Ариф Гейдаров. 7 мгновений жизни...

Автор: Мамед Сулейманов

Пролог

Их жизненные пути пересекаются в 1950 году. Знакомство быстро перерастает в близость, а затем - в дружбу, длившуюся всю жизнь. Речь идёт о будущем Президенте Азербайджана Гейдаре Алиеве и будущем министре внутренних дел Арифе Гейдарове.

28 июня 1996 года, на торжественном мероприятии в честь 70-летия генерала Арифа Гейдарова, Президент Гейдар Алиев говорил об этом подробно. "Ариф Гейдаров был моим соратником по работе, моим другом. На высоких постах, которые я занимал, он был моим единомышленником. Я очень верил ему, доверял ему. Высоко ценил его деятельность. Именно поэтому, когда я руководил Азербайджаном, он был одной из главных моих опор", - говорил Гейдар Алиев.

Когда в 1969 году Гейдар Алиев был избран руководителем республики, одним из первых его дел стало приглашение Арифа Гейдарова, работавшего тогда в Турции, вернуться в Азербайджан. И это совместное служение продолжалось 8 лет - вплоть до гибели Арифа Гейдарова.

В той же речи Гейдар Алиев сказал о смерти близкого друга: "Это была огромная потеря для нас, для нашего народа, для нашей республики, лично для меня - потеря невосполнимая. В день его гибели весь Азербайджан погрузился в траур. Это был траур для всех нас, траур для всего Азербайджана. Я проводил его в последний путь как дорогого друга, как брата - лично на своих плечах. Эту трагедию мы пережили с очень тяжёлым чувством..."

В связи со 100-летием со дня рождения Арифа Гейдарова мы тоже обратимся к жизненному пути одной из уникальных личностей в истории Азербайджана...

Отец и сын

Вечность мгновения. 

Когда-то Ролан Барт назвал фотографию "следом исчезнувшего". Но этот след возводит каждое ушедшее мгновение в ранг вечности. Таким образом, секунда не умирает, не исчезает - она остаётся навсегда.

Больше никогда и ничто не будет таким, как на этой фотографии. Мы никогда не узнаем, о чём думали в тот момент отец и сын, в каком настроении и при каких обстоятельствах был сделан снимок. Единственное, что нам известно, - это чувство гордости, написанное на лицах юноши с пылким взглядом и отца с мудрыми чертами. Они гордятся друг другом. И на то у них есть все основания. Каждый отец мечтает о таком совместном снимке со своим сыном, каждый сын - с отцом.

Сына - Арифа Гейдарова - впереди ждёт блестящий жизненный путь. На плечах отца - Назара Гейдарова - лежит тяжёлый, но почётный груз прошлого, судьба, прожитая с достоинством. Он - старый большевик, профессиональный революционер, сумевший передать сыну свои идеалы и пример. В этом смысле сын - не просто генетический наследник отца, но и его соратник по судьбе, ценностям и характеру. В момент съёмки в мире продолжается самая разрушительная война в истории. И в этой войне и отец, и сын - солдаты справедливости.

Назар Гейдаров появился на свет в отдалённом селе Гурджулар Зангезурского уезда. Начальное образование получил в Горусе, и уже в школьные годы под влиянием педагогов у него сформировалось социалистическое мировоззрение. Затем он приехал в Баку, работал на нефтяных промыслах Балаханы и вступил в большевистскую партию. Принимал активное участие в установлении Советской власти в Зангезуре, подвергался арестам и преследованиям. В 1920-х годах руководил партийными организациями Губадлинского и Агдашского районов, занимал должность заместителя председателя исполнительного комитета упраздненной ныне НКАО.

Впоследствии стал одним из руководителей нефтяной промышленности. Директор нефтепромысла, председатель "Азтехнефтеснабжения" треста "Нефть имени Азизбекова", начальник объединения "Азнефть"... В 1945-46 годах полковник Назар Гейдаров действовал в Иране - в Южном Азербайджане, командуя специальным отрядом при штабе советских войск.

В 1949 году был избран председателем Президиума Верховного Совета Азербайджанской ССР и исполнял эту должность в течение 5 лет. Дважды избирался депутатом Верховного Совета СССР, дважды - Верховного Совета Азербайджанской ССР. Среди многочисленных наград - ордена Ленина и Красного Трудового Знамени.

