Победитель "Евровидения 2011" Эльдар Гасымов по отцовской линии является потомком известных азербайджанских актёров: прадедушка - актёр театра, один из первых азербайджанских кинорежиссёров, народный артист Аббас-Мирза Шарифзаде, прабабушка - жемчужина национальной сцены, народная артистка СССР Мярзия Давудова, дедушка - директор ТЮЗа и Театра Музкомедии Балаага Гасымов, бабушка - народная артистка Азербайджана Фирангиз Шарифова. Вот такая знаменитая семья!

Величие и две любви актера

Аббас-Мирза Абдул-Расул оглы Шарифзаде (Шарифов) (12 декабря 1893, Шемаха - 16 ноября 1938, Баку) - один из корифеев национального театра и кино, стоял у истоков современной азербайджанской культуры начала XX века, советский актёр и режиссёр, народный артист Азербайджанской ССР (1936). Репрессирован; реабилитирован посмертно.

Многие десятилетия имя великого азербайджанского актера-трагика Аббаса Мирзы Шарифзаде было предано забвению - не проводили юбилеев, о нем даже громко не говорили - это было смертельно опасно в те мрачные годы. Но его помнили, любили, перед его большим талантом всегда преклонялись.

Аббас-Мирза Шарифзаде родился в семье учителя в Шемахе. Его отец Мирза Абдул-Расул пользовался большим уважением, вместе с Сеидом Азимом Ширвани открыл школу, где сам преподавал. Разрушительное землетрясение в Шемахе вынудило семью Шарифзаде переехать в Баку. И здесь, в 9 лет Аббас Мирза впервые вышел на сцену в спектакле, поставленном его дядей Мирзой Мамедом Таги, в роли девочки. Хотя испуганный мальчик убежал со сцены в объятия матери Мелек Нисы ханым, впоследствии эту роль считал своим первым сценическим опытом. В этой семье всегда ценили и любили театр и поэтому Аббас Мирза мечтал стать только актером.

С 1908 года стал ведущим актёром оперной труппы братьев Гаджибековых, а в 1920- ведущим актером Театра им. Азизбекова. На его творчество большое влияние оказал Гусейн Араблинский. Одной из первых удачных ролей считается роль Ага Мухаммед-хана Каджара в одноимённой пьесе Ахвердиева. Не имея специального драматического образования, Шарифзаде удавалось превосходно исполнять главные роли в постановках как местных, так и зарубежных пьес. Актёр создал ряд запомнившихся образов в национальной драматургии: Иблис ("Иблис" Гусейна Джавида), Айдын, Октай, Эльхан, Эйваз ("Айдын", "Октай Эль оглы", "Невеста огня", "В 1905 году" Джабарлы), Надир-шах ("Надир-шах" Нариманова) и др. В зарубежной классике сыграл - Отелло, Гамлета, Макбета в одноимённых трагедиях Шекспира, Карла Моора ("Разбойники" Шиллера), Акосту ("Уриель Акоста" Гуцкова) и др.

Он и сам ставил спектакли, снимался в фильмах, занимался постановкой опер и водевилей, стал одним из первых азербайджанских кинорежиссёров.

Впервые на экране Аббас-Мирза Шарифзаде появился в 1916 году, играя в русском фильме "Князь Темир-Булат". В 1924 году сыграл роль хана в азербайджанском фильме "Сова" (1924). В 1929 году снялся в фильме "Око за око". Шарифзаде ставил как художественные, так и документальные фильмы. В числе первых - "Бисмиллах!" ("Во имя Бога", 1925), "Гаджи-Кара" (1929) и "Игра в любовь" (1935). Документальные - "Путешествие в Азербайджане" (1924) и "Шахсей-вахсей" (1929).

Первая женитьба - Весь Баку с восхищением говорил о великой любви

Годы, наполненные творчеством, стали важнейшими и в личной жизни. В женском клубе им. Али Байрамова Аббас Мирза знакомится с будущей женой Ханифой Акчуриной. Это была девушка из необычной семьи. Отец Ханифы ханым владел обширным поместьем в Поволжье, вел торговлю по всей Российской империи; мать Гюль-Джамал ханым, известная детская писательница, печаталась в журналах Петербурга и Казани. Вихрь революции 1917 года разметал по свету эту большую семью. Старший сын, женатый на представительнице ханского рода Гиреев, был расстрелян большевиками, двое других сыновей, блестящие царские офицеры, сгинули на фронтах гражданской войны. А судьба сестер Акчуриных прочно связалась с Баку.

