Преступник притворяется «жертвой»: как жена Варданяна пытается его обелить
Автор: Эльчин Алыоглу, директор Baku Network, специально для Day.Az
Чтобы понять, что сегодня происходит вокруг Рубена Варданяна, достаточно внимательно посмотреть не на то, что говорит его жена Вероника Зонабенд, а на то, о чем она предпочитает говорить как можно меньше.
В большом интервью Forbes Woman есть практически все, что необходимо для правильно сконструированной человеческой драмы. Есть разлука, есть редкие телефонные разговоры, внучки, которых дед никогда не держал на руках. Есть фотографии, переданные через адвоката. Есть благотворительность, гуманизм, милосердие, прощение и разговоры о человеческом достоинстве. И есть международная женская гуманитарная делегация, которую предлагается отправить в Баку.
Не хватает только одного. Причины, по которой Рубен Варданян вообще оказался в азербайджанской тюрьме. А ведь именно с нее и должна начинаться эта история.
Варданян не был похищен в Москве, его не вытащили из собственного дома. Он не оказался случайным гражданским, которого война застала между двумя армиями. Этот чрезвычайно богатый, образованный, опытный и прекрасно понимавший политические риски человек самостоятельно сделал свой выбор.
Он приехал на международно признанную территорию Азербайджана. Вошел в так называемое "руководство" существовавшего там сепаратистского образования. Занял должность "государственного министра".
А затем азербайджанское государство восстановило суверенитет над всей своей территорией.
Вот после этого начинается история, которую сегодня рассказывают Forbes Woman и семья Варданяна. Только рассказывают ее почему-то с середины.
Потому что если начать с начала, образ беззащитного филантропа начинает рассыпаться. Перед нами уже не просто миллиардер, разлученный с семьей. Перед нами человек, который добровольно вошел в руководство сепаратистского образования на территории другого государства, а затем столкнулся с уголовно-правовыми последствиями собственного решения.
17 февраля 2026 года Военный суд Баку приговорил Варданяна к двадцати годам лишения свободы. Среди обвинений, о которых сообщалось после вынесения приговора, были финансирование терроризма, создание незаконных вооруженных формирований, планирование и ведение агрессивной войны.
Можно оспаривать этот приговор, обращаться в Европейский суд по правам человека, критиковать азербайджанское правосудие, требовать расследования заявлений защиты. Но невозможно сделать вид, будто всего этого уголовного дела просто не существует. Именно это сегодня и пытаются проделать.
Из Варданяна методично вынимают политику, должность, обвинения, суд, приговор. Вынимают сам факт его сознательного участия в руководстве сепаратистским образованием. А в образовавшуюся пустоту помещают семью, внучек, фотографии, письма и благотворительность. Получается уже совершенно другой человек - не осужденный фигурант тяжкого уголовного дела, а "пленный", "гуманитарный деятель".
Это уже не гуманизация. Это политическое отбеливание. И именно поэтому международная женская делегация вызывает вопросы.
Зонабенд говорит, что ее цель "исключительно гуманитарная": встретиться с омбудсменом Азербайджана, посетить содержащихся в стране граждан Армении, передать письма, фотографии и разрешенные личные вещи. Но одновременно Баку предлагают использовать приезд этой делегации как возможность продемонстрировать "добрую волю".
Вот здесь маска "исключительно гуманитарной" инициативы начинает сползать. Потому что государству уже предлагают не просто обеспечить предусмотренную законом процедуру. Ему предлагают совершить политически интерпретируемый жест. Причем именно в отношении людей, осужденных его судами.
Получается удивительная конструкция. Когда азербайджанский суд выносит Варданяну приговор, юрисдикция Азербайджана объявляется несправедливой и нелегитимной. Когда необходимо попасть к Варданяну, Зонабенд обращается к омбудсмену Азербайджана и просит организовать посещение пенитенциарного учреждения в соответствии с законодательством Азербайджана.
Государственный суверенитет так не работает. Закон нельзя признавать по частям. Юрисдикцию нельзя включать тогда, когда она тебе удобна, и выключать тогда, когда она выносит неудобное решение.
Азербайджан - это государство со своими законами, судами, пенитенциарной системой и установленными процедурами. И состояние семьи Варданяна в 1,3 миллиарда долларов не создает отдельного правового режима. Forbes не является апелляционной инстанцией. Международная женская делегация не является надзорным органом над азербайджанской пенитенциарной системой.
А известность осужденного не предоставляет ему больше прав, чем предусмотрено законом. Но есть еще один вопрос, гораздо более неприятный для авторов этой гуманитарной конструкции. Где все эти годы была столь же мощная международная эмоциональная машина, когда азербайджанские семьи искали своих пропавших без вести? Где были большие интервью, международные женские делегации, рассказы о матерях, десятилетиями не знавших, где похоронены их сыновья, фотографии детей, выросших без отцов?
Где был мировой гуманизм, когда тысячи азербайджанцев ждали хотя бы информации о судьбе своих близких?
У этих семей просто не было миллиардного состояния. Не было глобального бренда, доступа к международным фондам. Не было Forbes Woman. И поэтому их трагедия оказалась значительно менее продаваемой международной аудитории.
Вот что особенно отвратительно в этой истории. Не желание женщины увидеть мужа. Оно понятно. А попытка завернуть вокруг этих естественных человеческих чувств политическую кампанию и заставить Азербайджан оправдываться за то, что его суд осудил человека, занимавшего руководящую должность в сепаратистском образовании на азербайджанской территории.
Сегодня он "муж, которому не передают фотографии". Завтра - "пленный". Послезавтра - "политический заключенный". Затем - международное давление с требованием освобождения. И на каждом следующем этапе уголовное дело будет становиться все менее заметным, а образ страдающего миллиардера - все более крупным.
Поэтому Баку не обязан принимать навязанную терминологию и тем более оправдываться.
Рубен Варданян сделал свой политический выбор сам. Никто не заставлял миллиардера превращаться в "политического деятеля" в сепаратистском образовании на территории Азербайджана. Никто не обещал ему иммунитета от азербайджанского закона.
Теперь семью Варданяна пытаются поставить в центр истории. Но в центре этой истории находится не семья. В центре находится ответственность. Письма ее не отменяют. Фотографии ее не отменяют. Миллиардное состояние ее не отменяет. Благотворительность ее не отменяет. Интервью Forbes Woman ее не отменяет.
И сколько бы Варданяна ни переодевали из политика в филантропа, из осужденного в "пленного", из бывшего руководителя сепаратистского образования в страдающего дедушку, остается один неудобный факт: в Карабах он приехал сам. Должность принял сам. Политический выбор сделал сам.
А отвечать за собственный выбор почему-то теперь предлагают Азербайджану.
Заметили ошибку в тексте? Выберите текст и сообщите нам, нажав Ctrl + Enter на клавиатуре