Назара Гейдарова можно охарактеризовать рядом слов, превратившихся в нынешнем лексиконе в реликты и сохранившихся лишь в старых словарях: верный идее, чуждый алчности и мещанству, бескорыстный, не жаждущий славы, живущий простой жизнью высокого человека (по-марксовски: "Малого иметь, но многого стоить"). Это поколение старых большевиков было рождено для бескорыстной борьбы в самых экстремальных условиях, для воплощения "сказки в явь", для самопожертвования. Поэт Николай Тихонов выразил стойкость, волю и мужество этих людей в "Балладе о гвоздях": "Гвозди бы делать из этих людей - крепче бы не было в мире гвоздей".

В последние годы жизни Назар Гейдаров написал книгу о своей юности - "В горах Зангезура" (книга вышла в 1972 году, через 4 года после смерти автора). По существу, эта книга - холодный душ для тех, кто крокодиловыми слезами оплакивает Азербайджан до 1920 года, восклицая "Ах, какую страну мы потеряли!" и второпях присоединяющих к своим фамилиям частицы "бей" и "хан". В нынешнюю эпоху, когда книги мало читают, а в ходу псевдоаннотации пропагандистского толка, иные пытаются представить её чуть ли не одой национализму и восхвалением эпохи беков и кетхудов. И забывают: коммунисты были интернационалистами, а в классовой борьбе есть лишь угнетатели и угнетённые. У угнетателей и угнетённых национальности нет.

Смысл того, что я хочу напомнить об одном эпизоде из этой книги, - показать личные качества Назара Гейдарова, в том числе его способность прощать, не питая чувства мести даже к жестокому, но потерпевшему поражение классовому врагу. В 1919 году в Зангезуре уездный начальник Мухаммед-бей Сармастбеков на глазах у людей подверг большевика Гейдарова жестоким пыткам и лично в них участвовал. Проходит время - и в 1924 году они встречаются вновь. Назар Гейдаров - ответственный инструктор партии, Сармастбеков - поверженный, бывший палач:

"Я ответил на его колкость: - Прошу вас, расскажите присутствующим о том, что произошло между нами пять лет назад. - Я ничего рассказывать не буду. Лучше достаньте маузер и расстреляйте меня! У вас есть на это право! - У нас запрещено наказывать без суда, Сармастбеков. Я не намерен сводить с вами счёты. Раз вы говорить не хотите, я сам расскажу товарищам о том, что произошло в Зангезуре в 1919 году. Когда я закончил рассказ, я спросил бея, верно ли я всё изложил. Он ответил: - Да! Всё, что вы сказали, - правда... ...Мы вышли на улицу. Я направился в клуб - там мне нужно было выступить с докладом. Сармастбеков немного прошёл рядом, затем попрощался и свернул к своему дому, растворившись в ночной темноте..."

Простить классового врага, от которого принял пытки. Впоследствии это чувство милосердия мы не раз увидим и в биографии сына Гейдарова.

Пока же - 1926 год. 30-летний Назар Гейдаров работает председателем Агдашского уездного исполнительного комитета. 28 июня у него рождается сын - будущий разведчик и министр Ариф Гейдаров...

Первые шаги

Эта фотография сделана в 1937 году. Привлекают внимание ясный взгляд одиннадцатилетнего Арифа, устремлённый вдаль - в будущее, несвойственная его возрасту серьёзность во взгляде и улыбка, которую не могут скрыть даже сжатые губы, - та самая, что и в последующие годы неизменно вызывала в людях ощущение душевной близости. С первых лет жизни этому поколению внушали: жизнь - дело серьёзное, не шоу и не легкомысленное развлечение. И прожить её нужно в полной мере, с высокими устремлениями.

Его сверстникам судьбой было уготовано бороться за новую жизнь (это словосочетание сегодня звучит высокопарно, тогда же было совершенно серьёзным), победить фашизм, восстановить страну. И то поколение выполнило эти миссии с честью.

Детство и юность его прошли в Баку. Царивший в те годы культ науки, техники, литературы, культуры и труда формировал его как всесторонне развитую личность. Огромная отцовская библиотека была в этом верным помощником.