В 1921 году Аббас Мирза создает семью с Ханифой ханум. Это были очень романтические отношения. Известный актер, не стесняясь, подолгу ждал невесту у ворот гимназии, где она училась, пел вместе с другом Бюль-Бюлем у нее под балконом, выполнял все ее капризы. Весь город с восхищением говорил об этой великой любви. Став супругой Аббаса Мирзы, Ханифа ханум превратилась в одну из первых светских дам Баку. Их дом всегда был полон гостей. Кто только не бывал у них! М.Магомаев, Г.Джавид, Уз.Гаджибеков, А.Бадалбейли, У.Раджаб, И.Идаятзаде, Д.Джаббарлы и многие другие.

Двери этой гостеприимной квартиры на Чадровой улице никогда не закрывались. Показательна одна история, которая стала почти хрестоматийной. Однажды вечером, воспользовавшись отсутствием хозяев, в дом забрались воры. Увидев на стене портрет актера и поняв в чей дом они попали, воры ретировались. Когда домочадцы вернулись, увидели на столе узел с собранным вещами и записку: "Простите нас!"

Веселый и простой в общении, чуждый, как сейчас говорят "звездной болезни", Шарифзаде был любимцем всего города. Его фаэтон, вывозивший на прогулку супругу и сыновей (в 1922 году родился Эртогрул, а в 1925-м - Каратай, оба названы в честь персонажей, которых отец исполнял в спектаклях), знали все.

Он обожал нарды, мог часами сражаться с друзьями, забывая обо всем на свете. Так, однажды, в игре со своим другом Дж.Джаббарлы, оба начисто забыли о сватовстве молодого драматурга, на которое они должны были спешить.

Аббас Мирза был мастер на различные шутки. Поспорив как-то с друзьями, босиком, с туфлями подмышкой, прошел по улицам города от театра до дома, громко распевая любимый мугам "Карабах шикестеси".

Он всегда был готов помочь нуждающимся. Помогая деньгами, мог раздать всю зарплату по дороге домой, помогал и делами. Кормил и одевал молодых актеров, часами репетировал с ними роли, как ювелир оттачивал каждое слово, каждый жест.

Это были годы счастья и напряженной творческой работы.

Вторая женитьба на Мярзии Давудовой (прабабушка Эльдара) - семейное счастье длилось всего пять лет

Мярзия Давудова родилась в 1901 году в Астрахани, в семье мелкого торговца. В 15 лет окончила русско-татарскую школу "Экбал" и стала преподавать русский язык в младших классах своей же школы. Тогда и проявилась в ней любовь к театру. В конце 1917 года юная Мярзия робко переступила порог известного в Астрахани Татарского драматического театра. Она попросила принять ее в театр в любом качестве, но стала актрисой. Вот там-то и открыли ее талант Гусейн Араблинский и Аббас Мирза Шарифзаде. Приехав на гастроли в Астрахань с труппой Азербайджанского драматического театра, они обратили внимание на статную девушку с красивым тембром голоса, с врожденными артистическими манерами и поэтичной душой. Так судьба Мярзии и была решена: ее пригласили в Баку, где женщинам только-только начинала открываться дорога на сцену. По семейным обстоятельствам воспользоваться приглашением Мярзия смогла не сразу и приехала в Баку лишь в 1920 году. Здесь она узнала, что год назад был расстрелян Гусейн Араблинский. В театр ее принял Аббас Мирза Шарифзаде, и для обоих начался период необыкновенного творческого подъема и ... любви. В то время Аббасу Мирзе Шарифзаде шел 32-й год.

