Тихие победы: как Азербайджан выиграл войну, о которой мало кто говорит

Автор: Эльчин Алыоглу, директор Baku Network, специально для Day.Az

Существуют войны, которые не показывают в теленовостях. Никаких колонн техники, никаких пресс-конференций на фоне флагов, никакой драматургии для вечернего эфира. Поле боя - конференц-залы Нью-Йорка, Женевы и Парижа, оружие - бюллетень для тайного голосования, а исход решается не залпами, а десятилетиями кропотливой работы, репутацией и доверием. Дипломаты называют это избирательной дипломатией. Проигравшие называют это несправедливостью. Азербайджан называет это результатом.

Цифра, с которой стоит начать, выглядит почти неправдоподобно: только в июне 2026 года Азербайджан добился убедительных результатов на выборах сразу в три важнейших договорных органа ООН - Комитет по ликвидации дискриминации в отношении женщин, Комитет по правам человека и Комитет по правам ребенка.

Три кампании - три победы. За месяц. В системе, где государства годами выстраивают коалиции ради одного-единственного места, где великие державы проигрывают выборы карликовым островным государствам, где каждый голос - предмет торга, уступок и многолетних обязательств.

Разберем анатомию одной из этих побед. На выборах в CEDAW, прошедших в условиях острой конкуренции, кандидаты из двадцати стран боролись за двенадцать вакантных мест. Выдвинутый Азербайджаном представитель Государственного комитета по проблемам семьи, женщин и детей Эльгюн Сафаров был избран в первом же туре голосования. Первый тур.

Без затяжных раундов, без пересчетов, без закулисных обменов в последнюю минуту. Дипломаты знают цену такому результату: он означает, что решение о поддержке кандидата государства принимали заранее, спокойно и осознанно - не под давлением, а по убеждению.

Сложим теперь мозаику целиком. С учетом результатов выборов предыдущих лет - членства в Комитете по экономическим, социальным и культурным правам и Комитете по трудящимся-мигрантам - представители Азербайджана отныне работают в пяти из десяти действующих договорных органов ООН по правам человека. По уровню представленности в этой системе страна делит второе и третье места среди всех членов ООН с Китайской Народной Республикой. Вдумаемся в это сопоставление. Государство с населением в десять миллионов человек стоит в одном ряду с державой, чей дипломатический корпус исчисляется десятками тысяч сотрудников, а бюджет внешнеполитического влияния - десятками миллиардов долларов. Кто-то скажет: совпадение, удачная конъюнктура. Профессионалы знают: в тайном голосовании ста девяноста трех государств совпадений не бывает.

Июньский триумф - не вспышка, а кульминация. Все четырнадцать кандидатур, выдвинутых Азербайджаном в 2025 году в выборные органы международных организаций, завершились победой. Четырнадцать из четырнадцати - стопроцентный показатель, о котором большинство внешнеполитических ведомств мира может лишь мечтать.

География этих мандатов говорит сама за себя: устойчивое развитие, туризм, миграция, социальная политика, окружающая среда, культурное наследие, гуманитарное сотрудничество. Перед нами не точечный успех в одной удобной нише, а системное присутствие по всему спектру глобальной повестки.

Скептик поднимет бровь: что такое, в сущности, эти комитеты? Бюрократические площадки, скажет он, где эксперты годами обсуждают доклады. Ответим скептику фактами.

Договорные органы ООН - механизмы, которые оценивают выполнение государствами фундаментальных международных конвенций, формируют правовые стандарты, рассматривают индивидуальные жалобы, выносят заключения, на которые потом ссылаются суды, правительства и международные трибуналы.

Тот, кто сидит за этим столом, участвует в написании правил.

Тот, кто за столом отсутствует, живет по правилам, написанным другими. Азербайджан слишком хорошо помнит, каково это - когда твою судьбу обсуждают без тебя. Тридцать лет оккупации, четыре резолюции Совета Безопасности ООН 1993 года, оставшиеся на бумаге, десятилетия бесплодного посредничества Минской группы ОБСЕ - весь этот опыт научил Баку простой истине: место за столом не дарят, его завоевывают.

История этих завоеваний длиннее, чем кажется. Вспомним октябрь 2011 года: Генеральная Ассамблея избирает Азербайджан непостоянным членом Совета Безопасности ООН - после семнадцати раундов изнурительного голосования, в которых Баку переиграл Словению, страну Евросоюза, поддержанную всем весом западного блока. Финальный результат - 155 голосов - стал тогда холодным душем для тех, кто привык делить мир на тех, кто выбирает, и тех, кого выбирают.