Некогда философ Вальтер Беньямин дал точную характеристику различию между коммунизмом и фашизмом. По Беньямину, фашизм эстетизирует политику - то есть пытается легитимизировать свои политические курсы и цели, извращая культуру и искусство, превращая их в инструмент манипуляции. Марксисты же, напротив, политизируют эстетику - то есть пропагандируют классические ценности, науку, нормы нравственности и морали, просветительство в своей политической практике. Именно здесь нужно искать секрет духовного богатства большинства людей исчезнувшей советской цивилизации и их способности трудиться не для себя, а для общества.

Пока же он в свои 14 лет работает слесарем-рабочим на "Азизбейковнефти", которой руководит отец. Однажды, поскольку путь оказался далёким, он просит отца взять его в служебной машине. Отец отвечает: "Ты ещё не заслужил этого. Лучше воспользуйся электричкой". Педагогический этюд в духе Макаренко.

В то же время он глубоко увлекается литературой и музыкой. Наука и техника также входят в круг его неизменных интересов. Впоследствии он признавался, что стал чекистом случайно, а мечтал быть физиком или историком.

О разносторонних интересах говорит и круг его друзей. Позднее среди его близких товарищей мы встречаем имена патриарха азербайджанской журналистики Азада Шарифова, писателя Джамиля Алибекова, комсомольского руководителя и биохимика Максуда Ализаде (когда в 1968 году Максуд Ализаде был убит на рабочем месте, Ариф назвал своего новорождённого сына его именем).

Возможно, если бы в 1941 году не началась война, Ариф Гейдаров выбрал бы совершенно иную стезю. Однако в 1943 году, в 17 лет, он был принят на работу в Разведывательное управление НКГБ СССР и начал службу в органах государственной безопасности. В один из холодных февральских дней 1944 года 12 азербайджанских юношей были направлены в Москву на учёбу в специальную школу НКГБ. В разгар войны добраться до Москвы привычным маршрутом было невозможно - Сталинградская дорога была закрыта. Поэтому они отправились в путь через Среднюю Азию. Их посадили на старый нефтяной танкер, шедший в Красноводск. В Ашхабаде их встретил Назар Гейдаров, занимавший тогда важный государственный пост в Закаспии. С большим трудом удалось устроить их в товарный вагон. Юноши провели в пути десять с половиной дней почти голодными, пересекли полстраны и добрались до Москвы. В столице группу разделили на две части. Ариф Гейдаров и его друг Юрий Бабаев остались в Москве, остальных отправили в Ленинград.

Но учёба Арифа Гейдарова продолжалась недолго. 18-летний юноша написал рапорт и добровольно отправился на фронт.

Война

25 октября 1944 года Государственный Комитет Обороны СССР объявил очередной военный призыв. Это был последний призыв войны. Согласно ему, от призыва освобождались представители коренных народов республик Кавказа и Средней Азии, а также Дагестана, Кабарды, Северной Осетии, Адыгеи и Черкесской автономной области. Причиной было стремление сохранить генофонд этих народов, не допустить новых потерь.

Из этого ясно: Ариф Гейдаров не был призван на фронт. Вместо этого в декабре того же года он добровольно пошёл в армию. Фотографии, которые вы видите, - его фронтовые снимки.

Чтобы не беспокоить родителей, он передавал письма Юре Бабаеву с просьбой ставить на них новые даты и раз в месяц отправлять в Баку. Если бы однажды Назар Гейдаров не приехал в Москву, семья так и не узнала бы правды. Придя навестить сына в школу, он услышал: "Ваш сын давно воюет на фронте". "Как - давно? Я регулярно получаю от него письма, на прошлой неделе тоже получил!" - воскликнул отец. И тогда Юра открыл ему тайну.

В составе разведывательных подразделений 1-го Украинского фронта он участвовал в освобождении Польши и Германии. Дошёл до Берлина и оставил свою подпись на колоннах Рейхстага.

После окончания войны до сентября 1946 года служил в Лейпциге, а до 1947 года - в оперативном отделе советского военного командования в Саксонии. По некоторым неподтверждённым сведениям, за участие в Висло-Одерской операции 1945 года он был представлен к званию Героя Советского Союза, однако в итоге был награждён орденом Красного Знамени.

В Баку он вернулся лишь в конце 1947 года и снова сел за школьную парту - завершить среднее образование ему так и не удалось, он окончил лишь 8 классов. В 1949 году он получил аттестат зрелости, а в 1951-м поступил на заочное отделение исторического факультета Азербайджанского государственного университета.