Вспоминает Фирангиз Шарифова: "У Аббаса Мирзы Шарифзаде уже была семья и двое детей, но это не помешало ему оформить брак с восходящей звездой азербайджанской сцены Мярзией Давудовой, благодаря чему в 1924 году родилась и я. Меня назвали именем героини спектакля Джабарлы "Октай Эльоглу". Вместе мои родители прожили всего лет пять, а в 1928 году расстались. Помню одну из сцен их ссоры, возможно, последнюю, когда папа уходит из комнаты в дверь парадной дома на Карантинной улице (ныне - улица Ази Асланова), а я - на руках у мамы плачу и тяну к нему ручонки... Как я потом поняла, это была серьезная ревность. Мама говорила, что может простить и холод, и голод, но не это.

- Папа давал повод?

- Не то слово! Представьте, за ним ходили толпы поклонников! После спектакля у подъезда театра его встречала огромная толпа восторженных зрителей. Бывало, они выпрягали лошадей из фаэтона и катили его сами до дома любимейшего актера - так в те времена почитали театр и его служителей!

- Но то были поклонники-мужчины - при чем тут ревность?

- О, не заблуждайтесь! Женщины, в том числе и те, которые носили чадру, не отставали от мужчин в проявлении чувств к любимым актерам... И потом, вокруг были и коллеги женского пола, а он - человек влюбчивый... Много позже, впервые взявшись за режиссерскую работу в кино, Аббас Мирза Шарифзаде поручил Марзие Давудовой роль Сары в фильме "Игра в любовь", где от имени своей героини она скажет партнеру Исмаилу Эфендиеву: "Зачем жить вместе, когда ушла любовь?" И еще: "Расставшись, люди должны сохранять человеческие отношения, если, конечно, они ... люди".
 

Расставшись с Аббасом Мирзой Шарифзаде, мама два года была одна, а потом вышла замуж за выдающегося актера - Ульви Раджаба. Они уехали в Тифлис. В апреле 1931 года у них родился сын Рауф, а к началу сезона, в сентябре, мы все возвратились в Баку, и они продолжили работать в своем театре. Нет, все-таки интересно все тогда складывалось! Ульви Раджаб - аджарец, в Баку приехал, проработав некоторое время в тифлисском театре. Он был женат на актрисе Гамер Топурия, но детей у них не было. Гамер ханум была интересной актрисой - помню, все восхищались тем, как у нее получалась роль Дильбяр в спектакле Джафара Джабарлы "Севиль". Когда Ульви женился на маме и родился Рауф, Гамер ханум, представьте себе, с удовольствием возилась с нами - детьми. Сколько себя помню, она шила мне модные платья, в том числе и то, в котором папа впервые вывел меня на сцену, - в лакированных туфлях, с золотыми кудряшками...

- Но ведь и после развода Мярзия ханум играла с Аббасом Мирзой во всех спектаклях?

- Конечно, играла! Ульви Раджаб был человеком романтического склада, за несколько лет пребывания на бакинской сцене он успел оставить глубочайший след в истории азербайджанского театра, но у него было свое амплуа. Мярзия Давудова - актриса, можно сказать, героического плана. Она мало играла Джульетту, не была Офелией, ее героини - Гертруда, леди Макбет... Тут уж в партнеры ей подходил, конечно же, Аббас Мирза - с ним вместе они играли в унисон, как самые близкие люди, в конце концов, как родители общей, горячо любимой дочери.

Знаете, несмотря на то, что мои родители официально развелись, я никогда не испытывала недостатка в их любви ко мне. Отец относился ко мне очень нежно, как любят дочерей мужчины, уже имеющие сыновей. Он брал меня на гастроли, опекал, баловал - жаль, что жизнь его так рано оборвалась.

Более того, я никогда не разлучалась с моими старшими братьями Эртогрулом и Каратаем. Они и Рауф составили круг моего детского общения и притом в обстановке особой любви друг к другу, взаимопонимания. Те годы вспоминаю как нечто лучезарное, теплое и, к сожалению, невозвратимое - сейчас моих дорогих братьев уже нет в живых. Я никогда не променяла бы то духовное наследство, которое получили мы от родителей-бессребреников, на самые большие богатства материального толка".

Мярзия Давудова - жемчужина азербайджанской сцены

Мярзия Юсуф гызы Давудова (25 ноября (8 декабря) 1901- 6 января 1962) - азербайджанская советская актриса театра и кино, народная артистка Азербайджанской ССР (1936), народная артистка СССР (1949).

