Время принятия решения: когда в Армении внесут изменения в Конституцию?

Автор: Акпер Гасанов

Сегодня в Армении отмечают День Конституции. Поэтому неудивительно, что имело место послание президента этой страны Ваагна Хачатуряна по данному случаю. Оно, в целом, стало очередным подтверждением того, что в официальном Ереване на уровне риторики все чаще звучат правильные и своевременные мысли.

В частности, трудно не согласиться с тезисом Хачатуряна о том, что Конституция закрепляет не только принципы организации государственной власти, но и формирует фундамент ценностей, вокруг которых строится общественная жизнь. Не менее важным выглядит и другое его заявление - о том, что Основной закон не может оставаться застывшим документом, оторванным от времени и политической реальности.

Эти слова вроде бы отражают понимание властями Армении необходимости изменений. Однако в контексте азербайджано-армянских отношений  возникает принципиальный вопрос: последуют ли за этими словами конкретные действия? Сегодня именно этот вопрос становится ключевым.
Ведь после завершения Второй Карабахской войны Южный Кавказ оказался в качественно новой геополитической ситуации. Азербайджан полностью восстановил свой государственный суверенитет и территориальную целостность. Это признанный факт, закрепленный как в реальности на земле, так и в международной повестке.

На этом фоне руководство Армении также сделало ряд заявлений, которые можно было бы считать очень важными. В Ереване не раз звучали слова о признании территориальной целостности Азербайджана, о готовности к миру, о начале "эпохи мира" в регионе. Сама по себе такая риторика - важный шаг вперед. Но дипломатическая практика и опыт последних десятилетий показывают: устойчивый мир не строится на заявлениях. Он требует юридически закрепленных обязательств, устранения противоречий и, главное, приведения национального законодательства в соответствие с заявленными принципами.

И здесь мы подходим к ключевой проблеме. Конституция Армении, о необходимости обновления которой говорит сам президент соседней страны, содержит в своей преамбуле отсылку к Акту о независимости. В этом документе, в свою очередь, присутствуют положения, которые содержат  территориальные претензии к Азербайджану. Именно это противоречие сегодня остается одним из главных препятствий на пути к подписанию полноценного мирного соглашения.

Ситуация выглядит парадоксальной: с одной стороны, армянские власти заявляют о признании территориальной целостности Азербайджана, с другой - в Основном законе страны сохраняются положения, которые ставят под сомнение эти заявления. Для Баку это не формальность и не вопрос интерпретаций. Это вопрос принципа.

Мирное соглашение должно быть устойчивым и долгосрочным. Соответственно, оно не может существовать в условиях, когда одна из сторон сохраняет на уровне Конституции потенциальные основания для территориальных претензий. Именно поэтому в Азербайджане сегодня ожидают от Армении перехода от слов к делу. Речь идет не о символических шагах, а о конкретных юридических изменениях, которые бы устранили противоречия между заявленной политикой и конституционной базой.

Важно подчеркнуть: сам президент Армении фактически обозначил направление для таких изменений. Его слова о том, что Конституция не должна быть "застывшим документом", можно рассматривать как признание необходимости адаптации Основного закона к новым реалиям. А реалии изменились кардинально.

Армяно-азербайджанские войны закончились и сложился новый баланс сил после того, как Азербайджан восстановил контроль над своими территориями. Международные акторы все чаще говорят о необходимости мирного договора и нормализации отношений. В этих условиях сохранение в Конституции Армении положений, противоречащих заявленной политике мира, выглядит анахронизмом.

Разумеется, внесение изменений в Конституцию - сложный и чувствительный процесс. Он требует политической воли, общественного консенсуса и, зачастую, проведения референдума. Но именно такие шаги и становятся индикатором серьезности намерений. Если в Ереване действительно рассматривают мир как стратегическую цель, то устранение конституционных противоречий становится не просто желательным, а необходимым условием. В противном случае возникает неизбежный разрыв между словами и реальностью. А в международной политике такой разрыв всегда воспринимается как фактор недоверия.