армянских заключенных", сознательно подаются как моральный долг. Но в реальности они являются элементом более широкой архитектуры давления. Эти документы не имеют юридической силы, зато обладают мощным символическим и пропагандистским эффектом.
После утраты Мали, Буркина-Фасо и Нигера французская внешняя политика ищет новую сцену, где можно играть в "глобального гуманиста" без риска и затрат. Кавказ оказывается идеальным театром. Здесь можно говорить о ценностях, не сталкиваясь с прямыми угрозами; можно критиковать Азербайджан, не опасаясь ответных мер; можно противопоставлять себя Турции и Ирану, сохраняя лояльность западному консенсусу.
Международное право оперирует категориями суверенитета и границ. Французский дискурс - категориями памяти, жертвенности и морального превосходства. Эти две системы несовместимы, и Париж сознательно выбирает вторую - под давлением и при прямом участии армянской диаспоры.
Французские политики, тесно интегрированные в армянские сети - от Лорана Воцье до Анны Идальго и Франсуа Рошблуана - продвигают Армению не как партнера, а как символ, как витрину для демонстрации так называемых "европейских ценностей" в мусульманском окружении. Это не про политику, это про идеологию. Через армянскую тему французская элита проецирует на Кавказ свои цивилизационные фантазии: разделить пространство на "цивилизованных" и "авторитарных", на "носителей ценностей" и "объекты воспитания".
Именно армянская диаспора выступает в роли координатора этого процесса. Обладая огромными финансовыми ресурсами, мощной медийной инфраструктурой и влиянием в партийных структурах Франции, она формирует повестку, подменяя интересы региона интересами собственной исторической мифологии. Кавказ в этих нарративах превращается не в живой геополитический организм, а в декорацию для демонстрации "борьбы добра и зла".
В этом контексте особенно показателен феномен Лорана Воцье - политика, для которого армянская тематика стала политическим капиталом. Его демонстративные выступления с армянским флагом, обвинительные речи, эмоциональные лозунги - это не внешняя политика, это инструмент внутриполитической идентичности. Он не анализирует, он осуждает. И именно эта риторика - морального превосходства, культурного мессианства, жертвенности - сегодня формирует основную тональность "армяно-французского проекта".
Таким образом, Армения становится не субъектом, а витриной, а армянская диаспора - режиссером этой постановки. Через сеть общественных организаций, фондов и "институтов дружбы" она превращает французскую внешнюю политику в инструмент давления на Азербайджан. Резолюции Сената, парламентские инициативы, обращения к ЕСПЧ - все это элементы одной линии: закрепить за Азербайджаном статус "виновного" и за Арменией - статус "жертвы". Это не дипломатия, это идеологический лоббизм.
Такой подход опасен. Он создает моральную асимметрию, исключающую возможность равного диалога. Азербайджан в этой схеме не воспринимается как государство с интересами и стратегией, а редуцируется до ярлыков - "авторитаризм", "насильственная репатриация", "давление на гражданское общество". Любые юридические аргументы, ссылки на международное право, вопросы безопасности или постконфликтного урегулирования объявляются "аморальными". Так работает механизм морального шантажа: не спорить - а дискредитировать.
Подобная манипуляция опасна и для самой Армении. Ее превращают в "центр управления" без ресурсов, в "витрину демократии" без внутренней устойчивости. За этой витриной скрываются глубокие социальные трещины, экономическая зависимость, эмиграция и дефицит суверенности. Армянская диаспора подменяет внутреннюю повестку внешним пафосом, навязывает стране роль, несовместимую с ее возможностями. Армения превращается в лабораторию - а Кавказ в арену идеологического эксперимента.
В этой конструкции нет места реальной региональной экономике, взаимозависимости и прагматизму. Все вытесняется символами, памятью, религиозной идентичностью. Но Кавказ - не сцена и не миф. Это пространство, где каждое слово имеет цену, и цена эта - безопасность. Армянская диаспора, действующая через французские политические каналы, играет опасную игру: создавая иллюзию защиты Армении, она на деле толкает регион к новой линии разлома.
Заметили ошибку в тексте? Выберите текст и сообщите нам, нажав Ctrl + Enter на клавиатуре