Мярзия Давудова пришла в азербайджанский театр им. Азизбекова в тот период, когда актрис не хватало. Национальные профессиональные кадры еще не взошли на ниве театрального искусства, и женские роли поручались актрисам другой национальности. Мярзия Давудова уже с первых ролей привлекла внимание высоким уровнем исполнительского мастерства. Она вынесла "на себе", с первых и до последних дней в театре всю основную часть женских ролей в его репертуаре. От простушек из народа до королев, от безграмотных наивных женщин до высокоинтеллигентных аристократичных героинь - это были роли в исторических, классических пьесах и в современном репертуаре азербайджанских, русских, западноевропейских авторов. Яркие роли женских образов азербайджанской драматургии в 20-30 годах: в произведениях Джаббара Джаббарлы - Гюльтекин ("Айдын"), Фиренгиз ("Октай Эльоглу"), Солмаз ("Невеста огня"), Яхши ("Алмас"), Гусейна Джавида - Хумар ("Шейх Санан" ), Самеда Вургуна - Гызьетер ("Ханлар"), Мамедханлы - Гюльзар ("Утро Востока"), Мирзы Ибрагимова - Хаят ("Хаят"), а также в иностранной классике - королевской дочери Бланки в спектакле "Королевский брадобрей" А.Луначарского, Дездемоны ( "Отелло") и леди Макбет "Макбет" Шекспира, Кабанихи ("Гроза") и Кручининой " (Без вины виноватые") А. Н. Островского, Вассы Железновой ("Васса Железнова") М.Горького, Любовь Яровой ("Любовь Яровая") Тренёва, возвысили актрису на вершину театрального мастерства и успеха.

В 1928 году М.Давудова создала важный для духа времени образ "освобожденной азербайджанки" - роль Севиль в спектакле по пьесе Дж.Джаббарлы. Зрительское потрясение от игры М.Давудовой (особенно у женской половины) была настолько велико, что многие женщины, пришедшие на спектакль в чадре, оставляли ее прямо в зале - и этот факт стал уже хрестоматийным в истории азербайджанского театра.

В 1936 году в процессе работы над спектаклем "Макбет" изначально возникла чуть ли не драматическая ситуация: Актрисе никак не удавалось найти верную тональность и понимание образа леди Макбет. И она почти готова была отказаться от роли. Почти как анекдотический факт воспринимался рассказ самой Мярзии ханум о работе над образом, когда однажды она, вконец расстроенная, сбежала с репетиции и спряталась в уголке фойе. В тот момент ее увидел режиссер Туганов, подошел и начал оскорблять, кричать и ругать актрису. Мярзия ханум пришла в бешенство, в ней всколыхнулись самые бурные эмоции..., но в тот же момент Туганов схватил ее за руку и потащил на сцену со словами: "Вот теперь ты поймешь, какая должна быть леди Макбет". Так режиссерская уловка помогла актрисе правильно нащупать струны образа.

А в 1948 году за роль Гюльзар в спектакле "Утро Востока" Э.Г. Мамедханлыбыла удостоена Сталинской премии второй степени.

Актриса блеснула мастерством и в фильмах "Хаджи Гара" (1928), "Огни Баку" (1950), "Любимая песня" (1955), "Двое из одного квартала" (1957), "Кёроглы" (1960).

Последнюю свою роль - роль Матери в спектакле "Остров Афродиты" А.Парниса она сыграла в канун своего 60-летнего юбилея в 1961 году. Вся мощь ее трагедийного таланта, вся стихия страсти, высоких душевных чувств во имя справедливости, защиты чести и достоинства сына были вложены Мярзией ханум в этот образ. Образ Матери - "лебединая песнь" актрисы, в этом спектакле она прозвучала трагично, но гордым, светлым, несломленным голосом.

Мярзия Давудова была членом КПСС с 1942 года, избиралась депутатом верховного совета Азербайджанской ССР (со 2-го по 5-й созыв). Скончалась в Баку 6 января 1962 года.