Разведчик

27 лет жизни Арифа Гейдарова были связаны с разведывательными органами. С 1949 по 1970 год он работал в разведывательном отделе КГБ и за этот период неоднократно выезжал в зарубежные страны для выполнения оперативных заданий. В 1967 году получил назначение в Турцию - стал консулом СССР в этой стране. В действительности это было дипломатическим прикрытием: его основной должностью являлась должность заместителя резидента, осуществлявшего надзор за иностранной контрразведкой в Турции.

Деятельность в Турции продолжалась три года. Эти годы в стране - члене НАТО - характеризовались углублением политического противостояния, усилением как легальных, так и нелегальных левых организаций, становлением рабочего движения и предельным обострением противостояния левых и правых. Именно тогда на фоне волны мировых протестов в Турции начало выдвигаться на авансцену "поколение 68-го", и антиимпериалистические выступления приобретали широкий размах. Словом, командировка Арифа Гейдарова в эту страну пришлась на время резкого обострения классовой борьбы.

Его деятельность в качестве консула вспоминал близкий друг - журналист Азад Шарифов, работавший тогда специальным корреспондентом "Известий" в Турции:

"В сложной посольской среде он быстро завоевал симпатию коллектива своим умением спокойно решать даже самые запутанные вопросы, требовательностью к работе, а также высокой культурой и сердечностью. Арифу была чужда спесь, присущая некоторым дипломатическим работникам, снисходительное пренебрежение к нижестоящим было несовместимо с его натурой. Я вскоре заметил, как достойно держится Ариф в общении с высокопоставленными турецкими полицейскими чиновниками и сотрудниками спецслужб, как быстро находит с ними общий язык, как высоко они чтили консула... Даже такой опытный и авторитетный человек, как посол Андрей Андреевич Смирнов, в такие минуты полагался на Арифа Гейдарова. Дождаться от посла похвалы было делом нелёгким, но в спорных ситуациях, немного подумав, он говорил: "Вижу, что без консула эту задачу не решить. Надо поручить это Арифу Гейдарову - он тихо разберётся, уладит". Так оно и бывало. Хотя если бы дело не было улажено, оно могло бы раздуться и вызвать серьёзный скандал..."

Супруга Арифа Гейдарова Адиля-ханум рассказывала такой эпизод: "Когда он работал в Турции, 28 апреля над зданием посольства был поднят флаг Азербайджанской ССР. Министерство иностранных дел Турции, узнав об этом, немедленно выразило протест: у них не было такого праздника. Как только посол Андрей Андреевич Смирнов узнал об этом, он вызвал Арифа: "Что это такое, что ты наделал?" Ариф быстро вернулся домой, взял несколько бутылок русской водки и отправился в министерство. Не прошло много времени, как он вернулся в прекрасном расположении духа. Позвонил послу: "Всё улажено, не беспокойтесь". На этом история не закончилась. После этого каждый год 28 апреля над зданием советского посольства в Анкаре реял и флаг Азербайджана..."

Ещё один эпизод - из воспоминаний корреспондента "Известий" Талята Хасмамедова. Они с Арифом Гейдаровым обедают в одном из придорожных ресторанов; за соседним столом группа пьяных турок шумно и эмоционально обсуждает политические проблемы. Один из них, распалившись, гневно заявляет, что если ему попадётся коммунист - убьёт не задумываясь. Слушавший этот разговор Ариф Гейдаров наконец не выдержал и обратился к спорщикам: "Я - коммунист". Воцарилась тишина. Наконец один из турков с сомнением произносит: "Не шути так". "Не шучу", - подтвердил Гейдаров. И снова - мертвящая тишина: трудно даже представить себе смущение и растерянность за соседним столом. Этот эпизод - проявление мужества человека, верного своим убеждениям в самых экстремальных обстоятельствах.

И ещё один эпизод - связанный с одним из самых демагогичных политиков постсоветской эпохи, Владимиром Жириновским, точнее - с его освобождением из-под стражи. Об этом вспоминает Ханлар Салимханов, работавший в 1969-1973 годах в Турции в качестве экономического советника. В то время молодой Жириновский работал переводчиком при руководителе советских специалистов на сернокислотном заводе в Бандырме Анатолии Скоричёнко.

По словам Салимханова, в октябре 1969 года Жириновский был арестован "за пропаганду коммунизма" - он подарил какому-то турку значок с изображением Ленина и серпа с молотом. Ариф Гейдаров вместе с Салимхановым отправился в Бандырму, чтобы вызволить Жириновского.

