События 19 октября внесли сильный раскол в ряды и так смятой, опустошенной, ослабившей саму себя бесконечными дрязгами и склоками радикальной части оппозиции.

Черная сотня председателя ПНФА и блогера Али Керимли вот уже третий день неистовствует в социальных сетях, проклиная власть и обвиняя государственные структуры, в особенности полицию, в неимоверной жесткости, даже жестокости.

Али Керимли, как известно, был задержан и вскоре отпущен. Несколько часов, проведенных сперва в здании Управления полиции, а потом в госпитале МВД, не должны были пропасть втуне для такого прожженного интригана, как Керимли.

Так и было.

Он, вернувшись, домой, впопыхах, незамедлительно связался со своим неофициальным пресс-секретарем Севиндж Османгызы и на YouTube-канале оной дамы сидел перед камерой со скорбной миной на лице.

По словам А.Керимли, сотрудники полиции пытали его, хотели убить и даже трижды избили (!).

Он, поправляя кусок марли на макушке, повествовал, что сперва его нещадно избили в автобусе, где были - еще бы - сонма полицейских. Потом избиение продолжилось в здании полиции: "Весь кафель на полу был в моей крови". Серия избиений закончилась в отделе полиции Хатаинского района.

Неся эту несусветную чушь, А.Керимли пытался вызвать жалость у зрителей. Жалость, сочувствие и ожесточение - как же, лидер оппозиции жесточайше избит, коварная власть мстит ему и т.д.

Но позвольте, согласно элементарной логике, если человек избит нещадно и, тем более что "весь кафель был в его крови", то где же пятно крови на рубашке избитого? Где тяжелые травмы, поломанные кости, гематомы, пятна и т.д.

Нет и не могли быть, потому, как Али Керимли врал. Причем, лгал осознанно, с желанием заработать политические очки.

Нет и логики в этой лжи, ведь если А.Керимли избивали, то почему он подписал медицинское освидетельствование, где говорится, что пациент совершенно здоров и не подвергался физическому насилию?

Тут одно из двух: или А.Керимли подписал документ вынужденно, его заставили, или же он опять врет.

Ибо если бы он был принужден к подписи, то по какой причине не рассказал об этом в своих интервью?

Таких нестыковок много, очень много.

Что же касается самой несанкционированной и незаконной акции около площади станции метро "28 Мая", то будучи охранителем, я вижу проблему не в протестах, которые мне хорошо понятны эмоционально как реакция на некоторые социальные проблемы. Проблема в содержательности протеста. К сожалению, приходится констатировать, что протест - стихийно или специально, но почти всегда - ограничен эмоциональной сферой. В некотором роде это естественно: все разумное требует компромисса. Поскольку мир не идеален, а, по некоторым данным, и вовсе несправедлив, даже в передовых демократиях воцарение гражданских прав и свобод, развитие общества длились столетиями.

Основное содержание протестов местной радикальной оппозиции - "за все хорошее и против всего плохого". Если они и имеют причины, то последствия у них практически отсутствуют. Потому что власть тоже за все хорошее и против всего плохого, только вот понимает это по-другому. Власть делает все, чтобы "все хорошее", хоть постепенно, но реализовывалось. Она, власть, повышает зарплаты и пенсии, открывает новые рабочие места, снабжает армию всем необходимым, отправляет молодых граждан для учебы в зарубежные страны, решает сонму социальных и экономических проблем, а также стремится к цивилизованному, логичному диалогу с той самой оппозицией.

То есть точек пересечения не возникает. А пока содержательная коммуникация отсутствует, радикальная оппозиция будет жить в своем обособленном, далеком от реалий мире.

Нужно понимать правоту другого, договариваться, искать компромиссы. Проще ведь обойтись привычными лозунгами, которые все прекрасно объясняют и без подключения мозга.

При этом, если власть периодически идет на компромиссы (ей-то, в отличие от оппозиции, нужно развивать страну), то лидерам протеста это кажется бессмысленным: "мы здесь власть" кричат они. Понятно, что тактика оппозиции - "качать режим", создавая ему имидж кровавого. Но когда теория управляемого хаоса оборачивается практикой абсурда, можно только констатировать отсутствие каких-либо конструктивных задач (если, конечно, под конструктивностью мы понимаем осмысленную коммуникацию для выстраивания игры с ненулевой суммой).

Граждане радикалы - пока вы поступаете так, как привыкли, вы будете получать то, что получали всегда - гласит управленческая мудрость. В определенном смысле, нынешние идеологические бонзы радикалов остаются при своих: при глубокой убежденности в собственной аморальной правоте. Но если власть у нас передается в результате демократических процедур, то аморальная правота - не то воздушно-капельным, не то вербальным путем.

Сон разума рождает чудовищ. Мы не хотим слушать друг друга, мы не хотим говорить друг с другом. Мне вспоминается едва ли не единственный содержательный лозунг с Болотной: "Вы нас даже не представляете!". Жулики, хипстеры, либералы, воры, предатели родины, ватники, "пятые колонны", каратели, анчоусы, другой биологический вид: понятно, что нашему сознанию необходимо классифицировать объекты, но коммуникация нуждается в эмпатии. Когда перед нами - не человек, а черный ящик, на котором написано "патриот" или "либерал", "козел" или "дура", мы заранее знаем, что будет на выходе из этого ящика, какую информацию в него не заложи.

Кто не с нами, тот против нас: если эта большевистская мудрость до сих пор руководит оппозиционными радикалами, какой смысл разглагольствовать о свободе и демократии? Без уважения друг к другу гражданское общество невозможно в принципе. Если крепостное или советское рабство давно остались позади, то духовное никуда не делось. Мы живем в состоянии гибридной гражданской войны - и при наличии разрухи в головах это совершенно неудивительно. "Али Керимли настоящий лидер оппозиции!" - наперебой талдычат друг другу некоторые, составляя уже особую троллевидную группу в социальных сетях.

Пора понять: в любой партии могут быть достойные люди. Просто у них другая жизнь, другой опыт, круг чтения и общения, интересы, проблемы и ответственность.

Господа радикалы, если партия, которая вам не нравится, представляет большую часть ваших соотечественников, не стоит считать их другим биологическим видом. Если за идеологическими лагерями вы не видите людей, то и до концентрационных рукой подать. Кто был ничем, тот, разумеется, не против стать всем. Но когда единственным показателем перемен оказывается появление новых лишенцев и новых бенефициаров, речь не о развитии гражданского общества, свободе, равенстве или братстве. Разве что об очередном переделе собственности, перекрашивании стен и уценке ценностей. Худой гражданский мир лучше доброй гражданской войны.

Наше государство может защитить людей друг от друга, но не от глупости. А ум не передается вместе с воззваниями о несанкционированных акциях. В 1991 году это еще было очевидным. А потом наступила демократия, оппозиционные партии стали плодиться как кролики - и люди растерялись: раньше мы были за или против КПСС, а теперь - еще, поди, выбери, как из десятков шампуней на полке в супермаркете.

Есть хороший анекдот про еврея, который попал на необитаемый остров и построил там две синагоги: "чтоб в одну - ни ногой!". Мы привыкли к образу идеологического врага, который придает нашей жизни смысл и цель. А вот научиться не видеть врага в оппоненте - почти непосильная задача. Ведь если оппонент - не враг, то с ним нужно договариваться. А как это сделают радикалы, сваливающиеся в болото маргинализма?

Никак...

Эльчин Алыоглу
Заместитель главного редактора Milli.Az
специально для Day.Az