Из воспоминаний Фирангиз Шарифовой о матери: "Мама работала очень много! Моим воспитанием всегда занималась няня - сначала немка, затем - полька. А это всегда - дисциплина, порядок, чистота, полноценное питание со всеми ритуалами и сервировкой. Кстати, при этом мама делала все, чтобы я не росла белоручкой, от меня требовали учиться готовить и сервировать стол, поддерживать порядок, делать по дому все, что следует. Это пригодилось на всю жизнь.

Как сейчас вижу мать, ночами напролет учившую тексты ролей, вживающуюся в образы разных там героинь - от королев до крестьянок. На ее тумбочке возле кровати всегда была куча самых разных книг. Мама всегда была одета со вкусом, но очень строго. Единственная роскошь, которую она себе позволяла иметь, - шуба. Волосы всегда на прямой пробор, никакой косметики и обязательно... платок на голове. Всю жизнь!

- Наверное, и от дочери она требовала такой же строгости?

- Ой, не говорите! Мне было 20 лет, когда она подарила мне какую-то заморскую губную помаду, предупредив, что воспользоваться ею мне будет почему-то разрешено лишь через год, когда исполнится 21. Но мне очень трудно было ждать - все-таки студентка консерватории, вокруг подружки давно уже пользуются косметикой, и как-то я решилась накраситься - думаю, мама все равно не узнает. И что вы думаете? Только вышла из подъезда, а она - навстречу! Заставила меня вернуться домой и сама терла мои губы, чуть ли не до ран, пока не убедилась, что следов помады на них не осталось!

- Такая вот строгость!

- Да... Она была депутатом Верховного Совета, народной артисткой, кумиром публики, но оставалась скромной женщиной. Откуда в ней брались бурные эмоции на сцене, я и не знаю. Но это был шквал весьма осознанных эмоций, и только близкие могли видеть, какой ценой все это давалось. Конечно, процесс работы над ролью - дело интимное, но, готовясь показать результат этой работы широкой публике, артист может, словно бы и не замечать окружающих. Мне не раз доводилось наблюдать, как менялась жизнь моей мамы, когда она - получала все новые и новые роли. Для нее каждая роль была экзаменом, испытанием, терзанием. Каждый раз она заново училась ходить, слушать, смотреть и даже думать как ее героини. Она прорастала ролью, не расставаясь с ней, и этот невидимый процесс происходил круглые сутки, в том числе и бессонными ночами...

Но те муки - творческие муки, и она воспринимала их, как и полагается воспринимать сладкие минуты творчества. Даже тогда, когда не знала ни сна, ни отдыха - откуда только брались силы! А как это сделать, если на тебя, на твою психику свалилось огромное горе, способное выбить из колеи самого сильного человека?

Да, мама лишилась сна совсем по другим причинам. В те дни она, как и всегда прежде, работала, выходила на сцену, радовала публику, однако о том, что творилось в ее душе, можно было только догадываться. Мы, дети, даже не знали, что она курит, а в те дни по утрам видели на тумбочке возле ее кровати полные окурков пепельницы - следы бессонных ночей. А как могло быть иначе, если на нее обрушилось огромное горе?! В феврале 1937 года был арестован и, как выяснилось потом, очень скоро расстрелян ее супруг Ульви Раджаб.

- Насколько известно, ему инкриминировали то обстоятельство, что он учился в Стамбуле - не более!

- Сейчас в это трудно поверить, однако так было в те злополучные 30-е годы. Не прошло и нескольких месяцев, как забрали моего отца - Аббаса Мирзу Шарифзаде - новое испытание для мамы: хоть к тому времени они давно уже не были мужем и женой, но оставались не просто друзьями, а очень привыкшими друг к другу партнерами. И потом их связывал общий ребенок - такая потеря давала ощущение того, что из ее груди вырвали сердце... Потеря касалась не только семьи. Это был урон для всего азербайджанского искусства".

1937 год - время страшных репрессий: арест и расстрел

Тридцать седьмой год, смерчем пронесшийся по стране, варварски прервал творческое восхождение Шарифзаде: актер стал одной из миллионов жертв репрессий тех страшных лет.