Салимханов вспоминал: "Поскольку Ариф свободно говорил по-турецки, турки считали его своим, и его пустили в камеру навестить арестованного Жириновского. Жириновский умолял об освобождении и плакал. Ариф проинструктировал Жириновского, как отвечать на вопросы следователей. Жириновскому грозило 15 лет заключения за пропаганду коммунистической идеологии. В Турции это было серьёзным делом. Во второй раз Ариф сам привёз в Бандырму много русской водки, угостил всех - в том числе мэра города. В итоге заключение под стражу было заменено депортацией. Перед отъездом из Турции Жириновского пригласила на бозбаш и Адиля-ханум".

О деятельности Арифа Гейдарова в Турции в должности консула нам известно немало, однако его работа как разведчика, разумеется, по сей день остаётся нераскрытой.

А в 1970 году судьба совершила очередной поворот - Ариф Гейдаров расстался с разведкой и вернулся в Баку уже в качестве министра внутренних дел.

Министр

В марте 1970 года по инициативе первого секретаря ЦК Компартии Азербайджана Гейдара Алиева Ариф Гейдаров был назначен на должность министра внутренних дел Азербайджанской ССР. Сказать, что это назначение он встретил с большим воодушевлением, затруднительно. Во-первых, переход из КГБ в МВД сам по себе означал резкий поворот в деятельности. Во-вторых, перед Гейдаровым открывались широкие горизонты на дипломатическом поприще, в том числе поговаривали о его предстоящем назначении послом в одну из азиатских стран. Наконец, в те годы существовало противостояние между председателем КГБ Юрием Андроповым и министром МВД Николаем Щёлоковым, которое продолжалось вплоть до начала 1980-х. Иными словами, в этих ведомствах "вышедших из шинели" другого не считали вполне своим до конца. Однако на примере Арифа Гейдарова был сломан и этот стереотип.

Его восьмилетний период пребывания на посту министра выделяется прежде всего гуманизмом и готовностью встать на защиту простых людей. Обратимся вновь к некоторым эпизодам.

В бытность Арифа Гейдарова министром его мать Рахшенда-ханум погибла в автокатастрофе. Узнав, что трагедия произошла по чистой случайности и что водитель автомобиля - отец четырёх детей, Гейдаров добился его освобождения и предотвратил арест.

Другой случай: 17-летнего подростка по фамилии Калашников несправедливо обвинили в убийстве его же друга и под принуждением добились от него нужных показаний. Мать юноши пришла на приём к министру и заявила о невиновности сына. По распоряжению министра дело было немедленно пересмотрено, невиновность подростка доказана, виновные привлечены к ответственности. Кроме того, министр помог Калашникову, мечтавшему стать юристом, получить заочное высшее образование.

Из воспоминаний Адили-ханум: "Я слышала немало таких рассказов: когда ему приносили документы об увольнении того или иного сотрудника за проступок, первым его вопросом было: "Сколько у него детей?" Интересна и история с русской женщиной Ольгой Александровной Погорянской. Её арестовали, через три года освободили, но дети не приняли её обратно. А ведь преступление она совершила ради детей. Она пришла к Арифу Назаровичу. Когда пожилая женщина вошла, она бросилась к его ногам. Ариф поднял её, принесли воды, и он сказал: "Ты говоришь, что у тебя нет сына, - а кто же я? Я тоже твой сын. Успокойся и расскажи мне всё подробно". Ольга Александровна рассказала, что ей негде жить, что она не работает. Ариф в течение двадцати минут выполнил её просьбу о прописке и тут же, в общежитии, дал ей работу. Та женщина написала ему большое письмо с благодарностью и к каждому празднику присылала поздравления..."

В 1976 году ему было присвоено высшее звание генерал-лейтенанта внутренней службы. Был награждён орденами СССР "Красного Знамени", "Знак Почёта" и многочисленными советскими и иностранными медалями.

И затем наступило то роковое 29 июня...

Неожиданная гибель

Эта фотография сделана 1 июля 1978 года. Азербайджан прощается с генералом Арифом Гейдаровым. Траурная церемония, начавшаяся в клубе имени Дзержинского, завершается похоронами на Аллее почётного захоронения. Он погребён рядом с могилой отца. Отец и сын встретились спустя 10 лет.