Дальше - председательство в Движении неприсоединения, объединяющем 120 государств, продленное самими членами Движения на дополнительный год: беспрецедентный жест доверия. Затем - Баку принимает COP29, климатический саммит планетарного масштаба, где под азербайджанским председательством было согласовано решение о климатическом финансировании в 300 миллиардов долларов ежегодно к 2035 году - соглашение, которое буксовало годами и которое многие хоронили заранее. Пандемийные годы добавили к этому портрету еще один штрих: гуманитарная и финансовая помощь Азербайджана более чем 80 странам, добровольные взносы в ВОЗ, инициированная Баку специальная сессия Генассамблеи ООН по COVID-19, поддержанная более чем 150 государствами.

Теперь - о механике. Почему за Азербайджан голосуют? Сентиментальность в этих стенах не ночевала: государства голосуют интересами. Ответ складывается из нескольких слагаемых.

Первое - предсказуемость. Баку не меняет позиций в зависимости от политической моды, не торгует принципами территориальной целостности и суверенитета - теми самыми принципами, которые для абсолютного большинства стран Глобального Юга остаются экзистенциальными.

Второе - полезность. Средний коридор, связывающий Китай и Европу в обход нестабильных маршрутов, энергетические поставки, ставшие для юго-восточной Европы вопросом выживания после 2022 года, платформы диалога от Глобального Бакинского форума до СПЕКА - все это конвертируется в дипломатический капитал с точностью банковской транзакции.

Третье - последовательность. Азербайджанская дипломатия не появляется в жизни партнеров накануне выборов с протянутой рукой; она присутствует постоянно, между выборами, когда никто ничего не просит.

Есть в этой истории и неудобная для некоторых столиц правда. Те самые государства, которые годами читали Баку лекции о ценностях, раз за разом наблюдают, как международное сообщество - не Запад, а именно мировое большинство - оказывает Азербайджану доверие тайным голосованием, то есть самым честным из существующих способов.

Каждый из четырнадцати мандатов 2025 года, каждая из трех июньских побед 2026-го - маленький референдум о репутации страны, проведенный среди профессионалов, которых невозможно обмануть пресс-релизом. Результаты этих референдумов известны. Проигравшим остается писать резолюции Европарламента - органа, с которым Баку, к слову, приостановил отношения, не заметив от этого ни малейшего ущерба для своих позиций в системе ООН.

Отдельного разговора заслуживает ЮНЕСКО - организация, где культурное наследие давно стало полем незримой борьбы. Успехи Азербайджана на этой площадке - от продвижения национального нематериального наследия до участия в руководящих структурах - имеют для Баку значение, выходящее далеко за рамки протокола.

Страна, чьи памятники на оккупированных территориях десятилетиями разрушались, а мечети превращались в хлева, добилась положения, при котором именно ее голос звучит в органах, определяющих мировые стандарты защиты культурного достояния. Ирония истории? Скорее ее справедливость - выстраданная и заработанная.

Куда все это ведет? Мандаты - не трофеи для витрины, а рабочие инструменты. Присутствие в пяти договорных органах ООН означает возможность влиять на правовые оценки, формировать экспертный дискурс, блокировать попытки инструментализации правозащитной тематики против национальных интересов - попытки, с которыми Азербайджан сталкивался не раз и знает их технологию наизусть. Каждое место в комитете - это голос в дискуссиях, доступ к информации, сеть профессиональных связей, право задавать вопросы другим, а не только отвечать на чужие.

Умножьте это на представительство в десятках структур по всем направлениям глобальной повестки - и получите то, что политологи называют инфраструктурой влияния.

Внешнюю политику Азербайджана часто описывают через категории силы - и после 2020 года для этого есть основания. Однако июнь 2026-го напоминает о другом измерении той же стратегии: сила без признания недолговечна, признание без силы бесплодно. Азербайджан научился соединять первое со вторым. Четырнадцать побед из четырнадцати возможных, пять договорных органов из десяти существующих, паритет с Китаем по представленности в правозащитной архитектуре ООН - таковы сухие итоги этой работы.

За сухими итогами - годы, в течение которых страна методично доказывала миру простую вещь: с ней выгодно, надежно и правильно иметь дело.

Мир проголосовал. Тайно, свободно, без принуждения - так, как голосуют только за тех, кому действительно доверяют.

Остальное - комментарии.