Тот роковой вечер - 4 декабря 1937 года, разгар Сталинских репрессий...Вновь "Макбет" Шекспира, и вновь в родном театре. И зал, как всегда, едва из-за сцены раздалась филигранная дикция и мощный голос Аббаса Мирзы, еще не видя своего любимца, взорвался громом аплодисментов. Когда спектакль закончился, зал долго и бурно аплодировал, Аббас Мирза еще и еще раз выходил на сцену. По словам очевидцев, он был непривычно грустным, близко подходил к рампе и широко разводил руками в глубоком поклоне, словно хотел на прощанье всех обнять. Это была действительно последняя встреча актера с бакинцами.

Напряженная тишина стояла в те дни за кулисами. Все жили в предчувствии беды. Не было слышно обычных поздравлений по поводу удачно сыгранных ролей, не раздавались шутки, давно не собирались артисты после спектакля на ужин с жаркими творческими спорами. К тому времени уже были арестованы и сидели в подвалах НКВД драматург Гусейн Джавид и актер Ульви Раджаб. Актеры собрались в небольшом устном дворике театра. Аббас Мирза сел сразиться в нарды. Никто не заметил, как во двор вошли два человека. Один из них встал за Аббасом Мирзой, будто наблюдая за игрой. Второй напротив. Актер почувствовал на себе тяжелый взгляд. Подняв голову, он пристально посмотрел на незнакомцев и сразу как-то сник, словно угас. А потом внезапно встал, и ни на кого не глядя, громко сказал: "Мян гетдим!" ("Я ушел!"). И направился к выходу. За ним молча последовали "гости". На улице около черной "эмки" стояли еще двое. Актера втолкнули в машину, и она рванулась с места в сторону печально известного в Баку дома на набережной. "Аббаса забрали!" - с ужасом сказали те, кто видел эту картину.

Пока черная "эмка" мчалась по набережной, на квартире актера по улице Чадровой 115 ( ныне Мирзааги Алиева) уже несколько часов шел повальный обыск. Что можно было найти в квартире актера? Книги, пьесы, театральные костюмы, парики, афиши, газетные рецензии. Все подряд швырялись в мешки, в том числе и записи на арабском шрифте, которые будут аккуратно занесены в папки в качестве "компромата" и "вещдока", свидетельствующие о преступных связях актера с иранской разведкой, задания, которой он якобы получал через некоего киоскера (оказавшегося провокатором), у которого Шарифзаде покупал газеты.

Великий актер был арестован по обвинению в шпионаже в пользу Ирана и связях с мусаватистами. В качестве доказательства указывались его частые визиты в персидское консульство в Кировабаде (Гянджа) в 1932 году. В реальности это были дружеские встречи, организованные самим консулом, большим поклонником азербайджанского театра, любившим вечера в компании актёров. Другим серьёзным поводом к аресту была политическая деятельность родного брата Шарифзаде, чиновника независимой Азербайджанской Демократической Республики в 1918 -1920 годах, жившего к тому времени в эмиграции. Шарифзаде также обвиняли в пропаганде творчества репрессированных поэтов - Микаила Мушфига и Гусейна Джавида, дружеских связях с Ульви Раджабом, обвиненным в буржуазном национализме, контактах с Рухуллой Ахундовым, "обличенным" в руководстве подпольной контрреволюционной организации.

19 октября 1938 года Шарифзаде был признан виновным по всем статьям с конфискацией всего имущества. 25 октября 1938 года Аббаса Мирзу, уже сломленного многомесячными истязаниями, приводят к следователю и принуждают написать письменное признание "во всех совершенных преступлениях", обещая на суде, оно, мол, поможет заменить расстрел на пожизненное заключение. Кстати, это было единственное собственноручно написанное признание А.Шарифзаде. 16 ноября 1938 года в 9 часов 30 минут утра приговор был приведен в исполнение. В подвалах НКВД раздался выстрел...В это время ему было не полных 55 лет.

Пройдет почти 17 лет, и в период наступившей хрущевской оттепели среди тех, кого первыми реабилитируют, окажется и Аббас Мирза Шарифзаде. И все эти годы члены его семьи, почитатели этого замечательного таланта, как, впрочем, и миллионы других семей, чьи близкие пострадали в годы репрессий, лишены возможности поклониться их праху: ведь никому из них не сообщалось о месте захоронения.