Трагедия произошла 29 июня, в четверг. Пуля психопата, озлобившегося на весь мир и на собственную судьбу, оборвала жизнь Арифа Гейдарова. Получивший огнестрельное ранение в собственном рабочем кабинете, министр скончался в ночь с 29 на 30 июня, несмотря на усилия лучших врачей. Почётные 52 года жизни были прерваны немыслимым стечением роковых случайностей.

А всего за день до этого он праздновал день рождения в кругу семьи. Впереди его ждали новые вершины.

Гибель Арифа Гейдарова в трагедии 29 июня была жестокой случайностью - жизнь министра не была целью убийцы. Тот не планировал его убивать. Однако с другой стороны, иной финал был невозможен. Ведь выбрать вариант "уцелеть, не сопротивляясь", просто наблюдать со стороны за покушением на сослуживца в своём же кабинете - для бойца Гейдарова был нонсенс, это опровергало все принципы его жизни. Поэтому кто-то свяжет эту смерть с запредельной гордостью, с высшими нравственными ценностями, с цельностью духа. Личность, прожившая по законам разума, не уклонявшаяся за 52 года ни разу от диктата совести, в экстремальный момент осталась верна себе - выбрала сопротивление, а не примирение.

Говорить здесь о запредельной гордости, о великой совести - значит уподобиться попытке измерить нравственность количеством. Хотя ещё Альбер Камю писал в "Мифе о Сизифе": "Шкала ценностей не знает количества". Не бывает совести большой, трети гордости, многого нравственности. Они либо есть, либо их нет. Экстремальная ситуация - индикатор нравственности. В этом смысле Ариф Гейдаров в своём последнем бою выбрал не роль стороннего наблюдателя и не спасение ценой бездействия - он выбрал сопротивление и оборвал жизнь с честью. В последний свой миг у него был выбор. Он выбрал. Не жить в сожалениях, а умереть победителем...

В знаменитом рассказе Рэя Брэдбери случайно убитая в прошлом бабочка меняет облик всего будущего. Пуля, выпущенная в Арифа Гейдарова, тоже была нацелена в будущее. И в этом смысле трудно не согласиться со словами его друга, писателя Джамиля Алибекова (пусть и сказанными в несколько ином контексте):

"В конце восьмидесятых, когда народ переживал растерянность и потрясение перед надвигающейся бурей, когда пришедший в движение караван искал своих вожатых, мы часто вспоминали Арифа Гейдарова. Вот кто мог выйти к народу как истинный интеллигент, как государственный деятель, уберечь его от всех спотыканий и потрясений, к свету которого могли бы стянуться массы... Именно поэтому мы говорили, что Ариф Гейдаров ушёл из кармана народа, из его сокровищницы, и не следовало Богу забирать его у нас так рано, не следовало так рано отнимать его у этого многострадального народа, не следовало обрекать нас на эту трагедию..."

След

В 1981 году на экраны вышел полнометражный художественный фильм "Дополнительный след" продолжительностью 75 минут. Детективная картина снята режиссёром Нидждатом Бакирзаде, музыку к ней написал Тофик Кулиев. В ролях - известные актёры: Шахмар Алекберов, Расим Балаев, Гамлет Ханызаде, Тофик Мирзаев и другие.

Автором сценария был Ариф Гейдаров.

Сценарий был написан в 1978 году, а фильм вышел на экраны уже без своего автора.

Впоследствии Джамиль Алибеков вспоминал: "Когда выбирали название для фильма, Ариф Гейдаров остановился на варианте "Дополнительный след" и сказал: "Слово 'след' - это ещё и символ надежды...""

Нам осталась память. Жизнь человека продолжается до тех пор, пока не исчезает след прожитых мгновений.

Жизненный сюжет каждого человека состоит из ограниченного числа мгновений. В жизни совершенного человека эти мгновения пребывают в гармонии, не противоречат друг другу, не вступают в противоречие между собой, каждое последующее мгновение дополняет и продолжает предыдущее, превращаясь в неизгладимый след. Когда так происходит, говорят: он прожил жизнь как цельный Человек. Не подстраивал свои идеалы, убеждения, нравственность, этику под меняющиеся ветры эпохи.

И именно благодаря таким людям цивилизация ещё не погибла. Люди, подобные Арифу Гейдарову, своим примером держат мир. Его называли Титаном, называли Аполлоном. Но он был ещё и Атлантом...