Сегодня именем Аббаса Мирзы Шарифзаде назван проспект, Дом актёра, а дом, в котором он жил отмечен мемориальной доской.

Фирангиз Шарифова (бабушка Эльдара): "Сцена проверяет людей на славу и порядочность"

Народная артистка Азербайджана Фирангиз Шарифова родилась 6 февраля 1924 года в Баку. Сегодня ей 87 лет. После победы Эльдара на "Евровидении" особо отметила генетическую роль в победе внука: "Во-первых, я горжусь таким внуком. Во-вторых, есть продолжатель моей семьи, крови, отца. Мой отец Аббас Мирза Шарифзаде был великим актером. Мать Мярзия Давудова была выдающейся актрисой. Во мне течет их кровь. Я унаследовала от них столько огня и потребности к самовыражению, что не стать актрисой уже не могла. И думаю, что все лучшее во мне - от родителей и от профессии".

В детстве Фирангиз ханум дома с братом и соседями постоянно разыгрывала сцены: сооружала декорации из занавески, делившей большую комнату на две, выступала в ролях актрисы и режиссера - все в ней выдавало художественную натуру, генетически унаследовавшую от великих актеров божественный дар лицедейства.

Уже в шесть лет отец вывел ее на сцену в роли сестры своего героя Севяр в спектакле "Октай Эльоглу". Мать и слышать не хотела, чтобы дочь стала актрисой - все превратности этой профессии она знала в деталях! Даже благословляя поступление дочери в Хореографическое училище, да и потом, определяя ее по совету Узеира Гаджибейли на вокальный факультет Азгосконсерватории (ныне - Бакинская музыкальная академия), говорила, что учиться девочка будет "для себя" - ведь любой женщине нужны хорошая осанка, умение двигаться и, конечно, красиво петь, если уж природа наделила ее голосом.

А первые шаги на сцене связаны с Театром музыкальной комедии, если, конечно, не считать ученические выступлении в концертах Бакинского хореографического училища.

Из воспоминаний Фирангиз Шарифовой: "Многожанровые спектакли этого театра, которые тогда было принято называть опереттами, требовали от актеров, а тем более исполнителей главных ролей, не только вокального мастерства, но и умения легко танцевать, общаться с партнерами посредством весьма непростых диалогов. Мои героини - Гюльчохра в "Аршин мал алан", Баядера в "Баядере", Кето в "Кето и Котэ", Дурна в "Дурна" и другие должны были одновременно быть и певицей, и танцовщицей, и драматической актрисой, умеющей в легкой развлекательной форме доводить до зрителей и большие идеи, и неподдельные чувства. Хотя не все шло гладко...Когда Театр музыкальной комедии закрыли на ремонт, я перешла в Театр юного зрителя, но и работая там, испытала немало положительных эмоций. Это был другой стиль, другой материал и, естественно, другой зритель, но, поверьте, играть для них героинь изысканного классического репертуара и наших современниц - женщин высокого духа и доброй души - было наслаждением, приносившим ощущение полной востребованности твоего творчества, твоего искусства.

Сцена - она, знаете, проверяет людей. И на талант, и на славу, и на порядочность, и на чувство локтя. А чувство локтя нужно не только на работе и в окружающей жизни, но, прежде всего, по-моему, в семье. Мне в жизни очень повезло: благодаря родителям я стала актрисой, испытавшей большой успех и многие часы творческого вдохновения, научившейся быть разной и владеть собой в самых экстремальных ситуациях. Но именно эта профессия, эта закалка помогли оценить то счастье, которое дает семья, тем более такая, которую ты создала сама".

Более 60 лет она прожила душа в душу с супругом Балага Гасымовым, который скончался в прошлом году.

"Мой муж в свое время окончил консерваторию, работал в Театре оперы и балета, в разные годы возглавлял Театр музыкальной комедии и ТЮЗ, и всегда очень нравился женщинам, да и сам был не прочь посмотреть на сторону... Поверьте, это нелегкое испытание, но я как-то справлялась с этим. Сегодня имею двух сыновей и дочь, внуков. Думаю, не обделила их материнским вниманием, хотя, конечно, театр, и не только у меня, всегда забирал много-много сил. Он же в какой-то мере и воспитывал. Понимаете, в каждой роли должна быть душа - то есть человек весь, без остатка, а попробуйте выкладываться, когда, как и у каждой женщины, у тебя дома проблемы - болеют дети, кто-то схватил тройку или муж задержался..."

Фирангиз Шарифова снялась в фильмах "Дачный домик для одной семьи" (1978, сыграла с такими артистами, как Игорь Кваша и Сергей Юрский), "Прилетала сова" (1978), "Легенда Серебряного озера" (1984), "Листопад в пору лета" (1986).

Развод...Слезы отца и колыбельная матери из оперы "Аида"

Интересно, но участь (развод) прадедушки и прабабушки Эльдара не обошли стороной и родителей певца Эльмиру и Пярвиза Гасымовых. Сегодня Эльмира ханум живет в маленькой двухкомнатной квартире с матерью Минаей ханум.

"Я горжусь, что мой сын смог добиться такого успеха. Вы не поверите, но с первого дня как он поехал в Германию, у меня было такое чувство, что он вернется на родину с победой. Я даже предупреждала всех своих, когда победим, чтобы мне никто не звонил (смеется). Я зареклась, если Эльдар займет первое место, то принесу в жертву барана и постригу свои длинные волосы. И свое обещание сдержу.

- Вы не поехали в Германию, чтобы поддержать Эльдара там?

- Нет. Эльдар сказал, что ему будет спокойнее, если я буду дома. Что он хотел, так и должно было быть. Когда стало известно, что Азербайджан победил, наша улица во всю гремела. Соседи выбежали и стали меня поздравлять. После победы он мне позвонил и сказал: "Мама я тебя люблю, не плачь". Он у меня очень душевный человек и не разрешает мне плакать.

- Он у вас единственный сын?

- Есть еще сын Мурад. Между Эльдаром и им разница год и 4 месяца. Мой Эльдар с детства поет. Когда он был маленький, я ему перед сном пела марш из оперы "Аида". Эльдар вырос очень послушным и умным. Никогда не делал мне неприятных сюрпризов. Я всегда была за него спокойна. Мой сын мне подарил сейчас огромное счастье. Это для меня незабываемый сюрприз.

- Отец Эльдара живет не с вами?

- Нет. Мы недавно с ним развелись. Эльдар периодически живет то у меня, то у своего отца.

- На кого похож Эльдар характером - на отца или на вас?

- На меня конечно (смеется). Он очень общительный, как и я. Я думаю, лучше быть матерью знаменитости, чем быть отпрыском знаменитости. Он мечтал петь и стать знаменитым исполнителем. Также Эльдар все время хотел жить отдельно. Мечтал купить себе квартиру".

Отец Эльдара Пярвиз Гасымов, врач по специальности, живет с матерью Фирангиз Шарифовой. Он также был уверен в победе сына.

"Я был уверен, что Эльдар выступит удачно и пожелал ему успеха. Эльдар всегда был не только талантливым, но и очень амбициозным парнем. В школе был отличником, окончил Бакинский Славянский Университет с красным дипломом, поступил в магистратуру. Свободно владеет немецким, английским и русским. Но его победа с Нигяр Джамал даже для меня стала очень приятным сюрпризом. К сожалению, из-за загруженности работой не смог поехать с ним в Германию. Но как азербайджанец и отец горжусь своим сыном. После пресс-конференции он позвонил и сказал мне "Мы сделали это!", а я от радости заплакал.

- А каким он был в детстве?

- Очень прилежным и никогда не расстраивал нас. Эльдар вместе с младшим братом постоянно для своей бабушки Фирангиз ханум устраивал представления. Представьте, что сам на швейной машинке шил занавесь и одежды для домашнего шоу. Было очень интересно...

- Каким видите его будущее?

- Хотя он учится на факультете международных отношений в Бакинском Славянском Университете, но сам Бог велел, чтобы он стал певцом".

В статье использованы материалы с сайтов www.kaspiy.az, www.ourbaku.com , www.anspress.com, www.echo-az.com, www.azxeber.com


Нажмите на фотографии для увеличения: